Епископ панкратий валаам

Содержание

«Да разве сердце позабудет?..»

И, кажется, так будет всегда: в любой момент ты сможешь прийти к нему со своими радостями и печалями. Но однажды этот человек уходит… навсегда. И только тут ты понимаешь всю неоценимость этой потери и ощущаешь свое полнейшее бессилие что-либо изменить. Судьба оставляет тебе только одну возможность – помнить…
Рыльский Свято-Николаевский монастырь всегда был местом особого притяжения. Мы, еще будучи молодыми, любили сюда приходить, посидеть в летний день в тени раскидистых крон старых деревьев – одиноких долгожителей бывшего монастырского сада. Глядя на полуразрушенные храмы, моя подружка Марина однажды мечтательно произнесла:
– Девчонки, представьте себе, как здесь когда-то звонили колокола, по этим тропинкам ходили монахи… Жаль, что этого уже не будет никогда, – грустно заключила она.
– Может, все еще вернется, – твердым голосом, сделав логическое ударение на последнем слове, заметила Валентина – самая рассудительная из нас.
И вот в октябре 1991 года (после возвращения монастыря Курской епархии) сюда приехал архимандрит Ипполит (Халин), которого многие называли просто отцом Ипполитом, а еще чаще – «батюшкой». И вскоре мы с ним встретились: я получила задание сделать интервью с первым настоятелем возрождающегося монастыря.
Мы сидели на толстых деревах (предназначенных для строительных работ) в центре большого и неуютного в то время монастырского двора и говорили, казалось, ни о чем. Отец Ипполит (с бородой с проседью, в простенькой фуфаечке поверх рясы), которого я мысленно назвала «добрым дедушкой», больше расспрашивал меня, чем говорил сам. Я с присущим молодости энтузиазмом стала рассказывать ему об истории Рыльского монастыря, которому уже почти 500 лет, даже не догадываясь, что он знает эту историю гораздо лучше меня, как, впрочем, и многие другие моменты.
И во все время нашего разговора я чувствовала на себе взгляд его глаз. Это были удивительные глаза: проницательные, просвечивающие тебя, словно рентген, чуточку насмешливые и в то же время необычайно ласковые. Из них, казалось, постоянно струился солнечный свет, от которого озарялось все вокруг, а теплые лучики этого солнышка согревали твою душу, и в нее каким-то непонятным для тебя образом вселялись покой и радость.
– Отец Ипполит, расскажите, пожалуйста, о себе, – попросила я его.
– А тебе не скучно будет слушать?
– Ну что вы! Вы столько лет были на Афоне…
– Это точно не интересно, – стал меня убеждать отец Ипполит, и в его чуточку насмешливых глазах запрыгали солнечные зайчики. – Там женщин не было – один мужской пол. Даже кур не было, а только петушки, – он произнес эти слова и засмеялся, словно довольный моим смущением.
Это потом, за десять лет нашего знакомства я привыкла к тому, что отец Ипполит часто говорит притчами, полунамеками, и только спустя какое-то время ты разгадываешь тайну сказанного и оцениваешь великую истину его пророческих слов.
В Рыльский монастырь, практически с первых месяцев появления здесь старца, приезжало много людей творческих профессий, в частности, художников. Однажды мы с одной московской художницей Татьяной беседовали с отцом Ипполитом о смысле бытия. Он говорил о том, как важен мир в большом понимании значения этого слова:
– Где мир – там любовь. А любовь – это Бог. Бог должен быть в семье, государстве… Должно быть единение всех народов, живущих в России.
Архимандрит Ипполит, благословивший открытие в Северной Осетии Аланского Богоявленского женского монастыря, с особой нежностью относился к этому народу. И вообще он говорил, что именно с нежностью нужно молиться, ходить в храм…
– Ну, батюшка, помолиться можно и дома, – ничтоже сумняшеся возразила Татьяна.
– Конечно, – даже и не пытался оспорить ее слова отец Ипполит. – Устроился на работу – и не хожу…
Как-то мы с настоятелем монастыря сидели на скамеечке за столиком – это было его любимое место, у каштана возле колокольни. Стоял чудесный майский вечер. Заливались соловьи. За несколько лет пребывания здесь отца Ипполита уже начали менять свой облик возрождающиеся храмы, но работа предстояла еще очень большая. Я, как обычно, пришла за интервью. Нашу тихую ровную беседу нарушил громкий голос монастырского послушника:
– Батюшка! Коров загнать не можем. Стадо как взбунтовалось.
– Скажите Зорьке, что отец Ипполит зовет, – ответ был спокойным и настолько убедительным, что послушник тотчас побежал на луг исполнять то, что велел ему старец.
– Влияние отца Ипполита на человеческие души было просто удивительным, – говорит нынешний настоятель Рыльского Свято-
Николаевского мужского монастыря игумен Панкратий (Заикин). – Многие знавшие его люди теперь в церкви, в монашестве. Мы, чтобы воцерковить человека, иной раз столько беседуем с ним, даем читать ему много книг, а после общения с отцом Ипполитом человек преображался за какие-то минуты, на его душу нисходила благодать. Вот это и есть христианское чудо!
Как утверждают люди, после общения со старцем посвятившие себя служению православной церкви, он обладал «высоким духовным опытом, прозорливым даром чтения в человеческом сердце, даром любви ко всем людям». Да, отец Ипполит не умел не любить. Он искренне любил всех: и богатого, и нищего, и истинного христианина, и мечущегося в своих сомнениях атеиста. Многие бомжи, бесприютные скитальцы, уже списанные с дороги жизни неизлечимо больные люди находили приют и заботу о себе в монастырских стенах. Иной раз это вызывало недоумение, и люди, считавшие себя вправе делать это, давали «дельные советы» старцу. А он всех выслушивал, ни с кем, в общем-то, не спорил и все делал по-своему. И, может быть, именно потому, что каждый чувствовал к себе особую любовь «батюшки», в Рыльский монастырь потянулись паломники из самых разных уголков нашей земли.
Кто же он такой, этот старец, однажды пришедший в наш мир и погрузившийся в наши душевные страдания и житейские заботы? Он родился 18 апреля 1928 года в селе Субботино Солнцевского района. Родители его – простые крестьяне. Сергей (так звали отца Ипполита в миру) был младшим, восьмым ребенком в семье. В роду Халиных были и священники, и монахи. После средней школы и трехлетней службы в армии Сергей ушел послушником в Глинскую пустынь (Глуховский район Сумской области). Родители, не сомневавшиеся в его искренней вере, не противоречили уходу сына в монастырь.
В Глинской пустыни Сергей становится духовным чадом знаменитого старца схиархимандрита Андроника (Лукаша), который своими молитвами спасет от смерти тяжело заболевшего молодого послушника – будущего настоятеля Рыльского монастыря.
Через год послушника Сергия переводят в Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, где и постригают в монахи с именем Ипполит. Затем рукополагают в иеродиаконы, а позднее – в иеромонахи. В этом монастыре Ипполит тесно общается с жившими в Печорах последними валаамскими старцами: иеромонахом Михаилом (Питкевичем) и схимонахом Николаем (Монаховым), а также с иеромонахом Симеоном (Желниным), в 2003 году причисленным к лику святых. Это ему принадлежат слова: «У нас, братия, есть будущие столпники, аскеты, юродивые и сильно юродивые. А есть такие, у которых сплошная любовь ко всем людям». Может быть, именно отца Ипполита имел в виду старец?
В 1966 году иеромонаха Ипполита посылают на Афон, в русский Свято-Пантелеймонов монастырь. Он пробыл там 18 лет и оставил о себе память как «добрый, ласковый брат во Христе и большой молитвенник». Вернувшегося в Россию отца Ипполита со временем стали называть афонским старцем. Преподобный Варсонофий Оптинский говорил: «Великая благодать дается старчеству – дар рассуждения. У них, кроме физических очей, имеются еще очи духовные, перед которыми открывается душа человеческая. Прежде чем человек подумает, прежде чем возникнет у него мысль, они видят ее духовными очами.., видят причину возникновения у него такой мысли. И от них не скрыто ничего…». Эти слова раскрывают «секрет» дара, которым обладал настоятель Рыльского монастыря и который так привлекал к нему верующих.
Недавно в Рыльском ЦКД «Сейм» демонстрировался фильм «Старец», сделанный на студии «ALANMON» к 85-летию архимандрита Ипполита, презентация которого на прошлой неделе состоялась на торжественном вечере памяти отца Ипполита в Москве в Русском культурном центре имени святителя Василия Великого. Автор сценария и режиссер – настоятельница Богоявленского женского монастыря игуменья Нонна (Багаева). Это фильм-воспоминание: многие ныне воцерковленные люди рассказывают о том, как каждому из них старец Ипполит предсказывал свою дорогу к Богу. Да и сама режиссер (в миру Наталья) тоже вспоминает, что отец Ипполит как только увидел ее, впервые приехавшую в Рыльский монастырь, сразу предрек, что она станет монахиней и игуменьей нового монастыря. Герои фильма говорят также о чудесах, произошедших с ними по воле Бога, как бы переданной им через старца Ипполита: кто-то излечился, кто-то обрел семейное счастье.
Безусловно, все это сугубо индивидуальное восприятие «батюшкиных» слов и наставлений каждым, с кем он беседовал. Люди очень любили отца Ипполита и подчас чувствовали и видели именно то, что им хотелось видеть. Одна рылянка рассказывала мне, что когда хоронили «батюшку», то «расцвели все цветы на монастырском дворе»… Отца Ипполита хоронили 19 декабря 2002 года, в день памяти святителя Николая, имя которого носит Рыльский монастырь. Ни сильный мороз, ни пурга не помешали людям прийти проститься с тем, кого они так любили. А некоторые даже увидели не снежные переметы, а цветы…
Об отце Ипполите на сегодняшний день уже много написано. Авторы различных статей и книг называют его и добрым, и ласковым, и нежным. Это абсолютно верные (я сужу по своим впечатлениям) определения. Но в моей памяти архимандрит Ипполит остался прежде всего задумчивым старцем. Его чело всегда беспокоила какая-то мысль, но она не отвлекала его от чтения мыслей ближнего.
Я никогда не была религиозным фанатиком и не смотрела на архимандрита Ипполита как на святого. Для меня он был на редкость чутким человеком, который глубоко и искренне любил и целый мир, и каждого человека в отдельности. А это так непросто! Он изо дня в день самоотверженно трудился, принимая по многу людей и молясь за их благополучие. Люди надеялись на его помощь, и он делал все, чтобы не разочаровать и не огорчить их.
Однажды мой коллега попросил меня проводить к старцу одного художника, у сына которого были проблемы с психикой… В это время отец Ипполит уже был не совсем здоров и тревожить его в такой момент было неловко. Но при виде молодого человека у меня защемило сердце… Отец Ипполит не смог выйти к нам сам. Ухаживавшей за ним матушке велел, чтобы я написала записку. Через несколько минут матушка вернулась, сообщив время, в которое можно «прийти к батюшке болящему».
Я точно не знаю дальнейшую судьбу этого молодого человека, но верю, что он выздоровел: через моего коллегу художник передал мне свой небольшой этюд: ранняя весна, еще лежит снег, но река уже живая. Деревья пока обнажены, но в их стволах и ветвях чувствуется теплящаяся жизнь – скоро они снова наденут свой зеленый наряд. Этот подарок я расценила как тайную записку о том, что все хорошо, и бережно храню этюд – как память об отце Ипполите и об этом мальчике, которому он помог.
Много раз по просьбе друзей я просила отца Ипполита подписать им книги или его фотографии. Он не отказал ни разу! Писал коротко: «На молитвенную память. Архимандрит Ипполиt» – именно так он выписывал букву «т». Как это ни грустно, у самой меня с его подписью на память ничего не осталось. Я как-то всегда была уверена, что в любой момент могу обратиться с этой небольшой просьбой к отцу Ипполиту – он же всегда будет неподалеку. К сожалению, и когда в последний раз мы с ним договаривались сделать интервью именно о духовной жизни обители (о которой он говорил, что она сильна не стенами, а духом), я не почувствовала, что он прощается со мной навсегда:
– Давай после Рождества встретимся – разговеемся…
– Хорошо!
– Пока, – он произнес это такое знакомое мне в его устах слово обычно, улыбнувшись своими лучистыми проницательными глазами, не вызвав у меня никакой тревоги.
И все: больше я уже никогда не видела этих удивительных глаз… Но «разве сердце позабудет» такого изумительного человека, которого Провидение так редко посылает в наш грешный мир?
Анна БЕЛУНОВА Фото Станислава ГЕРАСИМЕНКО На фото: Архимандрит Ипполит (декабрь 1991 г.).

Рыльский Свято-Николаевский мужской монастырь
Епархиальный мужской монастырь

Точная дата основания монастыря неизвестна, его возраст принято отсчитывать от первого упоминания в письменных источниках в 1505 году. Одна из причин отсутствия точной датировки в том, что не сохранились старинные монастырские документы. В 1614 году настоятель Рыльского монастыря игумен Феодосий, взяв с собой «прежних государей и великих князей жалованные грамоты» для переписи по причине их ветхости, поехал в Москву. Но по дороге был ограблен и убит разбойниками, грамоты бесследно исчезли.Документально подтвержденные сведения об обители появляются в архивах с XYI века.
В Смутное время обитель была разорена польско-литовским войском, при игумене Корнилие началось, а при игумене Мисаиле продолжилось ее восстановление. Игумен Корнилий, бывший настоятелем Новгород-Северского Спасского монастыря и братия, не пожелавшие оставаться под польско-литовским владычеством, переехали в Рыльский монастырь и пребывали в нем с 1618 до 1620 года. Из документов тех лет известно, что монастырь имел два подворья в Рыльске — одно на посаде, возле острога, где находилась церковь во имя Живоначальной Троицы с тремя братскими кельями, другое — внутри города, на случай вражеской осады. В 1624 году игумен Мисаил пишет челобитную царю Михаилу Феодоровичу, в которой просит вернуть монастырю церковное место, которое после сожжения посада поляками, было занято рылянами. Царь удовлетворил эту просьбу, церковное место было очищено, отмерено и подготовлено для устроения монастырского двора на случай осады. Кроме того, Волынской пустыни (как раньше назывался Николаевский монастырь) принадлежали прилегающие к ней земли, в «Выписке с Рыльских книг Захария Бибикова» 1615 года сообщается, что «на посаде дано в вотчину — рыбная ловля в речке Рыло, озерко Мочулище, да озеро Долгое, да озерко под Белыми берегами, да в речке Волынке прудок». Кроме того, богатые люди жертвовали земельные участки и за пределами Рыльска. «В Снитской волости старая Никольская вотчина, сельцо Дмитриевское с церковью Димитрия Солунского, деревня Крупец, а в ней крестьян 13 дворов, да пустой починок Прудище, а в них пашни паханы добрые земли». Монастырь также владел пахотными землями, лесными и сенокосными угодьями. За пользование реками, ловлю рыбы, содержание мельницы монахи платили государю налог.
Здания в обители в то время были деревянными, покрыты тесом и огорожены частоколом. К началу XYIII века деревянные постройки пришли в негодность, и рыльский купец Прокофий Герасимович Шелехов решил построить каменный храм во имя святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских на месте старого. Но успел только заключить договоры на поставку строительных материалов, его дело продолжил сын, Иван Прокофьевич Шелехов, заложив в 1733 году и выстроив по высочайшему повелению императрицы Анны Иоанновны первую каменную церковь, которую освятили в 1783 году в честь праздника Крестовоздвижения. Вторая каменная церковь во имя Живоначальной Троицы была построена в 1747 году по прошению путивльской и рыльской помещицы Анна Забелиной. А третий храм — в честь святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских воздвигнут в 1753 году стараниями игумена Матфея (Лукашева). И завершала ансамбль монастырских храмов пятиярусная колокольня со Святыми вратами в нижней части, которые были главным въездом в центральную часть обители. Впервые это сооружение упоминается в описи 1764 года, хотя, по мнению специалистов, оно возведено на 20 лет раньше. В среднем ярусе колокольни были установлены часы, в верхнем – набор из семи, а с 1820 года – из девяти колоколов. Главная въездная надвратная башня с западной стороны была построена в 1740-1742 гг. как звонница-колоколенка. Мощный бас ее колокола, отлитого в 1742 году, весом 2,5 тонны разносился окрест на многие версты. В середине ХIX в. звонница была перестроена: в ее верхней восьмигранной части заложили арочные проемы, а вокруг восьмерика устроили на квадратных столбах галерею. В 1949 году еще довольно крепкую башню разобрали на кирпичи, соорудив неуклюжие ворота.
В течение XYIII века монастырь перестраивали и благоустраивали, в 1781 году из Амоньской пустыни в обитель переносят чудотворный образ святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, с которым впоследствии были учреждены крестные ходы. В 1784 году на втором этаже братского корпуса начало работу Духовное училище. В 1793 году по указу Синода открыты больница и баня для больных в помещении деревянных келий в северо-западном углу центральной части двора. Через год при больнице построили храм в честь Ахтырской иконы Божией Матери. Церковь стояла на взгорье и занимала северо-западный угол монастыря. В документах от 1825 года она называется уже Тихвинской. В храме была установлена чтимая Ахтырская икона Пресвятой Богородицы в серебряной и позолоченной ризе, с драгоценными камнями. Этот образ был пожертвован обители рыльской помещицей Натальей Кузьминичной Лукашевой в 1790 году. В маленьком храме совершались зимой ранние Литургии, в праздничные дни в честь Ахтырской и Тихвинской икон Божией Матери при большом стечении народа богослужения проходили под сенью деревьев, окружавших здание. Тихвинский храм был разрушен в XX веке во времена богоборчества. В 1796 г. в монастыре появляется гостиничный дом с двумя подъездами. В конце XVIII века обитель была довольно благоустроенной, монахи занимались просветительской, социальной и хозяйственной деятельностью-разводили скот, занимались земледелием, содержали пасеку, ловили рыбу, охотились, заготавливали строительный материал. Занимались также и переработкой, в монастыре имелись солодовня, пивоварня, маслобойня, водяная мельница и крупорушка. Дошли воспоминания старожилов о столярной мастерской, об изготовлении киотов и икон.
В 1820 году духовное училище становится четырехклассным и размещается в реконструированном архимандритском корпусе вплоть до 1876 года, когда его переместили в Рыльск. 1824 год вошел в историю посещением обители императором Александром I, проезжавшим из Севска в Таганрог. В 1906 году в Рыльске открывается викарная кафедра Курской епархии , на нее назначают Преосвященного Иоасафа, резиденция которого размещалась в Свято-Николаевском монастыре. Затем в разные годы на Рыльской кафедре служили и окормляли народ Божий священномученики Иоанн (Пашин), епископ Рыльский, Никодим (Кононов), епископ Белгородский, Павлин (Крошечкин), архиепископ Могилевский.
Были установлены два крестных хода из обители с чудотворной иконой святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, которая была явлена в середине XIY века в селе Асмолово Рыльского уезда. Первый крестный ход совершался 29 августа, в день празднования Нерукотворного Образа Господа нашего Иисуса Христа до села Асмолово, второй — 2 сентября в память дня коронации императора Николая II в Рыльск.
XX век стал одной из самых тяжелых страниц в истории монастыря. В 1925 году богоборческая власть закрыла древний духовный центр курского края. Его помещения заняли красноармейцы. С 1941 года долгих 692 дня в Рыльске господствовал немецкий «новый порядок», обитель стала укрепленным рубежом, где разместили множество пулеметных и огневых точек. 30 августа 1943 года, когда Рыльск освободили войска Центрального фронта, немцы спешно бежали из монастыря, не причинив ему существенного вреда. Примечательно, что во время военных действий ни один снаряд, ни одна бомба не разорвались на территории древнего монастыря, который, уцелев в страшной войне, был разрушен во время правления атеистов-богоборцев. Здесь в разное время размещались МТС, дорстрой, лесхоз, «Раймежколхозстрой», и в результате их хозяйственной деятельности здания совсем обветшали и разрушились.
В 1978 году комиссия, обследовавшая памятник культуры и архитектуры, отметила, что во всех строениях полностью отсутствовали полы, дверные и оконные блоки. Кровля на всех зданиях прохудилась, кирпичная кладка сильно разрушена. Крестовоздвиженский храм, переоборудованный в камнедробильный цех, стоял с выбитой стеной. Невозможно было обнаружить ограду внутреннего двора и ворота, многие жилые и хозяйственные постройки полностью уничтожены. Величественная колокольня обезображена, стояла с разбитым фасадом и без креста, Святые врата заложены кирпичом, примыкающие к ним здания без крыш и полуразрушены.
17 июня 1991 года монастырь был передан Русской Православной Церкви, и по благословению Иувеналия (Тарасова), архиепископа Курского и Белгородского в разрушенную обитель приехали первые насельники. Игумен Иоасаф (Шибаев) и два монаха поселились в одной из полуразрушенных келий. В октябре в Рыльский монастырь был назначен наместником архимандрит Ипполит (Халин). 16 октября 1991 года на первом этаже Николаевского храма, в Георгиевской церкви, начались богослужения. Впоследствии этот храм освятили в честь иконы Божией Матери «Знамение» Курской Коренной.
В 1998 году началось восстановление Николаевского храма, большую помощь в котором оказали работники Курской АЭС. На второй этаж поднялась лестница, новую крышу и купола покрыли медью. Помещение было оштукатурено внутри, а 12 ноября 1998 года на куполе был установлен новый крест. С декабря 1999 года здесь стали совершать богослужения.
В этом же году началось восстановление монастырской ограды, установлены арочные въездные врата в западной ее части, произведен капитальный ремонт братского и игуменского корпусов. В течение последующих лет на территории монастыря построены трапезная с кухней, новая баня, пекарня, гаражи, погреба, сельскохозяйственные помещения. Монастырь создал подсобное хозяйство. На подворье появились козы, коровы и лошади, пчелы. При Свято-Николаевском мужском монастыре на территории Рыльского района были организованы пять скитов. В 2000 году началось возведение нового гостиничного корпуса.
Восстановительные работы, нелегкие в наше время, тяготы и заботы подорвали здоровье отца Ипполита. Батюшка скончался после тяжелой болезни 17 декабря 2002 года, его похороны состоялись 19декабря, в день памяти святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, Чудотворца, которого очень почитал отец Ипполит при жизни. Множество народа приехало проводить доброго пастыря в последний земной путь. На его могиле рядом с Николаевским храмом установлен бронзовый крест, всегда горит лампада, лежат цветы.
Весной 2003 года наместником монастыря был назначен игумен Моисей (Матюхин), при котором был росписан нижний Знаменский храм. В феврале 2005 года братию монастыря возглавил игумен Панкратий (Заикин), выпускник Курской духовной семинарии, до этого бывший насельником Рождества Пресвятой Богородицы Коренной пустыни. При отце Панкратии продолжилось возрождение обители.
В декабре 2006 года по ходатайству архиепископа Курского и Рыльского Германа Священный Синод Болгарской Православной Церкви передал монастырю частицу мощей преподобного Иоанна Рыльского. Святой особенно почитаем в Рыльске.
В 2007 году началось восстановление Крестовоздвиженского и Троицкого храмов обители, на них установлены купола, медная кровля, фасад зданий приобрел свой первозданный вид. В 2008 году закончены работы по газификации монастыря. В 2009 году открыта гостиница для паломников.
В течение 2011-2012 годов продолжались восстановительные работы в обители, приведены в надлежащий вид колокольня и трапезная. Благоустроена территория монастыря, восстановлена западная часть ограды.
В сентябре 2015 года настоятелем монастыря был назначен игумен Роман (Архипов). В 2015 — 2017 годах произведена внутренняя отделка Крестовоздвиженского храма, отделка нового келейного корпуса. В помещении старой трапезной была организована пекарня и открыта пирожковая для паломников.
На территории монастыря находятся три храма – главный соборный Николаевский, Троицкий и Крестовоздвиженский. В настоящее время полностью отреставрирован соборный Николаевский храм, в котором ежедневно совершаются богослужения. Восстанавливаются Троицкий и Крестовоздвиженский храмы.

Епископ Троицкий Панкратий: «Хороший монах — то же самое, что хороший христианин»

Возрождение Валаамского монастыря — одного из самых известных и почитаемых в России — кажется настоящим чудом. Тем более что после полувекового запустения в обители необходимо было восстанавливать не только стены (храмы, кельи, хозяйственные постройки), но и внутренний уклад, традиции монашеской жизни.

О монашестве, возрождении и сегодняшнем дне Валаама мы беседуем с наместником Валаамского Спасо-Преображенского ставропигиального монастыря Епископом Троицким Панкратием.

«Евангелие и любовь»

— Владыка, Вы поступили в семинарию, будучи взрослым, зрелым человеком. Как пришло к Вам это решение?

— Действительно, я воцерковился уже взрослым человеком, после окончания института, и воцерковление мое сопровождалось такой радостью о Христе, таким обилием благодати… Тогда я, конечно, этого не понимал — просто радовался и не мог понять, почему все люди не идут в Церковь, почему так мало прихожан: я прихожу каждый день утром и вечером в храм, а там всего лишь три-четыре старушки стоят…

— Все-таки как это происходило? Что этому поспособствовало?

— Я прочитал Евангелие и понял, что это как раз та книга, которая ведет к Богу, которая действительно говорит о Пути, Истине, Жизни. Еще книги, которые ходили тогда в самиздате: «Откровенные рассказы странника духовному отцу», «Старец Силуан» (кстати, он меня просто перевернул). И после этого для себя решил — всё, только Церковь, больше ничего. Принял крещение, стал ходить в храм. Настоятель увидел мое усердие к службе Божией и стал меня потихонечку к ней привлекать. Я даже жил тогда при храме: уволился с работы, потому что не мог уже без Церкви, просто не мог физически. Мне выделили крохотную сторожку, наверное метра два на три. И я там жил, молился, сторожил, реставрировал и писал иконы, и на клиросе пытался петь и читать, и крышу красил… Можно сказать, монастырь для меня начался еще в миру, на приходе моем.

Я думал о монашестве, а вот о семинарии, честно говоря, даже не задумывался: это казалось каким-то совсем другим миром. Но когда мне сказали, что надо поступать в семинарию, я взял благословение у настоятеля и стал готовиться. И кстати, настоятель, отец Николай, тогда интересную вещь мне сказал: «Вы будете архиереем». Недавно мы с ним встречались, и я ему это «припомнил», говорю: «У Вас дар пророчества, оказывается, есть».

— Владыка, Вы сказали, что думали о монашестве. 1980-е годы, казалось бы, монастырей в СССР практически нет…

— Мне сказали, что на Кавказе есть монахи-пустынники, приглашали меня на Кавказ: пожалуйста, там можно монашествовать, найди себе старца и живи с ним. Но, слава Богу, туда я не попал. В свое время побывал на Кавказе и знаю, что там не все было так просто и легко, особенно в те годы. И арестовывали, и гнали монахов. Но и среди самих пустынников, честно говоря, всякие люди были, новоначальному можно было не в те руки попасть. Поэтому, слава Богу, что я в Лавру попал, что именно она стала моей монашеской колыбелью, можно сказать, вынянчила меня.

Перед поступлением я приехал в Лавру, пришел на исповедь. Один лаврский отец исповедовал, я спрашиваю: «Как быть? Я просто разрываюсь между Лаврой и Кавказом». А он говорит: «Поступай в семинарию, и если поступишь, значит, воля Божия тебе учиться и жить в Лавре». Простой и мудрый ответ.

— Были ли у Вас, человека с высшим образованием, какие-то трудности при поступлении в семинарию?

— В плане поступления никаких: был 1986 год — второй набор, когда людей с высшим образованием принимали беспрепятственно. А если бы я, скажем, поступал в 1984-м, то меня бы, скорее всего, не приняли: «Высшее образование? Нет, Родина тебя не для этого учила, чтоб ты потом кадилом махал»… Поступил я достаточно просто, быстро, легко и понял, что воля Божия — учиться и служить Церкви.

Осенью 1986 года произошло трагические событие — пожар в общежитии семинарии, погибло пять семинаристов. Потрясение было у всех очень сильное. Я и еще несколько человек написали прошения в братию Лавры, и нас сразу взяли. Так уже в первый год учебы я попал в Лавру.

Архимандрит Кирилл (Павлов) в Валаамском монастыре. Крестный ход в день памяти преподобных Сергия и Германа Валаамских. 11 июля 1996 года

— Что Вам особенно запомнилось в Лавре тех лет?

— Все запомнилось, все понравилось, я был в полном восторге. Как в первый год воцерковления — одна сплошная радость, несмотря ни на какие трудности, первый год в монастыре — это самое лучшее мое монашеское время.

Моим духовником стал отец Кирилл (Павлов). Я его любил… не знаю, как сказать — как Бога, наверное. Если читаешь древний патерик или афонских авторов, там говорится: старца надо любить как Христа. Вот так я любил отца Кирилла.

— Вы имели возможность с ним часто общаться?

— Мы каждый день общались, потому что у батюшки в то время был обычай вместе читать монашеское правило, до обеда. А вечером каждый день было чтение Библии. При мне раза два, наверное, прочитали от начала до конца и Ветхий, и Новый Завет.

— Тогда отец Кирилл был духовником братии?

— Да, замечательное время было. Много было прекрасных монахов и старцев, к сожалению, большинство из них уже ушли.

— Что отличало отца Кирилла как духовника?

— Любовь. Это самое главное батюшкино качество. Понимаете, он являл собою любовь, и, даже просто глядя на него, общаясь с ним, ты сам проникался в какой-то степени этим чувством. Я не очень верю разговорам о какой-то особой прозорливости батюшки или чудесах, хотя, может быть, что-то такое и происходило, по вере людей, конечно. У нас даже был случай с моим другом, тоже монахом. Мы оказались в чужом городе в сложной ситуации, очень тяжело нам было. Мы послали телеграмму отцу Кириллу, и ситуация наша разрешилась буквально в течение часа. Вот как это? Батюшка как-то почувствовал, помолился? Физически эта телеграмма до него еще не дошла, а помощь была оказана. Так же, наверное, было и у других людей. Но самое главное чудо, которое он собою являл, — это, конечно, любовь.

И это было нужно, важно — важнее, чем Типикон, Устав, какие-то самые важные правила и самые прекрасные традиции. Евангелие и любовь — вот это я видел в батюшке, и это действительно реально.

А потом Господь сподобил в 1992 году в первый раз приехать на Афон. И там тоже очень многих подвижников я застал: учеников старца Иосифа Исихаста и других старцев. Некоторые из них были богословами в подлинном смысле этого слова, другие были очень просты. Я, конечно, общался с ними через переводчика, но и просто видеть таких людей было полезно.

Когда наши монахи говорят, что у них с молитвой не ладится или еще чего-то Господь не дает, я часто привожу в пример наших лаврских отцов, которые жили очень простой монашеской жизнью, скромной. Нельзя сказать, что они делали какие-то великие дела, достигали непрестанной Иисусовой молитвы… Они просто были хорошими, честными монахами. И когда уже завершался их земной путь, видно было, как Господь исполнял то прошение, которым мы молимся каждый день, — о даровании безболезненной, мирной кончины и добром ответе на Страшном Судище Христовом. Вот такую безболезненную, мирную кончину Господь даровал многим, и я был тому свидетелем. И когда ты видишь, что человек уходит без какой-то печали, тоски, слез, как обычно бывает, а наоборот, с Пасхальной радостью, — понимаешь, что он завершил земной свой путь, достойно исполнил свое христианское, монашеское предназначение и идет, как уготовано, к Отцу своему Небесному. Это прекрасно. И дай Бог, чтобы наше новое, молодое монашество пришло в эту меру наших отцов.

— Владыка, простите, а что значит «хороший монах»?

— Да разве непонятно? Это монах, исполняющий свои обеты, которые он дал Богу. Монах, который честно и добросовестно исполняет свои монашеские обязанности, свое правило, свое послушание, старается смиряться, жить по заповедям Божиим. Собственно говоря, хороший монах — это то же самое, что хороший христианин. Они только немного в разных условиях находятся, разный образ жизни ведут.

Поэтому великое утешение и помощь людям Божиим, которые приезжают в монастыри, — просто видеть человека преуспевающего, не обязательно даже говорить с ним. Душа как-то угадывает, что этот человек благодатный, что он действительно с Богом. Тогда что-то меняется к лучшему в собственной душе, тоже хочешь быть таким.

Возрождение Валаама. Фото начала 1990-х годов

Наследие Валаама

Игумен Валаамского монастыря архимандрит Панкратий: проповедь на престольный праздник, в верхнем храме Спасо-Преображенского собора. 19 августа 1997 года

— В конце 1980-х годов возрождение Валаамского монастыря начиналось практически на пустом месте: не только здания здесь были осквернены и разрушены, но и собственно монашеская жизнь прервана. Благодаря чему произошло возрождение обители?

— Да, конечно, ничего не было. Первые братия, которые прибыли на Валаам, вынуждены были жить в гостинице. Первые кельи были — это были такие помещения, в которых местные жители дрова хранили, ни для чего другого они просто не годились. И конечно, братия были настоящими подвижниками. Я помню то время, тоже застал его. Было очень нелегко, особенно то, что мы жили вперемешку с местным населением. У нас очень строгий устав был в то время, мы его старались до буквы исполнять по Типикону, забывая иногда Евангелие, а все-таки Евангелие важнее. И когда приходили с многочасовых служб, ночных, всенощных, которые действительно у нас ночью проходили — а за стеночкой происходит, так сказать, другая всенощная, другое бдение… Было очень нелегко. Я второй раз такое, наверно, не смог бы уже понести. Но как-то Господь укреплял, посылал благодать Свою и помогал.

— Обычно, если человек попадает в трудные условия, он старается себе их облегчить. В частности, мы, миряне, часто оправдываем себя, что не успеваем помолиться, если мы, например, в дороге или работы было много…

— У нас наоборот: мы как-то старались больше молитвой брать. Одна из особенностей нашего монастыря — туда ехали как раз именно те братия, которые ревновали о строгой жизни, об уставных продолжительных богослужениях, без всяких сокращений. Они, конечно, читали книги о старом Валааме. Очень много значило для нас наследие старого Валаама — духовное, молитвенное наследие тех отцов, которые были на Валааме раньше.

С другой стороны, это была реакция на тот «облегченный» вариант монастырской жизни, который, скажем, был в столичных монастырях. Поэтому и старались больше молиться. И, я думаю, что это как раз нам и помогало, потому что без молитвы в таких тяжелых условиях просто не выжить.

— Как складывались отношения монастыря с местными жителями? Остались ли еще на Валааме миряне, те, кто жил там до возвращения монастыря Церкви?

— Да, еще остаются, но их уже значительно меньше. Практически в пять раз сократилось «немонашеское» население Валаама за эти 20 лет. Было построено два 60-квартирных дома на берегу в городе Сортавале, туда переехали люди с Валаама. Остается сравнительно немного: около ста человек. Часть из них — пожилые люди, которые просто не хотят уже никуда уезжать, менять свою привычную жизнь. Я думаю, пройдет лет 10–15, и Валаам будет, как встарь, именоваться Северным Афоном, потому что мирского населения не будет на острове.

Братские послушания: просфорня

Конечно, для нас это была серьезная проблема, потому что надо было, с одной стороны, вести себя по-христиански, как-то привлекать людей к вере, к Церкви, а с другой стороны — убеждать, что Валаам должен быть монастырем, а не туристическим центром, на котором можно подзаработать. Большинство конфликтов как раз и были на этой почве — монастырь мешал тем, кто хотел зарабатывать на Валааме.

А с теми, кто остался сейчас, у нас неплохие отношения. Мы помогаем пожилым, в том числе материально, с детьми работаем — у нас есть духовно-просветительский центр «Свет Валаама».

— Сегодня Валаамский монастырь — один из крупнейших по числу насельников. Удается ли Вам как настоятелю уделять внимание каждому насельнику монастыря?

— Нет, конечно, мне лично невозможно уделить внимание каждому, в том смысле, что каждого монаха исповедовать, с каждым беседовать подробно на духовные темы. У нас такая система: есть несколько старших братий, иеромонахов, которые являются моими помощниками, духовниками. Другие братия могут выбирать между ними: с кем контакт наладился, понимание, доверие — к тому они начинают ходить на исповедь. А я прошу по возможности братию где-то раз в месяц приходить и ко мне тоже, потому что я хочу знать, какие проблемы, какие настроения, сложности у них есть, чтобы понимать, что у нас в монастыре происходит.

Пещера преподобного Александра Свирского

— За прошедшие десятилетия изменилось ли число людей, которые прикипают сердцем к монастырю и желают на Валааме принять монашество? Их становится больше или меньше?

— Может быть, чуть меньше, но я бы не сказал, что число людей, желающих монашества, прямо в разы уменьшилось. Раньше, скажем в начале 1990-х годов, больше приходило в братию людей, но больше и уходило, надо сказать. Зато сейчас приходят многие из тех, кто был воцерковлен с детства, учился в воскресных школах или даже в православных учебных заведениях. Потому что одно дело, когда человек прошел, как говорится, «огонь, воду и медные трубы» и часто уже инвалидом пытается прийти в монастырь, когда он болен, покалечен и душевно, и духовно, а бывает, и физически. И другое дело, когда приходит чистый юноша из церковной семьи, православного воспитания. Такие молодые люди — это, пожалуй, самое лучшее.

Но в целом я братией своей доволен. И рад, что Господь меня направил на Валаам через Патриаршее благословение ныне покойного Святейшего Патриарха Алексия. Другого места не хочу.

— Летом на Валаам приезжают до полутора тысяч человек в день. Владыка, как справляется монастырь с таким числом паломников и туристов?

— Да я не знаю, справляется ли? — С огромным трудом. Нас часто спрашивают: «Как вы тут зимой? Как же вам тут тяжело!» — а я говорю: «Да зима для нас — самое лучшее, самое монашеское время». С сентября и до мая мы действительно можем жить полноценной жизнью — монашеской, монастырской, можно даже сказать, афонской. А вот летом-то тяжело приходится иногда, особенно в июле, когда людей очень много.

— Как вы стараетесь сохранить внутреннюю жизнь монастыря в условиях такого наплыва гостей летом? Нет ли ощущения, что летом налетает какой-то вихрь и все сметает?

Никольский скит

— Да, бывает такое ощущение. Но, с другой стороны, когда паломники приезжают, это радостно. Все, кто приезжает, хотят поисповедаться, причаститься. А это ведь, представьте, сотни людей. Нелегко, конечно, братии, иеромонахам по-хорошему поисповедовать каждого, с каждым побеседовать, хотя бы несколько минут человеку уделить. Бывает, до глубокой ночи проходит исповедь. Но это — проблема каждого крупного монастыря, у нас ведь все монастыри открыты миру. Поэтому с паломниками нам радостно работать, это все-таки родные люди.

С туристами посложнее, но ведь и среди них есть люди верующие. Мы пытались одно время ограничивать вход в храм, допустим, чтобы хотя бы во время священных моментов Литургии не заходили туристы. А люди обижаются: «Мы хотим помолиться. Мы хотим приложиться к святыням. Мы хотим свечку поставить, записочку написать». И ведь люди меняются: бывает, что сначала человек приезжает как турист, а потом, может быть, станет и паломником.

— Монашеская жизнь невозможна без большой ревности, любви человека к Богу. Между тем именно на быстрое оскудевание ревности, «первой любви» (см.: Откр. 2, 4) жалуется, как правило, современный христианин. Посоветуйте, пожалуйста, как сохранить в себе (или вернуть, если оно оскудело) это живое чувство к Богу?

— Такое оскудение ревности бывает и в монастыре. Есть даже такое слово — богооставленность: это состояние, когда человек чувствует, что Господь его оставил. И молитва не идет, и все плохо, и уныние борет, даже до отчаяния доходит. Это не такое уж редкое явление и в монастыре тоже.

О чем оно говорит? О том, что благодать оставила душу. Я всегда говорю: «Братия, если вы чувствуете, что начинаете унывать, у вас такое внутреннее состояние, значит, где-то был грех, в чем-то мы согрешили, и благодать нас оставила. Значит, надо вернуть благодать». А как она возвращается? Через покаяние, молитву, через исповедь — откровенную, хорошую, глубокую, через церковные таинства. И, конечно, через веру. Нельзя в этих испытаниях терять веру! Вот я понимаю, что нет у меня сейчас такой благодати, которая бы действительно вдохновляла, делала мою жизнь светлой, радостной, такой, какая она должна быть, а наоборот — все плохо, грустно, тяжело, сухо, не хочется молиться… Но я верю в то, что в Церкви, не только земной, но и Небесной, она есть. Есть Господь, и Матерь Божия, и все святые — преподобные Серафим Саровский, Сергий Радонежский, праведный Иоанн Кронштадтский… И только лишь мой грех, какое-то препятствие, грехом воздвигнутое, отделяет меня от этой Церкви, от этой радости, благодати, от жизни во Христе. Надо найти это препятствие и постараться от него избавиться. Вот и всё.

***

Панкратий, Епископ Троицкий, викарий Московской епархии (Жердев Владислав Петрович), родился 21 июля 1955 г. в Перми. С 1970 по 1980 г. обучался сначала на архитектурном отделении Пермского строительного техникума, затем на архитектурном факультете Таджикского политехнического института в г. Душанбе.

В 1986 г. поступил в Московскую духовную семинарию, осенью этого же года принят в братию Свято-Троицкой Сергиевой Лавры. Пострижен в монашество 3 июля 1987 г. с именем Панкратий — в честь преподобного Панкратия, затворника Киево-Печерского. 18 июля 1987 г. хиротонисан во иеродиакона, а 8 июня 1988 г. — во иеромонаха.

Нес послушания, связанные с проведением в Троице-Сергиевой Лавре Юбилейного Поместного Собора Русской Православной Церкви, посвященного 1000-летию Крещения Руси, эконома Троице-Сергиевой Лавры, руководил возобновлением издательской деятельности Лавры.

17 июля 1988 г. возведен в сан игумена, 4 мая 1990 г. — в сан архимандрита.

18 января 1993 г. указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II назначен наместником Валаамского Спасо-Преображенского монастыря.

2 июня 2005 г. в Богоявленском кафедральном соборе г. Москвы Святейший Патриарх Алексий II совершил хиротонию архимандрита Панкратия (Жердева) во епископа Троицкого, викария Московской епархии.

Решением Священного Синода от 22 марта 2011 г. назначен председателем Синодальной комиссии по канонизации святых.

Валаамский Спасо-Преображенский ставропигиальный мужской монастырь

Спасо-Преображенский монастырь на острове Валаам — один из самых почитаемых в России, именуемый в прошлом Северным Афоном — был возрожден в 1989 г. В 1990-м получил статус ставропигиального.

Монастырь находится в северной части самого большого в Европе Ладожского озера, на архипелаге общей площадью 36 кв. км. Традиции монашества Ближнего Востока и Византии были восприняты на Руси вместе с Крещением в Х в. К этому времени значительная часть историков относят житие преподобных Сергия и Германа — первоначальников Валаамского монастыря, другие полагают, что обитель возникла в XIV в. Известно, что Преподобные пришли «от восточных стран» (вероятно, из Греции), имели священный сан, обладали даром прозорливости. Возможно, что жили они в пещере на о. Святой. Преподобные Сергий и Герман своим подвигом обращали ко Христу карел-язычников, утверждали Православие на Севере Руси.

Обитель, расположенная на границе России и Швеции, подвергалась нападениям и разорениям, несколько раз на протяжении десяти веков сжигалась дотла, но каждый раз восстанавливалась.

После революции Валаамский монастырь оказался на территории Финляндии. В 1920-е гг. он стал средоточием духовной жизни русского зарубежья. В эти годы на Валааме побывали писатели Н. В. Амфитеатpов, Б. К. Зайцев, И. И. Савин, А. Н. Толстой, Е. Н. Чиpиков, М. А. Янсон, государственные деятели Финляндии, например маршал К. Г. Маннергейм. В конце 1930-х гг. Валаам дважды посещал священник из Таллина отец Михаил Ридигер с сыном Алексеем. Спустя много лет Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II говорил, что его «духовный жизненный путь определили… две паломнические поездки в Валаамский монастырь /…/ Валаам поразил меня своим величием, своей духовной жизнью. Каждая пядь этой земли освящена подвигом, молитвой и трудом».

С началом советско-финской войны 1939–1940 гг. началась постепенная эвакуация братии на материк вглубь Финляндии. Наибольшему разрушению монастырь подвергся 2 и 4 февраля 1940 г., когда Валаам бомбили более 70 советских самолетов. Сгорело северное крыло монастырского каре с pухольной, больницей и церковью, верхняя часть которой была разрушена. Во время эвакуации братия сумела вывезти ризницу, 20 тысяч томов книг и рукописей, почти весь архив, раку Преподобных, часть икон, утвари верхнего храма и колоколов. Большой колокол отбил последние 12 ударов погребального звона по обители. 19 марта 1940 г. опустевший Валаам был передан советскому командованию, разместившему здесь школу боцманов и роту юнг. С 1949 г. здесь находился совхоз, с 1952 г. (до 1984 г.) — дом-интеpнат для инвалидов войны и престарелых.

13 декабря 1989 г., в день памяти святого апостола Андрея Первозванного, первые монашествующие прибыли на Валаам — началось возрождение Валаамского монастыря. С 1989 по 1995 г. Валаамской обители была передана большая часть ранее принадлежавшего ей недвижимого имущества — храмов, хозяйственных зданий и сооружений и т. д. Масштабные реставрационно-восстановительные работы продолжаются в монастыре и скитах по сей день.

Сейчас Валаамский Спасо-Преображенский ставропигиальный монастырь насчитывает около 150 насельников. Помимо общежительной, возрождена иноческая жизнь в 12 скитах. В Москве, Петербурге, Сортавале и Приозерске действуют подворья островной обители.

Русская Православная Церковь

Панкратий, епископ Троицкий, викарий Святейшего Патриарха Московского и всея Руси (Жердев Владислав Петрович)

Дата рождения: 21 июля 1955 г.

Дата хиротонии: 2 июня 2005 г. Дата пострига: 3 июля 1987 г. День ангела: 10 сентября

Страна: Россия Биография:

Родился 21 июля 1955 г. в Перми.

С 1970 г. по 1980 г. обучался сначала на архитектурном отделении Пермского строительного техникума, затем на архитектурном факультете Таджикского политехнического института в г. Душанбе, куда переехала семья. После окончания института работал художником в издательстве, затем стал жить и работать при Никольском соборе г. Душанбе.

В 1986 г. поступил в Московскую духовную семинарию, осенью этого же года после страшного пожара в Московских духовных школах поступил в братию Свято-Троицкой Сергиевой лавры.

Пострижен в монашество 3 июля 1987 г. с именем Панкратий, в честь преподобного Панкратия, затворника Киево-Печерского.

18 июля 1987 г. хиротонисан во иеродиакона, а 8 июня 1988 г. — во иеромонаха.

Нес послушания, связанные с проведением в Троице-Сергиевой лавре Юбилейного Поместного Собора Русской Православной Церкви, посвященного 1000-летию Крещения Руси, затем послушания помощника эконома, а потом — эконома Троице-Сергиевой лавры, руководил возобновлением издательской деятельности Лавры.

17 июля 1988 г. возведен в сан игумена, 4 мая 1990 г. — в сан архимандрита.

18 января 1993 г. указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II назначен наместником Спасо-Преображенского Валаамского монастыря.

Со времени вступления архимандрита Панкратия в должность наместника Валаамской обители значительно увеличилось число братии монастыря. Были открыты шесть монастырских подворий: в Москве; второе (историческое) на Синопской набережной в Санкт-Петербурге; в г. Сортавала; в Коломенском районе в селе Бортниково; в пос. Озерки Ленинградской области; в Адлерском районе г. Сочи.

Возобновлена монашеская жизнь в восьми скитах: в Никольском, Предтеченском, в скиту во имя преп. Александра Свирского на Святом острове, в Гефсиманском, в Сергиевском на острове Путсаари, Коневском и Ильинском, где полностью восстановлены утраченные храмы и келейные корпуса. Восстанавливается храм Воскресенского скита. В 2005 г. Святейшим Патриархом Алексием был освящен Спасо-Преображенский собор.

Отреставрирован и расписан храм во имя Валаамской иконы Божией Матери (бывший Никольский) в восточной части внутреннего каре. В северной части внешнего каре восстанавливается больничный храм Живоносного Источника и Живоначальной Троицы. Проводится реставрация живописи в церкви Всех преподобных отцов, в посте и подвиге просиявших, на Игуменском кладбище.

Все вышеперечисленные реставрационные работы, требующие значительных средств, выполняются благодаря созданию в 2002 г. Патриаршего Попечительского совета по восстановлению Валаамского монастыря, а также организованной монастырем инфраструктуры, включающей монастырский флот из 8 судов. В 2001 г. для переселения местных жителей в г. Сортавала был построен 60-ти квартирный дом.

Продолжается процесс добровольного переселения местных жителей в благоустроенные квартиры на материке. Построено здание для местной администрации пос. Валаам, освободившей келейный корпус. Возвращены в собственность монастыря помещения Внешнего каре и Работного дома, готовится к передаче последний непереданный памятник — здание Зимней гостиницы. Построены системы водоснабжения и водоотведения Центральной усадьбы монастыря и комплекс очистных сооружений.

2 июня 2005, в день обретения мощей святителя Алексия, Московского и всея России чудотворца, в Богоявленском кафедральном соборе г. Москвы Святейший Патриарх Алексий II совершил хиротонию архимандрита Панкратия (Жердева) во епископа Троицкого, викария Московской епархии.

Решением Священного Синода от 22 марта 2011 года (журнал № 18) назначен председателем Синодальной комиссии по канонизации святых.

Место работы: Спасо-Преображенский Валаамский ставропигиальный мужской монастырь (Наместник) Место работы: Синодальная комиссия по канонизации святых (Председатель) Епархия: Московская епархия (городская) (Викарий Патриарха Московского и всея Руси) Награды:

Церковные:

E-mail: office@valaam.ru Web-сайт: www.valaam.ru

Публикации на портале Патриархия.ru

Епископ Троицкий Панкратий: Наш фестиваль развивается

Хотелось бы всех поименно назвать…

Епископ Троицкий Панкратий: Богослужение снова стало основой жизни Валаама

Честно нести монашеский крест

Епископ Троицкий Панкратий: Нельзя формализовать духовную жизнь

Вступительное слово председателя Синодальной комиссии по канонизации святых на конференции «Прославление и почитание святых»

Епископ Троицкий Панкратий: Зачем самые разные люди стремятся попасть на Валаам?

Утешение монаха. Беседа с игуменом Валаамского монастыря епископом Троицким Панкратием

Игумен Валаамского монастыря, архимандрит Панкратий, хиротонисан во епископа Троицкого

Теперь же смиренно прошу Ваше Святейшество и вас, богомудрые архипастыри, вознести обо мне усердную молитву и благословить на предстоящий мне подвиг, чтобы даруемую мне ныне благодать мог я сохранять и возгревать, чтобы мог совершать служение мое Церкви и Отечеству неосужденно и непреткновенно, чтобы было оно Богу угодным, народу полезным и мне спасительным. 2 июня, в день памяти св. Алексия Митрополита, Московского и всея России Чудотворца, Предстоятель Русской Православной Церкви совершил Божественную литургию в Богоявленском кафедральном соборе г. Москвы. За Божественной литургией Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершил хиротонию архимандрита Панкратия (Жердева), наместника Валаамского Спасо-Преображенского ставропигиального монастыря, во епископа Троицкого, викария Московской епархии.
Его Святейшеству сослужили митрополиты Минский и Слуцкий Филарет, Патриарший Экзарх Беларуси, Крутицкий и Коломенский Ювеналий, Калужский и Боровский Климент, Управляющий делами Московской Патриархии, архиепископы Истринский Арсений, Владимирский и Суздальский Евлогий, Верейский Евгений, ректор МДАиС, председатель Учебного комитета при Священном Синоде, Орехово-Зуевский Алексий, Хабаровский и Приамурский Марк, епископы Красногорский Савва, Дмитровский Александр, Сергиево-Посадский Феогност, Нижегородский и Арзамасский Георгий, Люберецкий Вениамин, Егорьевский Марк.
На богослужении присутствовали Глава республики Карелия С.Л.Катанандов, президент Торгово-промышленной палаты РФ Е.М.Примаков, заместитель председателя Комитета по делам СНГ Совета Федерации ФС РФ В.Н.Степанов, заместитель премьер-министра Правительства Республики Карелия В.Д.Бойнич, судья Конституционного Суда РФ М.В.Баглай, советник Председателя Государственной Думы ФС РФ, учредитель НФ «Связь поколений», председатель благотворительного общества «Друзья Валаама» А.И.Котелкин, руководитель некоммерческого фонда «Связь поколений» С.В.Машин.
По окончании Божественной литургии Святейший Патриарх Алексий напутствовал новохиротонисанного епископа Троицкого Панкратия на архиерейское служение и вручил ему архипастырский жезл.
Биография епископа Троицкого Панкратия
Епископ Панкратий (в миру – Жердев Владислав Петрович) родился 21 июля 1955 г. в г. Перми. С 1970 г. по 1980 г. обучался сначала на архитектурном отделении Пермского строительного техникума затем на архитектурном факультете Таджикского политехнического института в г. Душанбе, куда переехала семья. После окончания института работал художником в издательстве, затем стал жить и работать при Никольском соборе г. Душанбе.
В 1986 г. поступил в Московскую Духовную семинарию, осенью этого же года после страшного пожара в Московским. Духовных школах поступил в братию Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Пострижен в монашество 3 июля 1987 г. с именем Панкратий, в честь преподобного Панкратия, затворника Киево-Печерского, 18 июля 1987 г хиротонисан во иеродиакона, а 8 июня 1988 г. – во иеромонаха. Нес послушания, связанные с проведением в Троице-Сергиевой Лавре Юбилейного Поместного Собора Русской Православной Церкви, посвященного 1000-летию Крещения Руси, затем нес послушания помощника эконома, а потом – эконома Троице-Сергиевой лавры, руководил возобновлением издательской деятельности Лавры. 17 июля 1988 г. возведен в сан игумена, 4 мая 1990 г. – в сан архимандрита.
18 января 1993 г. Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II назначен наместником Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. Со времени вступления архимандрита Панкратия в должность наместника Валаамской обители значительно увеличилось число братии монастыря. Были открыты шесть монастырских подворий: в Москве; второе (историческое) на Синопской набережной в Санкт-Петербурге; в г. Сортавала; в Коломенском районе в селе Бортниково; в пос. Озерки Ленинградской области; в Адлерском районе г Сочи. Возобновлена монашеская жизнь в восьми скитах: в Никольском, Предтеченском, в скиту во имя преп. Александра Свирского на Святом острове, в Гефсиманском, в Сергиевском на острове Путсаари, Коневском и Ильинском, где полностью восстановлены утраченные храмы и келейные корпуса. Восстанавливается храм Воскресенского скита В 2005 г. готовится к освящению главная святыня обители – Спасо-Преображенский собор. Отреставрирован и расписан храм во имя Валаамской иконы Божией Матери (бывший Никольский) в восточной части внутреннего каре. В северной части внешнего каре восстанавливается больничный храм Живоносного Источника и Живоначальной Троицы. Проводится реставрация живописи в церкви Всех преподобных отцов, в посте и подвиге просиявших, на Игуменском кладбище.
Все вышеперечисленные реставрационные работы, требующие значительных средств, выполняются благодаря созданию в 2002 г. Патриаршего Попечительского Совета по восстановлению Валаамского монастыря, а также организованной монастырем инфраструктуры, включающей монастырский флот из 8 судов. В 2001 г. для переселения местных жителей в г. Сортавала был построен 60-ти квартирный дом. Продолжается процесс добровольного переселения местных жителей в благоустроенные квартиры на материке. Построено здание для местной Администрации пос. Валаам, освободившей келейный корпус. Возвращены в собственность монастыря помещения Внешнего каре и Работного дома, готовится к передаче последний непереданный памятник – здание Зимней гостиницы. Построены системы водоснабжения и водоотведения Центральной усадьбы монастыря и комплекс очистных сооружений.
Указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II №5700 от 23 декабря 1997 г. архимандрит Панкратий назначается настоятелем обители, с поминовением его за богослужением после имени Святейшего Патриарха — священноигумена Валаамского монастыря: «Всечестным отцом нашим игуменом святыя обители». Во внимание к усердным трудам и в связи с 15-летием возобновления монашеской жизни в обители по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II игумен Валаамского монастыря архимандрит Панкратий в 2004 г. награжден орденом Русской Православной Церкви преподобного Сергия Радонежского, II степени.
Москва 2 июня 2005г.