Агата кристи и наркотики

Содержание

Известный солист некогда гремевшей на всю страну рок-группы «Агата Кристи» Глеб Самойлов впервые за много лет дал откровенное интервью Heat.ru, в котором разрешил спрашивать его о чём угодно.

Долгое время известный музыкант лечился от наркотической и алкогольной зависимости, практически пропал с телевизионных экранов и радиоротаций. После расставания со скандальной актрисой и режиссёром Валерией Гай Германиков он больше не был замечен в обществе постоянной девушки. Да и внешний облик Самойлова-младшего за последний год изменился почти до неузнаваемости.

Мы не стали стесняться. И решили узнать причину столь резких перемен в его жизни.

Глеб, вас и не узнать. Что произошло с вашим прежним стилем?

— Ну просто надоело быть как все. Вы знаете, я такой человек, могу прийти в круглосуточный магазин за йогуртом, к примеру, сразу после концерта, с накрашенными чёрными глазами, ногтями, с поставленным ирокезом. Надоело, что люди серые.

У вас ногти накрашены. Сами делаете маникюр или обращаетесь за помощью к специалистам?

— По-разному! Это же считается шик. Когда лак на ногтях полустёрт. Видно, что человек не просто так накрасился, а он играет на гитаре.

У рокеров обычно принято ногти в чёрный цвет красить или нет?

— Остается мода за чёрным цветом лака. Я очень долгое время им красил, ну как это принято. Когда мы уже создали свою группу the Matrixx, я понял, что абсолютно у всех ногти чёрного цвета, и подумал — сделаю себе серебряные. И где-то полгода назад исчез из магазинов этот серебряный лак, которым я красил. Теперь думаю: а, черт с ним! Пусть будет бордовый!

Не секрет, что долгое время вы лечились от наркотической зависимости. Как у вас сейчас отношения с этим? Как это повлияло на ваше творчество?

— Я с 2000 года не употребляю героин, и меня не тянет на него. В один момент я сам себе стал противен. А скрывать нечего: да, в моей жизни это было. Дело в том, что на творчество влияет всё — женщины, страна, политика, внутреннее состояние самого человека. И наркотики в том числе, и алкоголь.

После того как вы завязали с наркотиками и алкоголем, у вас перевернулось что-нибудь в сознании?

— Нет, ну, во-первых, у меня были передозы, когда меня еле вытаскивали — это то, что касается героина. А что касается других наркотиков, у меня сейчас здоровье уже не то, чтобы что-то употреблять.

Ну и, кроме того, к барыгам я отношусь очень плохо. К барыгам, которые «толкают» детям уже в школе героин, а их крышуют люди в погонах, а людей в погонах крышуют люди в костюмах, и так можно до бесконечности.

Что сейчас вас вдохновляет?

— Ничего. Меня вот вдохновляет ходить на всякие акции протеста и так далее.

Такой немножко личный вопрос: есть ли в вашей жизни сейчас любимый человек?

— А я на такие вопросы не отвечаю. Я слишком много наотвечался в отдельный период своей жизни, моя жизнь была вывернута наизнанку и вывешена во всех жёлтых изданиях — я этого больше не хочу.

Это вы про Валерию Гай Германику, да?

— Да.

Видитесь с ней сейчас?

— После нашего расставания мы пересекались два-три раза. Первое время у всех происходит болезненно. А сейчас ей не до меня и мне не до неё. Короче, мы нормально друг к другу относимся.

Как вы считаете, рок в нашей стране находится на стадии гибели? И есть ли достойные продолжатели этого стиля? Те, кто может собирать стадионы, как в своё время это делали вы с братом.

— Стадионы не поднимут, потому что условия для продвижения рок-музыки в нашей стране отсутствуют в принципе. То есть музыкальные каналы перешли на хип-хоп или на реалити-шоу. Единственный повод появиться на экране, и то только поп-звезде, — это или ток-шоу, или кулинарная программа, или экстрасенсы какие-нибудь. Хотя группы есть интересные сейчас. Но где же вы их услышите, если вам кто-нибудь о них не расскажет?

Группа «Звери» была последним таким всплеском, а он продолжается не больше двух лет. Перед Ромой Зверем был «Мумий Тролль», перед Мумий Троллем была «Агата Кристи», «Кино», «Наутилус» и «Алиса». У всех них всенародная такая популярность была не больше чем два-три года. И в рок-музыке после Ромы как-то ничего больше не происходит.

Давайте представим, что наш шоу-бизнес — шахматная доска и у вас, допустим, есть возможность что-то поменять или переставить в вашем идеальном представлении.

— Я не хочу никому мешать, не хочу никого переставлять. Знаете, как пел Вася Обломов, «всякое говно любит наш народ…»

Точка зрения: Вадим Самойлов

-А А+ Фото: Wikipedia

Вадим Самойлов родился в 1964 году в Свердловске. Основатель и лидер группы «Агата Кристи» (1988—2010). В настоящее время занимается сольной творческой и активной общественной деятельностью.

В годы работы в группе «Агата Кристи» на протяжении восьми лет Вадим Самойлов употреблял наркотики. Новая жизнь началась для музыканта в 2003 году — со встречи с будущей супругой Юлией. В настоящее время Вадим Самойлов, избавившись от химической зависимости сам, помогает сделать это другим, участвуя во множестве тематических проектов.

— Давайте представим ситуацию, когда человеку удалось в корне изменить свой образ жизни. Тем не менее окружение его осталось прежним. И это окружение начинает его дразнить, осмеивать, пытаться вернуть все на круги своя, любым способом заставляя героя нашей истории чувствовать себя некомфортно. Вернись он к прежней жизни — он снова окажется «на коне», «своим парнем», «нашим человеком», его перестанут затравливать. Как преодолеть соблазн?

— Было бы хорошо, чтобы все, кто решает поменять свою жизнь, отказавшись от той или иной зависимости, попадали в другие условия. Конечно, на практике крайне сложно изменить все радикально. Хотя я бы советовал делать именно так: поменять если не город, то хотя бы район. Но самое главное — понять: какая она, новая жизнь, которой ты хочешь жить. Понятно, что обычно в случае наркотиков мотивация бросить — это отказ именно от пагубной привычки. Но он должен быть ради чего-то. Потому что здоровье и здоровая жизнь — это лишь часть, на них нужно что-то сделать. Вот эту самую новую жизнь осуществить. Здесь на первое место выходят какие-то новые жизненные мотивации. Нужно вспомнить, что человека когда-то воодушевляло. Может, ему стоит заняться делом, о котором он давно мечтал и которым не занимался по каким-то причинам. Может, чему-то он хотел обучиться. Естественно, духовный поиск приветствуется в этот период, обязательно. Потому что нужно вспомнить, кто такой человек, из чего он состоит, какова его задача в мире, ради чего он живет, как его взаимодействие со своей душой устроено. И уже надо следить заново за собой во всем. Бесспорно, очень сложно с этим справиться, и нужно понимать, что ты на какой-то период времени окажешься в состоянии войны со всем окружающим миром. Поэтому только личный настрой, и только возвращение к своим первоистокам, к воспоминаниям о том, кем ты хотел быть в детстве. И новые целеустановки в жизни. Все, что я перечислил, конечно, завязано на волю человека. Любые занятия, которые воспитывают волю, в этот момент хороши. Не только духовные, но и спортивные, например.

— Чем и как могут помочь в период реабилитации родственники, не впав при этом в созависимость?

— Мне сложно здесь советовать. Я же не был «традиционным» наркоманом. Все-таки я баловался. Да, я получил в результате химическую зависимость, но это немного не то. Я видел людей, которых вы имеете в виду, но до конца не понимаю их суть, потому что не проживал этого. Думаю, тут могут помочь специальные курсы с психологом, они ставят голову на место. Нам нужно просто избежать вот этого утрированного прозападного института психотерапевтов, к которым люди ходят каждый день, и где из них сосут деньги— не более. Но в целом, мне кажется, все учреждения, которые помогают человеку разобраться в себе, — это правомерные вещи, они необходимы сейчас.

— Общаясь с наркозависимыми, прошедшими курс реабилитации, обращаешь внимание, что зачастую в межличностном общении они даже более вежливы, учтивы, чутки, готовы помочь, чем те, кто никогда не страдал зависимостью.

— Я думаю, что человек, когда освобождается от какого-то зла внутри себя, — он в принципе чище становится. Действительно, это же серьезная личная победа. Она означает, что человек не просто изменился, а еще и восстановился в новой жизни. А раз такие вещи происходят, то — обращаюсь к первому Вашему вопросу — это означает, что человек переосмыслил что-то, и вот это новое целеуказание уже не просто прожил и прочувствовал, он его в себе носит. Это уже не абстрактная цель, которая висит на стенке в виде плаката, а реальное достижение. Поэтому они и более уравновешенны. Потом, люди, которые прошли некоторые жизненные горнила, будь то война или такие вещи, по-другому на многое смотрят; они обладают новой мудростью, которая, бесспорно, включает в себя и внутреннее спокойствие.

— Трудоголизм — это зависимость?

— Я не сталкивался с трудоголиками, про которых можно сказать, что это— болезнь. Но, наверное, есть те, кто впадает в это как в зависимость. У меня просто нет таких знакомых. Хотя я как раз к трудоголикам себя отношу. Но у меня есть задача, есть определенный проект. Я его хочу хорошо сделать. Я могу очень долго сидеть, упираться и работать на эту тему. Для меня трудоголизм — это любовь к труду ради какой-то цели. Тут все зависит от мотивации. Если человек — трудоголик, чтобы побольше заработать… Видите, это сложный вопрос. Вот военные люди — они трудоголики или нет? Они готовы, если приказ, в длительные командировки уезжать или день и ночь нести службу, не бывая дома. Вот тут очень сложно. Я так понимаю, что когда человек забывает обо всем окружающем, о своих корнях и следует только за определенным личным интересом, при этом упирается в какие-то рамки — это всегда плохо. Вообще, трудоголик, конечно, — предмет большого рассмотрения. Но то, что такая форма социальной апатии существует — это бесспорно. К примеру, «офисный планктон». Они работают по 14 часов сутки всю неделю, потом в пятницу как следует «зажигают», в субботу-воскресенье отлеживаются — и снова. В принципе, это тоже подмена жизни. Потому что работать, чтобы устать-нажраться-повеселиться, а потом снова работать… ну, не знаю.

— Страсть к компьютерным играм у детей?

— Да, вот это конкретное заболевание, бесспорно. Абсолютно бесспорно, потому что дети в очень большой степени подвержены этой патологии. Ребенку компьютерный мир заменяет все остальное. Поэтому да, это очень опасная штука. И очень тяжелая.

— Есть такое понятие, как синдром детдомовских детей. Это когда дети, длительное время живя в детском доме, привыкают к повышенному вниманию со стороны всевозможных спонсоров, к дорогим подаркам, к поездкам на летний отдых за границу. Попадая в приемную семью и не получая всего перечисленного, ребенок начинает предъявлять претензии родителям. Сегодня мы устраиваем для тех, кто проходит реабилитацию, множество акций, концертов, спортивных состязаний, мастер-классов. Предлагаем им различного рода тренинги, курсы, творческие занятия. Не возникнет ли такая проблема, когда на этапе ресоциализации люди, прошедшие курс лечения, станут на позицию «нам все должны»?

— Я думаю, это зависит от конкретного человека. Значит, получается, что в рамках этих проектов обязательно должны работать люди, которые имеют отношение к нравственности: психолог, священник. Эти люди будут помогать «разжевывать» такие вещи, объяснять, чем отличается прошлая жизнь от новой. Нужно рассказывать меняющим жизнь правду. Мне кажется, что чем больше правды, тем лучше. Да, я согласен, что такая проблема может существовать. Но я считаю, что здесь можно реально что-то менять только воспитательной работой. Вообще сейчас тема воспитания молодежи, любой: детдомовской, из богатых семей, из средних семей, провинциальных, московских — это будет острейшая тема. Потому что она долгое время была запущена. И сейчас именно те вопросы, которые вы перечисляете, стоят перед всей страной: вопросы воспитания, вопросы нравственных величин; какими они должны быть, насколько они должны быть соизмеримы, роль Церкви в обществе. Мы сейчас, на самом деле, и формируем вот эти скрепы, о которых говорит президент. Они вроде бы формально всем ясны, но как они на самом деле работают, как их начать осуществлять в текущем моменте времени — мало кто понимает. Задача стоит большая, очень разносторонняя, но и хорошо, потому что, решая эту задачу, российское общество приобретет новые качества.

— В документальном фильме «Эпилог» о группе «Агата Кристи» прозвучала такая фраза: «Наверное, вы — одна из немногих российских групп, у которых были действительно оголтелые фанаты». Зависимость от кумира: как ее избежать и как преодолеть?

— Думаю, это вопрос психологии прежде всего. Это одна из форм мании, бесспорно. Я замечаю: фанаты — все-таки люди определенного психотипа. Они жадно ищут во внешнем мире то, чего им не хватает внутри. Поэтому здесь помогут психологи или духовный поиск. Происходит такое нездоровое явление, когда человек теряет целостность внутри себя, даже подсознательно, и начинает выискивать недостающие фрагменты этой целостности где-то во внешнем мире. Не внутри себя, а вовне. И иногда, к сожалению, в очень патологических формах.

— Если уже мы коснулись темы «Агаты Кристи» — почему люди зачастую не могут отличить поэтический образ, гротеск в песнях от откровенной пропаганды зла?

— Это зависит от нашего общего культурного уровня. Всегда есть люди, которые какие-то вещи воспринимают буквально. Но надо сказать, что и искусство, бывает, тоже в своем гротеске заходит очень далеко. И начинает оперировать и жонглировать различными образами, которыми, может быть, и не стоило бы жонглировать. Тут тоже палка о двух концах. Но в целом, конечно, вопрос в общем уровне понимания культуры как таковой. Я думаю, что это вещи воспитываемые. Тут нужно разъяснять и образовывать.

— А кто это должен делать?

— Система образования, с детства. Сейчас большой тренд по восстановлению углубленного изучения русской литературы, истории. Это правильные вещи, потому что через интенсивное образование в области культуры можно многого достичь на выходе. Я помню советскую школу. Заставляли же всех сочинения писать: и тех, кто шел потом после 8-го класса в профтехучилища, и будущих физиков, математиков. Потому что это поднимает культурный уровень человека. А чем выше культурный уровень человека, тем он больше разбирается в вещах, о которых говорилось выше.

— Песню «Вечная любовь» на концерте «Агаты Кристи» по случаю десятилетия группы ваш брат Глеб объявил следующим образом: «И об атеистах; о нас, дураках, в поисках Вечной Любви». Что здесь ключевое?

— Здесь юмор: и по поводу атеистов, и по поводу дураков. С одной стороны, атеист ведь тоже в поиске. Атеизм, отрицание Бога, — это тоже своего рода поиск Бога. Люди через это проходят и к чему-то приходят. Поэтому это правильная фраза, она собирает все в одну кучу, называет всех дураков и ставит вопрос, что Вечная Любовь — она все таки существует. А где вы ее найдете — через атеизм придете, через православие или другую религию или, может быть, просто через личный путь — это ваше дело. Но то, что Вечная Любовь существует, — это подспудно знает каждый человек. На уровне живота. Даже те, кто забыл об этом и погряз в греховном образе жизни. Все равно есть эта богобоязнь внутри, всегда. Потому что мы из этого состоим.

— Хорошие православные люди в вашей жизни встречались?

— Конечно, очень много людей! Я считаю, что для России православие — это ровно то, что нужно. В нем есть строгость, которая необходима нашему обществу; строгость, которая проистекает из уважения к сакральным вещам. И это наша национальная черта. Вообще любой поиск человеком Бога я приветствую. Сейчас он существует в форме общепризнанных религий. Внутри каждой религии есть сакральные вещи, которые переходят из поколения в поколение и которые были привнесены в жизнь с незапамятных времен. Но понятно, что в каждую эпоху, в зависимости от того, что это за общество, все эти вещи начинают как-то трактоваться людьми. Это нормально. Законы священные, духовные, законы жизни, мироздания существуют сами по себе вечно, а книгу «Закон Божий» пишут люди — которые проживают в конкретной социально-экономической формации, — и это дает определенный отпечаток. Мне кажется, что религии тоже ведь меняются со временем, и что сейчас мир стоит на переднем пороге понимания себя с точки зрения естествознания. Уже все проникли вглубь материи очень сильно, в скорости света… И поэтому архаичные толкования тех или иных вещей в религии у многих людей вызывают вопросы и часто становятся поводом для антипатии. Мне кажется, в ближайшее время религии могут претерпеть некоторые изменения в сторону переосмысления их на каком-то новом уровне. И в этом случае я, с одной стороны, поддерживаю религии как мощнейший инструмент духовного воспитания, с другой стороны, я понимаю, что во всех вещах, осуществляемых людьми, есть позитивные стороны и негативные. Я думаю, что православная Церковь как наиболее на сегодняшний день адекватная Церковь по части понимания Бога и веры — и следования вере, самое главное, — как раз может одной из первых эти вещи начать соединять, искать новое прочтение так, чтобы не было вот этого разрыва между светским и духовным, который есть сейчас. Мне кажется, эти вещи можно более тепло интегрировать друг с другом, и думаю, что правда где-то здесь и находится. Поэтому я тепло отношусь к православным. Я сам осознанно крестился, причем моим крестным был Костя Кинчев. В 2004 году это произошло. Я ходил в храм, познакомился с огромным количеством замечательных людей, умных православных священников, читал их книги, мне это все было близко, и это стало трамплином для моего дальнейшего духовного поиска, и я этому периоду очень благодарен, и, заходя в церковь, крещусь, конечно.

— Зло не может существовать иначе как в соседстве с добром. Если со злом все более-менее понятно, в чем вы видите добро в современном мире?

— Все силы, все чаяния людей или сообществ, направленные на сотрудничество, на единение можно назвать добром. А все усилия человечества для разъединения, манипуляции и управления друг другом можно назвать злом. Сегодня стоит глобальный цивилизационный выбор: как жить дальше. Либо мы будем продолжать конкурировать друг с другом, убивая друг друга в случае чего, либо мы будем понимать, что мир — это сообщество индивидуумов, которые могут творить что-то вместе, сотрудничать, менять мир к лучшему. И если представить себе на секундочку, что все силы, затрачиваемые человечеством на борьбу с самим собой, вдруг направлены в мирное русло, — я думаю, голодные дети в Африке были бы накормлены в течении трех дней и больше бы никогда не голодали.

— Все, кто с вами работал, в один голос отмечают вашу вежливость, безграничное терпение, чуткость и равное внимание к любому собеседнику. Как удалось воспитать в себе такие качества и хранить их, несмотря на напряженный график?

— К этому приходишь. Я считаю, нормальный человек в возрасте 50 лет должен получить какой-то жизненный опыт, сделать из него правильные выводы и уже обладать определенной житейской мудростью. Такой, которая вмещает в себя в том числе и понимание поведения с людьми. Потом, у меня достаточно большой опыт жизни как публичной персоны. А в целом я ведь не всегда был таким, как сейчас. Понятно, что когда начинались гастрольные поездки «Агаты Кристи», когда сталкиваешься с людьми в вагоне-ресторане, в тамбуре вагона, с водителями, на остановках или где-то еще — конечно, общение было весьма разнообразным, и часто — раздражающим. Но со временем ты начинаешь понимать, что такой человек к тебе подходит как к «звезде». Он же не знает тебя. Это просто его взаимодействие с неким его представлением. Если вдруг возникают агрессивные фанатские проявления, темпераментные, эмоциональные, то именно моя задача, как артиста и как так называемой «звезды», на которую идет реакция, — смягчить человека и помочь ему осознать, что музыка — одно, а человеческое общение — другое. Собственно говоря, это и есть своеобразный элемент психотерапии, способной помочь победить фанатскую зависимость, нездоровое любопытство. Что касается общения с музыкантами, прессой, партнерами — я уже понимаю, чего я хочу в жизни. И это дает мне некую ясность того, что я делаю: ясность поведения, осознанность, почему я здесь нахожусь и для чего я разговариваю с данным человеком. А когда такая осознанность возникает, все укладывается на свои места. Если я приехал с мечтой о том, чтобы в Севастополе и в Симферополе была рок-клубовская атмосфера, то я с собой эту атмосферу привношу. Я должен быть примером этой атмосферы. Я несу то, о чем мечтаю, и надеюсь, что у людей внутри тоже в этот момент загорается. Здесь нет никакого особого рецепта. Просто я считаю, что все правильные большие проекты реализуются размеренно, спокойно и в теплых взаимоотношениях друг с другом. И если человек приходит ко мне с другим видением, то, прежде чем делать какие-то выводы, нужно обсудить с ним эти вещи, нужно попытаться сонастроиться. По моему мнению, сонастроиться могут абсолютно все люди. Потому что мы все действительно состоим из одного и того же: из души и тела.

— Для полноты картины можете обозначить свой график в настоящее время?

— Последние почти четыре года, с тех пор, как закончилась группа «Агата Кристи», у меня началась новая глава жизни, которая вмещает в себя многое. Снова один, снова с музыкой, какие-то мечты об общественных и гуманитарных инициативах. Поэтому сейчас у меня такой период, когда я с огромным количеством людей встречаюсь, знакомлюсь, обсуждаю разного рода проекты, которые потом мы можем в партнерстве совершить. Часть из них становится этими проектами. Часть откладывается на потом, или, может быть, они возникнут когда-нибудь в другом месте. Поэтому у меня сейчас график очень рваный. Но в целом я стараюсь жить пятидневной рабочей неделей, чтобы выходные полностью посвящать семье. А так с утра у меня, как правило, работа с письмами, корреспонденцией, рецензированием, потом я выезжаю из дома на встречи, переговоры, и во второй половине дня уже громко репетирую, играю что-то, сижу в студии. Бывает, что остаюсь дома, в Подмосковье. Сочинять песни, например, удобнее всего дома. То есть ничего экстравагантного, в общем-то, здесь нет, обычный график.

В 2006 году Вадим Самойлов создал и возглавил благотворительный проект «Герой нашего времени» (сегодня — «РокЛаб»), целью которого является помощь молодым и начинающим музыкантам. С 2007 года — член Общественной палаты РФ. Член Авторского совета Российского авторского общества. 6 февраля 2012 года был официально зарегистрирован как доверенное лицо кандидата в президенты РФ и действующего премьер-министра Владимира Путина. В ноябре 2010 года музыкант принял участие в фотопроекте «Мужчины» (фонд «Зона Надежды» при помощи Гоши Куценко пригласил известных актеров и рок-музыкантов в Центр психолого-медико-социального сопровождения «Раменки» в поддержку семей, где матери воспитывают в одиночку детей с диагнозом ДЦП). 11 октября 2010 года Вадим Самойлов совместно с другими рок-музыкантами принял участие во встрече с Президентом Российской Федерации Д. А. Медведевым. Зимой 2015 года компания Gibson Brands, марка Epiphone и Вадим Самойлов представили новый гитарный конкурс для музыкантов в возрасте от 14 лет до 21 года.

— А для чего вам такое количество проектов? Вы могли бы жить на уже наработанном, на «Агате Кристи», спокойно сидеть дома и сочинять песни, записывать альбомы. Но не тянуть такую нагрузку на социальных проектах помощи людям.

— Я не беру на себя роль всеобщего благотворителя. Хотя слово «благотворительность» здесь, наверное, уместно, но не совсем точно. Благотворительность для нас — все-таки помощь тем, кто не может помочь сам себе. В моем случае я бы назвал это «педагогика». Видимо, мне близка эта тема. Мой дедушка преподавал и был доктором медицинских наук, членкором Академии наук СССР. В институте я с удовольствием проводил время со студентами. Видимо, во мне просто это есть. Мне нравится быть с молодым поколением. Я вижу, что в течение последних двадцати лет оно было не столь обласкано вниманием, и если было обласкано — то уж не тем вниманием, каким бы хотелось. Вопрос воспитания нового поколения действительно чрезвычайно важен. В конце концов, молодежь будет потом страной руководить. И необходимо, чтобы эта молодежь была адекватна, чтобы она выросла в людей с правильными ценностями, с широким кругозором, с возможностью иметь верный взгляд на мир. Для этого нужно гармоничное развитие личности. Поэтому мне хочется, чтобы развивалась культура — в том числе самодеятельная культура — потому что сейчас все общество несколько скатилось в индивидуалистическую логику, которая навязана капиталистическим образом жизни. Но я считаю, что капиталистическое миропонимание содержит тот нездоровый эгоистичный индивидуализм, который подразумевает отгородить себя от всего остального мира и жить только своими собственными интересами, своим собственным доходом. Однако практика показала, что это не наш путь, совсем. Потому что наша российская соборность — она действительно существует; и она играет огромную роль; и она делает нас такими, какими мы можем быть, какими мы должны быть. Поэтому я просто как гражданин своей любимой страны вижу те места, где что-то не так, и если я могу привнести в эти места идеи, которые будут их оздоравливать, — я это делаю. Поэтому много проектов. Поэтому я много куда хожу, разговариваю. И там, где эти вещи резонируют, из них что-то может вырастать. То есть мне просто небезразлично. Я и Родину люблю — если крупно говорить, а если говорить мелко и локально, то я хочу, чтобы было много хорошей музыки, чтобы наша музыка по уровню и по качеству исполнения приблизилась к международным стандартам, и дала еще своих будущих международных звезд. Потому что российским рок-музыкантам есть что сказать.

— В тему о самодеятельности. Существует стереотип: освоить музыкальный инструмент можно, только начав свой путь в детстве. Правда ли, что нельзя в 30 лет научиться играть на фортепиано? Такая мысль есть во многих ответах в Сети на подобный запрос.

— Это неправда. Все можно сделать. Я считаю, что вообще творческое самовыражение — это чрезвычайно важная вещь. Человеческий мозг состоит из двух полушарий: правого и левого. Одно отвечает за логическое поведение, другое — за интуитивное. И когда эти полушария работают совместно, когда логика и интуиция друг друга дополняют, когда этот механизм все время балансирует — тогда человек и живет правильно. Если происходит перевес в ту или иную сторону — это всегда плохо. Человек, который мыслит жизнь только в творчестве, тоже рано или поздно превращается в социального изгоя, неспособного ни на что, кроме как музицировать. Так же ущербен и человек, занимающийся исключительно деятельностью логической, абсолютно безэмоциональной. Правда посередине. Если у любого индивидуума возникает желание творчески реализоваться, порыв нужно всячески поощрять. И тут ведь неважно виртуозно научиться играть на скрипке в 30 лет. Никто ж не говорит, что ты станешь Ойстрахом. Но почувствовать, как инструмент резонирует, как скрипка начинает петь с тобой, — вот это самое главное. Неважно, насколько ты хорошо играешь. Важно, насколько ты получаешь воодушевление в этот момент. А воодушевлению учиться не надо — оно в человеке находится. Поэтому все очень просто. Все это можно делать. Здесь нужно понимать цель. Хотя есть разные примеры. Например, Марк Нопфлер, гитарист легендарной группы Dire Straits. Ничто не помешало ему стать легендарным рок-музыкантом и сделать большую группу.

(В списке 100 величайших гитаристов всех времен по версии журнала Rolling Stone Марк Нопфлер занял 27-ю позицию; сегодня он считается одним из лучших гитаристов, предпочитающих пальцевую технику звукоизвлечения. «Чего я только ни делал, чтобы играть в какой-нибудь группе. Я шатался по стране с гитарой наперевес, переезжая с места на место, — только бы меня услышали. Я помню рождественскую ночь на дороге, которая вела черт знает куда и была полностью покрыта снегом. Надо очень любить музыку, чтобы жить так». Успех постучался в дверь почти в самый последний момент. Марку уже было под тридцать, а это возраст, когда многие кладут гитару на полку и говорят себе: «Приятель, брось заниматься ерундой, все равно у тебя уже ничего не получится». — «Рожден, чтоб играть», журнал FUZZ №5/2005.)

Еще один пример могу вам привести. У меня в Асбесте (Родной город Вадима Самойлова. — Ред.) в музыкальном училище был такой случай. Пришел поступать туда сорокалетний слесарь. Он услышал по радио «Революционный этюд» Шопена. Это одно из самых сложных фортепианных произведений. Он его подобрал полностью и пришел с этим поступать в музыкальное училище. Так что, видите, абсолютно нет предела творческому самовыражению. Было бы желание, и самое главное, не нужно слушать людей, которые говорят: «У тебя ничего не получится». Нужно самому внутри себя знать: даже если не получится — это же тоже путь. Ну а что должно получиться? Мы же занимаемся чем-то не просто ради успеха. Ведь успех в результате ведет к эмоции. А эту эмоцию реально получить разными способами. Путь важнее, чем конечная цель. Потому что путь способен завести в разные интересные вещи, и первоначальная цель, возможно, потеряет свою важность. Не надо ставить цель формальную. Цель нужно ставить высокую и всеобъемлющую.

Беседовала Евгения Константинова

Что является пропагандой наркотиков?

Под этим понятием подразумевают распространение любой информации, в которой раскрывается позитивный смысл употребления психотропных веществ. Основная цель преподнесения таких сведений населению заключается в формирование позитивного отношения к наркотикам. Пропагандисты стараются закрепить в общественном сознании идею о желании получения наслаждения, которое можно ощущать после приема подобных препаратов.

Лица, которые занимаются популяризацией запрещенной информации, часто имеют с этого материальную выгоду. Производители и продавцы наркотиков самостоятельно редко участвуют в подобных акциях, поэтому процесс проникновения наркотиков в массы предупредить достаточно тяжело.

Пропаганда наркотиков в России

Реклама не всегда бывает явной. В агитационных материалах может быть расписано действие химических веществ на психику без указания их вреда для здоровья. Поэтому человек, не понимая всей опасности употребления таких средств, решает попробовать.

Важно: привыкание в 99% наступает моментально по причине получения мозгом порции радости. Это связано с выбросом огромного количества эндорфина.

В России запрещена пропаганда наркомании в любой форме. При изображении, перечислении наименований или упоминании дурманящих веществ в материалах, характеризующихся открытым доступом для людей, необходимо описывать оказываемый ими вред для здоровья.

Подобные запреты распространяются на печатные издания (книги, статьи газет и журналов), произведения массовой культуры (фильмы и песни) и другую продукцию, которой люди пользуются в повседневной жизни. В наказание за несоблюдение закона товары могут изъять из продажи.

Пропаганда наркотиков в социальных сетях

В последние годы интернет стал первым способом получения любой информации. Зайти на интересующий сайт можно не только с компьютера, но и с мобильного устройства. Практически вся молодежь общается с помощью гаджетов в социальных сетях. Их создатели также преследуют материальную выгоду, поэтому предоставляют место на любой странице своего сайта для рекламодателей. Пропаганда при этом нередко бывает скрытой.

Как рекламируют наркотики

Для привлечения большего количества людей к потреблению наркотиков пропагандисты начали создавать в виртуальном мире группы («Алкоголь и Наркотики», «Секс, наркотики и рок-н-ролл»), в которых рассказывают о приятных ощущениях после приема психотропных веществ. Они преподносят информацию в фильмах, фото, изображениях и песнях. Создатели таких групп не считают себя наркоманами. Они позиционируют свой слой общества, как людей, познавших недоступную для других радость. Участники обещают новичкам помочь избавиться от любой душевной проблемы, дают советы, где купить и как попробовать наркотики. После затягивания человека, они предлагают выступать за легализацию подобных веществ, пополняя таким способом ряды пропагандистов.

Важно: одним из методов привлечения пользователей является проведение опроса на тему «Первый опыт употребления наркотиков». Обычно в ответах больший процент будет стоять на ответе «Понравилось».

Молодежный слой населения часто представлен лицами с несформированным собственным мнением, которые легко поддаются чужому влиянию. Если в мыслях такого ребенка поселить идею о решении всех проблем с помощью наркотиков, то он обязательно решит их попробовать.

Ответственность за рекламу запрещенных веществ

Согласно ст. 6.13 КоАП РФ лицам, занимающимся пропагандой наркотиков и прекурсоров, грозят следующие виды административной ответственности:

штраф. Для физического лица он составляет от 4 тыс. до 5 тыс. руб. с конфискацией рекламного товара и оборудования, используемого для его изготовления. Для должностного лица сумма штрафа увеличивается до 40 тыс. – 50 тыс. руб., а для юридического до 800 тыс. – 1 мл. руб.; иностранным гражданам дополнительно назначают выдворение из страны.

В настоящее время в Госдуме рассматривается вопрос об ужесточении наказания за пропаганду наркотиков в интернете о введении уголовной ответственности за данные деяния (предположительно данный закон вступит в силу в декабре 2020 года).

Варианты рекламы запрещенных веществ

К наиболее популярным способам пропаганды относят:

Граффити

Изображения наркотиков и надписи о дающем ими наслаждении наносят в местах с большой проходимостью людей и сборах молодежи. Объявления о продаже психотропных веществ могут выглядеть в виде надписей с непонятными словами (амфа, марка, микс) и номером телефона на асфальте и уличных столбах.

Киноиндустрия, видеофайлы

На экраны часто выходят фильмы, в которых герои употребляют марихуану, получая от этого неописуемый кайф. Это создает стереотип, что легкие наркотики приносят только радость.

Песни

Представители таких музыкальных направлений, как рэп, хип-хоп и регги воспевают в своих произведениях веселую жизнь с наркотиками. Это относится к исполнителям зарубежных стран, где употребление наркотиков полностью или частично легализовано. Если такие песни и будут запрещены в России, то их легко можно скачать в интернете;

СМИ. Это самое мощное оружие пропагандистов. Любое печатное издание не откажется опубликовать статью об откровении наркомана, в котором он опишет все прелести употребления запрещенных веществ.

Одежда, аксессуары

Производители выпускают молодежные футболки, куртки, нижнее белье и другие изделия, надеваемые человеком, с изображением листочка конопли. Такая одежда считается стильной и модной.

Помогает ли социальная реклама против наркотиков преодолеть наркоманию?

В свое время автор этих строк пытался выяснить это в своей дипломной работе. Мое скромное мнение можно описать несколькими тезисами. Наркоманов рекламой не исправишь. Их ближайшее окружение или подвержено риску почти на 100%, или в такой же степени мотивировано не употреблять наркотики. А вот для тех, кто далек от наркомании (обычно в силу социального окружения), — можно и нужно создавать социальную рекламу. Чтобы не было повадно. Но это, повторяю, всего лишь мое мнение.

На тему наркомании сделано огромное количество «шоковых» роликов и плакатов. Чтобы убедить многих юных и неглупых не пробовать наркотики иногда достаточно просто сводить их куда-нибудь, где темная сторона наркомании предстанет перед ними во всей красе. К сожалению, для многих подростков доступна и другая сторона: та, где все кажется как минимум — безобидным, а в худшем случае — ярким и привлекательным. Поэтому шок отодвигается на второй план убеждением «со мной такого не случится».

Более интеллектуальные доказательства не так мощно действуют, но также могут кого-то зацепить. Если рекламное место пустует — то почему бы его не занять красивой картинкой антинаркотической агитации?

В этой подборке видео нет, для роликов будет создан дополнительный обзор. Некоторые плакаты прокомментирую — иностранная реклама бывает специфичной и требует пояснений.

«Старых торчков не бывает» — английская социалка агентства BBDO.

«Наркомания — это самоуничтожение».


Попытка убедить воздержаться от наркотуризма: демонстрация прелестей иностранных тюрем.

Несколько принтов из грандиозной американской антинаркотической кампании Montana Meth Project. Обязательно вернемся к этой рекламе, хотя бы потому, что видео для проекта создавали режиссеры Даррен Аронофски и Александро Гонсалес Иньярриту.

В социальной рекламе против наркотиков нередко фигурируют представители наркомафии.

Прием «до и после» постоянно встречается в различных проектах на эту тему.

Реклама, призывающая подростков позаботиться о друзьях, которые употребляют наркотики.

Что ты теряешь, когда начинаешь курить марихуану? Опять расчет на молодежную аудиторию.

Социальная реклама с различными метафорами на тему наркотиков.

Почему «запрет пропаганды наркотиков» вреден для культуры, науки и здоровья нации

Малоосмысленное словосочетание «пропаганда наркотиков» в последние месяцы вновь вернулось в политическое и медийное пространство России. Нельзя сказать, что его до этого там не было: с начала 2000-х статья 6.13 КоАП РФ «Пропаганда наркотических средств, психотропных веществ или их прекурсоров, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, и их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры, новых потенциально опасных психоактивных веществ» — один из самых серьезных правовых ограничителей любой рациональной дискуссии о психоактивных веществах, гуманной наркополитике и многих иных вопросах, связанных с правом человека на сохранение или изменение своего физического или ментального состояния.

В 2012 году к административной статье о пропаганде добавилась и массовая внесудебная блокировка сайтов, так или иначе связанных с «наркотематикой». За первые 4 года действия закона Роскомнадзор заблокировал по данному поводу около 10 тысяч сайтов. Однако в последние месяцы власти сделали существенные шаги на пути превращения административного юридического идиотизма в идиотизм уголовный: Министерство внутренних дел начало разрабатывать законопроект, который превратит прошлое «административное правонарушение» в будущее «уголовное преступление».

Согласно словарю Ожегова пропаганда — это распространение в обществе и разъяснение каких-либо воззрений, идей, знаний, учения. Наркотики никаким «воззрением» являться не могут — так что словосочетание «пропаганда наркотиков» оказывается конструкцией, придуманной исключительно для манипуляции общественным мнением.

Кадр из фильма «Аптечный ковбой»

Как так вышло и почему запрет пропаганды наркотиков — опасный и бессмысленный шаг?

Вернемся в прошлое десятилетие и посмотрим, какую именно «борьбу с пропагандой» наркотиков вели офицеры ныне ликвидированной ФСКН (Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков) — и как их преемники продолжают эту «борьбу» сегодня.

Объектами внимания «наркополицейских» то и дело оказывались научные монографии, известнейшие произведения художественной литературы, исторически важные образцы контркультурной публицистики, тексты независимых журналистов, а также… носки, сережки, ресторанные меню и прочие предметы обихода, на которых обнаруживался знак, чем-то напоминающий лист конопли.

Итак, 2006 год: впервые с советских времен суд принимает решение о полном уничтожении остатков тиража книг. К сожжению приговаривают 913 экземпляров монографии британского антрополога Фила Джексона «Клубная культура» (основанной на кандидатской диссертации, защищенной в Университетском колледже Лондона) и 895 экземпляров «Культуры времен Апокалипсиса» Адама Парфрея — культового сборника статей о маргинальных явлениях в США 1980-х.

Повод один и тот же — «пропаганда наркотиков». Краткие упоминания о роли психоактивных веществ в «новой чувственности» рейвов и эссе американского дирижера и писателя Дэвида Вударда об использовании кетамина в магических ритуалах оказались равно неприемлемыми для ФСКН и екатеринбуржского суда, который предпочел проигнорировать экспертные заключения ведущих исследователей, свидетельствовавшие в пользу книг.

Этот эпизод стал частью кампании федерального масштаба против радикального издательства «Ультра.Культура», созданного Ильей Кормильцевым, автором текстов группы «Наутилус Помпилиус». Но это лишь одна из бесчисленного множества «наркоцензурных» историй. Под горячую руку сотрудников ФСКН среди десятков других попали:

  • работа художника Дмитрия Врубеля, посвященная инъекционному наркопотреблению среди детей,
  • монография нарколога А.Г. Данилина «LSD. Галлюциногены, психоделия и феномен зависимости», изданная при содействии Министерства образования РФ,
  • «Рассказики под экстази» Фредерика Бегбедера,
  • «Электропрохладительный кислотный тест» Тома Вулфа,
  • книги Баяна Ширянова,
  • книги Линор Горалик,
  • музыкальные альбомы групп «Сектор Газа» и «Центр»,
  • фильм «Аптечный ковбой» Гаса Ван Сента,
  • фильм «На игле» Дэнни Бойла.

Все эти произведения изымались из продажи в разных городах РФ. Еще более активную деятельность региональные сотрудники ФСКН разворачивали в библиотеках, требуя не выдавать определенные книги и передавать сведения о читателях «неблагонадежной» литературы (среди таковой оказалась и брошюра А.И. Морозова «Разведение грибов. Мицелий» из серии АСТ «Приусадебное хозяйство»).

Кадр из фильма «Морфий»

Более того, по словам переводчика и издателя Алекса Керви, в середине 2000-х «наркополицейские» установили негласную цензуру в АСТ — крупнейшем издательстве страны. В результате остановилась подготовка к изданию нескольких десятков произведений современной прозы и нон-фикшена.

Что же такого «наркополицейские» находили в этих произведениях, что позволяло объявить их «пропагандой наркотиков»? Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах», принятый в 1998 году, гласит:

Статья 46. Запрещение пропаганды в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ и в сфере культивирования наркосодержащих растений

  1. Пропаганда наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ, культивирования наркосодержащих растений, осуществляемая юридическими или физическими лицами и направленная на распространение сведений о способах, методах разработки, изготовления и использования наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ, местах их приобретения, способах и местах культивирования наркосодержащих растений, а также производство и распространение книжной продукции, продукции средств массовой информации, распространение указанных сведений посредством использования информационно-телекоммуникационных сетей или совершение иных действий в этих целях запрещаются.
  2. Запрещается пропаганда каких-либо преимуществ в использовании отдельных наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров, новых потенциально опасных психоактивных веществ, наркосодержащих растений, в том числе пропаганда использования в медицинских целях наркотических средств, психотропных веществ, новых потенциально опасных психоактивных веществ, наркосодержащих растений, подавляющих волю человека либо отрицательно влияющих на его психическое или физическое здоровье.

Отсюда видно, что проблема «наркоцензуры» заключается не в факте той или иной неверной интерпретации или произвольного правоприменения, но в самой сути понятия «пропаганды наркотиков», под которое несложно подвести и классические произведения художественной литературы.

«Анна Каренина» Льва Толстого:

«С ума свести, — повторила она. — Когда я думаю об этом, то я уже не засыпаю без морфина. <…> Анна между тем, вернувшись в свой кабинет, взяла рюмку и накапала в нее несколько капель лекарства, в котором важную часть составлял морфин, и, выпив и посидев несколько времени неподвижно, с успокоенным и веселым духом пошла в спальню. <…> Когда она налила себе обычный прием опиума и подумала о том, что стоило только выпить всю склянку, чтобы умереть. <…> Она, не разбудив его, вернулась к себе и после второго приема опиума к утру заснула тяжелым, неполным сном, во всё время которого она не переставала чувствовать себя».

«Морфий» Михаила Булгакова:

«Первая минута: ощущение прикосновения к шее. Это прикосновение становится теплым и расширяется. Во вторую минуту внезапно проходит холодная волна под ложечкой, а вслед за этим начинается необыкновенное прояснение мыслей и взрыв работоспособности. Абсолютно все неприятные ощущения прекращаются. Это высшая точка проявления духовной силы человека. И если б я не был испорчен медицинским образованием, я бы сказал, что нормально человек может работать только после укола морфием…»

«Цветы зла» Шарля Бодлера:

Раздвинет опиум пределы сновидений,
Бескрайностей края,
Расширит чувственность за грани бытия,
И вкус мертвящих наслаждений,
Прорвав свой кругозор, поймет душа твоя.

Также закон можно рассматривать как формальный запрет на какую-либо научную коммуникацию, которая касается новых потенциальных применений психоактивных веществ в медицине:

Примечание. Не является административным правонарушением распространение в специализированных изданиях, рассчитанных на медицинских и фармацевтических работников, сведений о разрешенных к применению в медицинских целях наркотических средствах, психотропных веществах и их прекурсорах.

Если вещество еще не разрешено применять в медицинской практике, то, согласно букве закона, профессионалы не могут обсуждать его потенциальные применения даже друг с другом! Сложно представить себе норму, которая бы больше противоречила смыслу и духу научных исследований.

Аналогичную законодательную базу государство подготовило и в отношении изображений листа конопли. Запрет на распространение продукции с узнаваемым символом окончательно утвердили 16 сентября 2009 года, когда Верховный суд включил решение по административному делу подобного рода в «Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за 2-й квартал 2009 года».

Так что многочисленные и абсурдные изъятия (с последующими крупными штрафами) шапок, серег и носков, на которых полицейским удается разглядеть стилизованное изображение конопли, не просто являются судебно-полицейским произволом, но имеют под собой некоторую правовую базу.

И это несмотря на то, что на протяжении многих веков техническая конопля (растение того же вида, что и психоактивная) была одной из важнейших сельскохозяйственных культур Российской империи и СССР, а сделанное из нее волокно (пенька) было важным предметом экспорта. Более того, Ассоциация коноплеводов действует в России и по сей день; конопля изображена на гербе города Новозыбкова; ее скульптурные изображения присутствуют на одном из символов комплекса ВДНХ — фонтане «Дружба народов».

Впрочем, правоохранители штрафуют и продавцов легальных пищевых продуктов: конопляной муки и пива.

Понятно, что всеобъемлюще репрессивное, противоречащее логике развития науки и культуры, да и самому здравому смыслу законодательство может применяться лишь избирательно. Так и происходит: в последние годы основной публичной мишенью стали независимые медиа.

  • В мае 2018 года на 40 тысяч рублей оштрафовали главного редактора портала LеntаChеl.ru Германа Галкина, чье издание выступило в поддержку легализации марихуаны.
  • В июне 2018 года Сыктывкарский суд оштрафовал на 800 тысяч рублей интернет-журнал 7×7. Издание опубликовало диалог с известным активистом Либертарианской партии Михаилом Световым, который упомянул научные исследования о сравнении вреда различных психоактивных веществ.
  • В октябре 2018 года на 800 тысяч рублей был оштрафован Фонд им. Андрея Рылькова, занимающийся социальной поддержкой наркопотребителей: суд усмотрел «пропаганду наркотиков» в публикациях издаваемой фондом газеты «Шляпа и баян».

Сторонники нового закона нередко утверждают, что он поможет борьбе с торговлей психоактивными веществами в даркнете. Вне зависимости от того, кажется ли нам необходимой эта борьба, это утверждение является заведомой ложью. На торговых площадках даркнета никакие «наркотики» не пропагандируют — там их просто продают. А это и так уже криминализовано, и никакие новые законы здесь не нужны!

Что случится, если закон будет принят?

Превращение нынешней административной практики в практику уголовную усугубит ситуацию. Даже в случае редкого и избирательного применения закон установит фактический запрет на любое независимое обсуждение и исследование психоактивных веществ, их социальной и культурной роли. Также станет практически невозможной любая дискуссия о наркополитике.

Единственным способом высказывания о психоактивных веществах, не приводящим в потенциале в тюрьму, останутся речи ненависти той или иной степени энергичности. Для этого даже не понадобятся массовые репрессии: как только новый закон начнут применять, машина цензуры и самоцензуры заработает на полную катушку. Люди будут бояться не только вести рациональную публичную дискуссию о психоактивных веществах, но и последовательно обдумывать любые идеи на эту тему (ведь никакая мысль не возможна без общения, в том числе общения публичного).

Тем самым вся эта сфера знания будет отдана под власть мифа — будь то государственная «черная легенда», доминирования которой добиваются сторонники этой инициативы, или же наркопозитивные мифы подпольных субкультур, которые в условиях тотальной цензуры и пропаганды ненависти будут казаться гораздо более достоверными любым критически мыслящим людям.

Кадр из фильма «На игле»

Запретный плод сладок — и сложно представить, что будет больше способствовать сомнениям в официальной позиции, чем насильственное прекращение дискуссии на ту или иную тему.

Так что, как ни странно, «запрет на пропаганду наркотиков» сам по себе и окажется реальной и действующей пропагандой их произвольного употребления.

Таким образом, в условиях репрессивной наркополитики, запрета на распространение объективной информации о снижении вреда, а также подпольного рынка, наводненного поддельными или плохо очищенными веществами, запрет на пропаганду не остановит употребление и не скажется позитивно на «здоровье нации» (каким бы странным ни казался этот биополитический аргумент). Он приведет лишь к новым и новым пострадавшим и погибшим от небезопасного употребления новых плохо изученных веществ.