Историчность евангельских событий

Источник Q

Связи между Синоптическими Евангелиями. Для объяснений наличия «двойной традиции» между Евангелием от Матфея и Евангелием от Луки (тёмно-синий цвет) было предположено существование источника Q.

Источник Q (от нем. Quelle — «источник») — гипотетический сборник изречений Иисуса Христа, который авторы Евангелий от Матфея и Луки независимо друг от друга использовали в качестве источника наряду с Евангелием от Марка.

Предположение о существовании подобного источника было выдвинуто в XIX веке на основании того факта, что значительную часть общего материала Евангелий от Матфея и Луки, отсутствующего при этом в Евангелии от Марка, составляют изречения (логии, др.-греч. λόγια) Иисуса.

В настоящее время гипотеза о существовании источника Q широко используется в библеистике для обоснования различных решений синоптической проблемы. В частности, она лежит в основе гипотез двух и четырёх источников Евангелий от Матфея и Луки.

По гипотезе о четырёх источниках общего материала Матфея и Луки, признают существование, наряду с Q и Евангелием от Марка, ещё двух источников особого материала этих Евангелий, обозначаемых соответственно M и L. Эта гипотеза является одной из самых влиятельных в современной библеистике.

История вопроса

Евангелия от Матфея и Луки были написаны независимо друг от друга, каждое из них использует в качестве источника Марка и второй документ под названием «Q». Q — «общий» материал у Матфея и Луки, которого нет у Марка

На протяжении веков библеисты придерживались гипотезы Августина, согласно которой Евангелие от Матфея было написано первым, Марк использовал Матфея, а Лука следовал и за Матфеем, и за Марком в своём. Евангелие от Иоанна совершенно отличается от трёх других, которые из-за их сходства называются синоптическими Евангелиями. Исследователи Нового Завета девятнадцатого века, которые отвергли приоритет Матфея в пользу приоритета Марка, предположили, что авторы Матфея и Луки черпали общий материал из Евангелия от Марка. Но Матфей и Лука также содержат значительный объём текста, которого нет у Марка. Они предположили, что ни одно из Евангелий не опирается на другое, а опирается на второй общий источник, который был назван Q. Имя Q было введено немецким теологом и библеистом Иоганном Вайсом.

Герберт Марш, англичанин, рассматривается некоторыми как первый человек, который выдвинул гипотезу о существовании источника «повествования» и источника «высказываний», хотя он включил в последние притчи уникальные для Матфея и уникальные для Луки. В своей работе 1801 года, диссертации о происхождении и составе наших трёх первых канонических Евангелий, он использовал еврейскую букву Алеф (א) для обозначения источника повествования и букву Бет (ב) для обозначения источника высказываний.

Следующим человеком, выдвинувшим гипотезу «высказываний», был немец Фридрих Шлейермахер в 1832 году. Шлейермахер интерпретировал загадочное высказывание раннехристианского писателя Папия Иерапольского (95-109 гг.) («Матфей записал беседы Иисуса по-еврейски, переводил их кто как мог») как свидетельство отдельного источника. Вместо традиционной интерпретации, что Папий имел в виду написание Евангелия от Матфея на иврите, Шлейермахер предположил, что Папий на самом деле имел в виду собрание высказываний апостола Матфея, которое позже использовалось вместе с элементами повествования другим «Матфеем» и другими евангелистами.

В 1838 году другой немец, христиан Герман Вайсс, взял предложение Шлейермахера об источнике высказываний и объединил его с идеей приоритета Марка, чтобы сформулировать то, что теперь называется гипотезой о двух источниках, в которой и Матфей и Лука использовали Марка и некий источник высказываний. Генрих Юлиус Хольцман поддержал этот подход во влиятельной трактовке синоптической проблемы в 1863 году, и с тех пор гипотеза о двух источниках доминирует.

В это время Второй источник обычно назывался Logia, или Logienquelle (логия-источник), в силу утверждения Папия, и Хольцман дал ему символ лямбда (Λ). Но к концу XIX века начали расти сомнения в правильности привязки его существования к рассказу Папия. Таким образом, символ Q (который был изобретен Иоганном Вайсом для обозначения Quelle, означающего источник) был принят, чтобы оставаться нейтральным в отношении связи Папия с собранием высказываний.

Эта гипотеза о двух источниках предполагает, что Матфей заимствовал как у Марка, так и из Q. Для большинства учёных Q объясняет то, что является общим у Матфея и Луки — иногда дословно — но отсутствует у Марка. Примерами могут служить три искушения Иисуса, Заповеди блаженства, Молитва Господня и многие отдельные высказывания.

В книге «Четыре Евангелия: исследование происхождения» (The Four Gospels: A Study of Origins; 1924) Бернетт Хиллман Стритер утверждал, что за материалом в Евангелии от Матфея, не имеющим параллели в Евангелии от Марка или Луки, стоит третий гипотетический источник, названный им М. Эта гипотеза предполагает, что в основе евангелий от Матфея и Луки лежат по меньшей мере четыре источника, а именно Евангелие от Марка и три утраченных текста: Q, M и L.

В течение оставшейся части XX века были различные проблемы и уточнения гипотезы Стритера. Например, в своей книге 1953 года «Евангелие от Марка» Пирсон Паркер выдвинул в качестве первоисточника раннюю версию Евангелия от Матфея (арамейского M или протоматфея). Паркер утверждал, что невозможно отделить материал «M» Стритера от материала в Матфее, параллельного Марку.

В начале XX века было сделано более десятка реконструкций Q. Но эти реконструкции настолько отличались друг от друга, что не было ни одного стиха из Евангелия от Матфея, который бы встречался во всех них. В результате интерес к Q спал, и им пренебрегали в течение многих десятилетий.

Это положение вещей изменилось в 1960-х годах после того, как стали доступны переводы недавно обнаруженного и аналогичного сборника высказываний — Евангелия от Фомы. Джеймс Робинсон из семинара Иисуса и Гельмут Кестер предположили, что коллекции высказываний, таких как Q и Евангелие от Фомы, представляли самые ранние христианские материалы в ранней точке траектории, которая в конечном итоге привела к каноническим Евангелиям. Этот всплеск интереса после открытия Евангелия от Фомы привёл ко всё более изощрённым литературным реконструкциям Источника Q.

Гипотетическая композиция

Редакционная спекуляция, особенно в работе Джона Клоппенборга, анализирующего некоторые литературные и тематические явления, утверждала, что Q был составлен в три этапа. По его мнению, самым ранним этапом было собрание мудрых высказываний, затрагивающих такие вопросы, как бедность и ученичество. Затем, утверждает он, это собрание было расширено за счёт включения слоя осуждающих высказываний, направленных против «рода сего». Заключительный этап включал в себя повествование об искушении Иисуса.

Хотя Клоппенборг предостерегал от предположения, что история композиции Q совпадает с историей традиции Иисуса (то есть, что самый старый слой Q обязательно является самым старым и чистым слоем традиции Иисуса), некоторые недавние искатели «исторического Иисуса», включая членов семинара Иисуса, сделали именно это. Основываясь в своих реконструкциях главным образом на основе Евангелия от Фомы и древнейшем слое Q, они предполагают, что Иисус действовал как мудрец, а не как еврейский раввин, хотя не все участники подтверждают гипотезу о двух источниках. Клоппенборг затем сам стал участником семинара Иисуса.

Но учёные, поддерживающие гипотезу о трехступенчатом развитии Q, такие как Бертон Мак, утверждают, что единство Q происходит не только от того, что его используют Матфей и Лука, но также и потому, что в реконструированных слоях Q более поздние слои строятся и предполагают более ранние, тогда как обратное не имеет места. Таким образом, доказательство того, что Q было пересмотрено, не является доказательством разобщённости в Q, поскольку гипотетические изменения зависят от асимметричных логических связей между тем, что считается более поздним и более ранним слоями.

Некоторые библеисты считают, что неизвестный редактор составил греческое прото-Евангелие. Возможно, оно циркулировало в письменной форме примерно в то время, когда были составлены синоптические Евангелия (то есть, между концом 50-х и серединой 90-х годов нашей эры).

Синоптические Евангелия и природа Q

Связь между тремя синоптическими Евангелиями выходит за рамки простого сходства во взглядах. Евангелия часто рассказывают об одних и тех же событиях, обычно в одном и том же порядке, иногда используя одни и те же слова. Учёные согласны в том, что сходство между Марком, Матфеем и Лукой слишком велико, чтобы быть случайным.

Если гипотеза о двух источниках верна, то Q, вероятно, был письменным документом. Если бы Q был просто общей устной традицией, вряд ли он мог бы объяснить почти идентичные дословные сходства между Матфеем и Лукой при цитировании материала Q. Точно так же можно сделать вывод, что Q было написано по-гречески. Если бы Евангелия от Матфея и Луки ссылались на документ, написанный на каком-то другом языке (например, арамейском), то маловероятно, что два независимых перевода имели бы точно такую же формулировку.

Документ Q должен был быть составлен до Матфея и Луки. Некоторые учёные даже предполагают, что Q предшествовал Марку. Время создания окончательного документа Q часто оценивается между 40-ми или 50-ми годами первого века, причём некоторые утверждают, что его так называемый сапиенциальный слой (1Q, содержащий шесть речей мудрости) был написан ещё в 30-х годах.

Если Q существовал, то с тех пор он был утрачен. Некоторые учёные считают, что его можно частично восстановить, изучив элементы, используя общие для Матфея и Луки, но отсутствующие у Марка фрагменты. Эта реконструированная Q не описывает события жизни Иисуса: Q не упоминает о рождении Иисуса, о избрании им 12-ти учеников, его распятии или воскресении. Вместо этого она представляется собранием высказываний и цитат Иисуса.

Аргументы в пользу Q

Довод в пользу существования Q вытекает из аргумента о том, что ни Матфей, ни Лука не зависят друг от друга напрямую в двойной традиции (определяемой исследующими Новый Завет учёными как материал, который есть у Матфея и Луки и который не фигурирует в Евангелии от Марка). Но словесное соглашение между Матфеем и Лукой настолько близко в некоторых частях двойной традиции, что наиболее разумным объяснением этого соглашения является общая зависимость от общего для них письменного источника или источников. Даже если Матфей и Лука независимы, гипотеза Q утверждает, что они использовали общий документ. Аргументы в пользу того, что Q является письменным документом, включают:

  • Иногда точность формулировок поражает, например, Мф. 6:24 = Лк. 16:13 (27 и 28 греческих слов соответственно); Мф. 7:7-8 = Лк. 11:9-10 (по 24 греческих слова).
  • Иногда между ними существует общность, например, проповедь на равнине и Нагорная проповедь.
  • Наличие дублетов, где Матфей и Лука иногда представляют две версии одного и того же высказывания, но в разных контекстах, только одна из этих версий появляется у Марка. Дублеты можно считать знаком двух письменных источников, то есть Марка и Q.
  • Свидетельство самого Луки, что он тщательно изучил другие письменные «повествования о совершенно известных между нами событиях» (Лк. 1:1–4).

Тот факт, что сегодня не существует рукописей c текстом Q, не обязательно доказывает, что их не было. Многие раннехристианские тексты не сохранились, и мы знаем об этом только по их цитированию или упоминанию в сохранившихся текстах. Как только текст Q был включён в тело Матфея и Луки, больше не было необходимости сохранять его, так же как интерес к копированию Евангелия от Марка, по-видимому, значительно уменьшился, когда он был включён в Евангелие от Матфея. Редакция Международного проекта Q пишет: «во втором веке, когда происходил процесс канонизации, писцы не делали новых копий Q, так как процесс канонизации включал в себя выбор того, что должно и что не должно использоваться в церковном служении. Поэтому они предпочитали делать копии Евангелий от Матфея и Луки, где высказывания Иисуса из Q были перефразированы, чтобы избежать недоразумений и соответствовать их собственной конъюнктуре и их пониманию того, что Иисус действительно имел в виду».

Аргументы против Q

Хотя гипотеза о двух источниках остаётся наиболее популярным объяснением происхождения синоптических Евангелий, существование «второстепенных согласований» вызывает серьёзную озабоченность. Эти незначительные соглашения — те пункты, где Матфей и Лука соответствуют друг другу, но не соответствуют Марку или даже отсутствуют там. Например, насмешливый вопрос при избиении Иисуса: «Кто ударил Тебя?» (Лк. 22:64, Мф. 26:68), присутствующие у Матфея и у Луки, но отсутствующие у Марка (хотя это «второстепенное согласование» выходит за рамки обычно принятого диапазона Q). Такие «незначительные согласования» ставят под сомнение предположение, что Матфей и Лука знали Марка, но не друг друга, например, Лука мог действительно следовать за Матфеем или, по крайней мере, за подобным Матфею источником. Пибоди и Макникол утверждают, что до тех пор, пока не будет найдено разумное объяснение, гипотеза о двух источниках не является жизнеспособной.

Во-вторых, как мог исчезнуть крупный и уважаемый источник, используемый в двух канонических Евангелиях? Если бы Q действительно существовал, он был бы высоко ценим в ранней Церкви. Остаётся загадкой, как мог быть утерян столь важный документ, положивший начало двум каноническим Евангелиям. Ещё большая загадка заключается в том, почему обширные церковные каталоги, составленные Евсевием и Никифором, опускают столь важную работу, но включают в себя такие неканонические тексты, как Евангелие от Петра и Евангелие от Фомы. Существование ценного документа изречений, о котором не упоминали ранние Отцы Церкви, остается одной из величайших загадок современной библейской науки. Пьер Франко Беатрис утверждает, что до тех пор, пока эти вопросы не будут решены, существование Q останется под сомнением.

Некоторые учёные утверждают, что Евангелие от евреев было основой синоптической традиции. Они указывают, что в первом разделе «О знаменитых мужах» Иеронима Стридонского мы находим Евангелие от Марка там, где оно должно быть, поскольку это было первое Евангелие, написанное и использовавшееся в качестве источника для более поздних Евангелий. За ним должен следовать Q. Однако Q или чего-то подобного в верхней части списка Иеронима нет. Более того, Иероним вообще ни словом не оговаривается о сборнике логий Христа. Скорее, первым основополагающим документом является не Q, а Евангелие от евреев.

Остин Фаррер, Майкл Гоулдер и Марк Гудакр также выступали против Q, поддерживая приоритет Марка и утверждая, что Лука использовал Евангелие от Матфея. Эта точка зрения стала известна как гипотеза Фаррера. Фаррер в своей статье 1955 года, где впервые опубликована эта гипотеза, отмечает, что когда мы находим два документа, которые содержат общий материал, идентичный в словах и фразах, которые они используют для описания некоторых сцен, самым простым объяснением является то, что один из них использовал другой в качестве источника, а не оба использовали третий документ в качестве источника. Гоулдер указывает на общие фразы Матфея, такие как «порождения ехиднины», «дать плод» и «бросить в огонь», которые появляются у Луки только один раз, в отрывке Q. Вывод Гоулдера, основанный на стилях письма, заключается в том, что Матфей является источником этих высказываний «Q». Гудакр отмечает, что до нас не дошло ни одной копии Q и что ни один ранний церковный писатель не делает однозначной ссылки на документ, напоминающий Q, который современные ученые реконструировали из общего материала Луки и Матфея.

Вопреки тому, что сторонники говорят, что открытие Евангелия от Фомы поддерживает концепцию «Евангелия высказываний», Марк Гудакр указывает, что Q имеет повествовательную структуру, как это было реконструировано, а не просто список высказываний.

Другие учёные привели другие аргументы против Q: два документа, оба исправляющие язык Марка, добавляющие рассказы о рождении и эпилог Воскресения, а также добавляющие большое количество «материала высказываний», скорее всего, намеренно повторяют друг друга, а не имеют подобное строение по совпадению. В частности, есть 347 случаев (по подсчетам Нейринка), когда одно или несколько слов добавляются к тексту Марка как у Матфея, так и у Луки; они называются «второстепенными согласованиями» в противоположность Марку. 198 примеров включают одно слово, 82 — два слова, 35 — три, 16 — четыре, а 16 примеров включают пять или более слов в дошедших до нас текстах Матфея и Луки по сравнению с отрывками из Евангелия от Марка.

Джон Уэнхэм (1913—1996) придерживался гипотезы Августина, что Матфей был первым Евангелием, Марк — вторым, а Лука — третьим, и возражал на тех же основаниях, что и те, кто придерживается гипотезы Грисбаха. Эта Линнеманн, в прошлом последователь Рудольфа Бултмана, отвергла Q и первенство евангелия от Марка в пользу вариации гипотезы двух Евангелий, которая утверждает, что требование Моисея о «двух свидетелях» сделало два еврейских Евангелия необходимостью для аудитории диаспоры.

Митрополит Иларион (Алфеев) критикует гипотезу об источнике Q, подчёркивая её умозрительность: «„Источник Q“ создали учёные путем выдергивания отдельных слов, маленьких рассказов из канонических и апокрифических Евангелий. Они решили, что Иисус, которого они смоделировали, должен был создать именно такое „евангелие“».

Примечания

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

LCCN: sh85109386

Достоверность чуда

Те из нас, кто застал эпоху государственного атеизма, вероятно, помнят официальную версию того времени — так называемую мифологическую теорию, которую в «Мастере и Маргарите» Берлиоз разъясняет поэту Бездомному: «Берлиоз же хотел доказать поэту, что главное не в том, каков был Иисус — плох ли, хорош ли, а в том, что Иисуса-то этого, как личности, вовсе не существовало на свете и что все рассказы о нем — простые выдумки, самый обыкновенный миф».

Некоторые атеисты до сих пор держатся этой теории, но их осталось очень немного. Исследователи, в том числе и неверующие, сходятся на том, что Человек, о котором идет речь в Евангелии, определенно существовал, проповедовал и был распят. Ведущий британский историк античности Майкл Грант, например, пишет: «Если мы применяем к Новому Завету (как нам и следует) те же критерии, что и к другим античным текстам, содержащим исторический материал, мы не можем отрицать существование Иисуса… Коротко говоря, современные методы исследования никак не могут поддержать «мифологическую теорию»*.

То, что разделяет верующих и неверующих, — это не вопрос о том, существовал ли Иисус.

Это факт его Воскресения.

Кто написал Евангелия

Важнейшим свидетельством историчности евангельских событий являются сами Евангелия. Но насколько они подлинны? Можем ли мы быть уверены, что их текст исходит от очевидцев и содержит описание реальных событий?

Здесь нам понадобится сделать небольшой экскурс в область библеистики, то есть науки, исследующей Библию как исторический и литературный памятник. Это очень серьезная научная дисциплина, затрагивающая историю, археологию, лингвистику и многие другие области знания. Над тщательным исследованием Библии как исторического документа трудятся множество ученых из разных стран мира. Одна из ее задач — выяснение времени написания тех или иных новозаветных текстов.

Противникам достоверности Евангелий необходимо было обосновать как можно более поздний срок их появления. Это дало бы возможность полагать, что с момента самих событий до появления письменных источников прошло достаточно времени, за которое предположительно могли бы сформироваться рассказы о чудесах Иисуса и о Его Воскресении. Поэтому первые попытки датировки, предпринятые в Тюбингенском университете (Германия) в 1830-е годы, относили возникновение новозаветных текстов ко II или даже III веку нашей эры. Какое-то время выводы тюбингенской школы считались в западной науке непререкаемыми и, вероятно, приводили в смущение многих христиан, но сейчас эти выводы полностью отвергнуты. Как верующие, так и неверующие исследователи сходятся на том, что большинство текстов, вошедших в Новый Завет, написаны при жизни первого-второго поколения учеников Иисуса**.

Каким образом ученые пришли к таким выводам? Существуют различные методы датировки текстов, но, несколько упрощая, их можно разбить на три категории.

Первая категория — цитирование документа или его упоминание у более поздних авторов. Например, святой Климент Римский в своем послании к Коринфской Церкви, написанном не позднее 96 года, цитирует слова Господа Иисуса из канонических Евангелий и ссылается на события из жизни апостола Павла, которые тот упоминает в своих посланиях, а это означает, что данные тексты были уже известны и святителю Клименту, и его адресатам и считались авторитетными.

Вторая категория — сравнение соответствия содержания текста условиям, существовавшим в определенную эпоху. В этом отношении для датировки новозаветных текстов очень важен 70 год нашей эры, когда после неудачного восстания иудеев против Рима Иерусалимский храм был разрушен. Это была одна из ужаснейших катастроф в истории Израиля, и иудеи оплакивают ее до сих пор. Нам сейчас трудно понять масштабы этой катастрофы, но для иудеев храм был не просто национальной святыней, а единственным местом, где можно было приносить умилостивительные жертвы, сохранявшие народ в общении с Богом. Из содержания значительной части новозаветных текстов следует, что они были написаны в период, когда храм продолжал стоять, а Иудея еще не подверглась страшному разгрому 70 года. Например, автор Послания к Евреям стремится убедить своих адресатов отказаться от участия в храмовых жертвоприношениях, ибо после раз и навсегда совершенной жертвы Христа они потеряли всякий смысл, однако апостол ни слова не говорит о том, что эти жертвоприношения попросту невозможны, так как по Закону их можно совершать только в иерусалимском Храме, а Храм уже разрушен***. Апостол Павел посвящает очень много места полемике с попытками сделать обязательным для христиан соблюдение Моисеева Закона, но нигде не говорит о том, что Закон Моисеев просто невозможно соблюсти: Закон предполагал храмовое богослужение, которое после 70 года стало недоступным. Святой Евангелист Лука в Книге Деяний Апостольских также рассказывает о спорах, развернувшихся вокруг соблюдения ветхозаветных установлений, однако полемисты не приводят такой решающий аргумент, как разрушение храма. Важно также упоминание географических названий и бытовых подробностей, характерных для определенной эпохи. Например, Евангелие от Иоанна содержит ряд деталей, которые указывают на автора как на жителя Иерусалима, хорошо знавшего местные реалии.

Наконец, третий метод датировки текстов — это данные археологии, помогающие установить время написания древнейших дошедших до нас рукописей. Древнейшим новозаветным манускриптом является знаменитый папирус Р52, называемый еще папирусом Райленда. Особенности написания этого документа позволяют довольно точно определить время его создания — около 125 года нашей эры. Этот небольшой листок папируса (по-видимому, представляющий собой сохранившийся фрагмент более обширной рукописи) исписан с обеих сторон и содержит отрывки из хорошо знакомого нам Евангелия от Иоанна. Рукопись обнаружена в Египте, и это свидетельствует о том, что к 125 году само Евангелие уже было написано и получило распространение.

Не останавливаясь более подробно на методах датировки, отметим, что в наше время все исследователи, в том числе и нехристианские (которые не считают Новый Завет богодухновенным), согласны, что значительная часть новозаветных документов (если не полностью все) написана в первом веке, то есть при жизни первого, максимум второго поколения учеников Иисуса. Вот, например, датировка, которую приводит известный религиовед Мирча Элиаде (не христианин) в своем «Словаре религий, обрядов и верований»): Послания Павла — 50-60 годы, Евангелие от Марка — около 70 года, Евангелия Луки и Матфея — около 80 года, Евангелие от Иоанна — около 100 года.

Мы сознательно берем эти данные у неверующего ученого, поскольку сейчас мы пытаемся посмотреть на новозаветные тексты просто как на исторические свидетельства о том, во что верила определенная группа людей в определенное время. Хотим ли мы разделить убеждения первых христиан — вопрос нашей веры; во что они верили и как эта вера отразилась в новозаветных документах, — вопрос научного исследования.

Археология и Новый Завет

Раскопки, производимые в Иерусалиме, позволили обнаружить ряд подтверждений Евангельской истории. Так, еще в XIX столетии была найдена купальня Вифезда, о которой идет речь в Евангелии от Иоанна (см. Ин 5:2). В 1961 году в развалинах Кесарии Палестинской, древнего города, располагавшегося на средиземноморском побережье современного Израиля, был обнаружен так называемый «камень Пилата» — блок из известняка, на котором сохранилась надпись:

S TIBERIEVM

NTIVS PILATVS

ECTVS IVDAA

Это означает в переводе «…Тибериум.нтий Пилат.ект Иуди».

В данном случае Тибериум — название публичного здания, построенного Понтием Пилатом и посвященное римскому императору Тиберию, в то время как город, где была найдена надпись, был назван в честь его предшественника Цезаря Августа — Кесария.

Также сравнительно недавно, в 90-х годах XX века, в ходе раскопок в Иерусалиме был обнаружено захоронение первосвященника Каиафы — одного из действующих лиц евангельских событий.

Некоторое время назад скептики оспаривали евангельский рассказ, говоря, что римляне привязывали осужденных к крестам, а не прибивали гвоздями, как это подразумевается в Библии. Опровергнуть это было достаточно сложно, из-за того что гвозди обычно не оставляли в телах казненных — отчасти из-за дороговизны железа, отчасти из-за того, что предметы, использовавшиеся при казни, нередко использовались для суеверного «врачевания». Однако в 1968 году в Гиват Ха-Мивтар, северном пригороде Иерусалима, было найдено погребение Иехоханана — иудея, казненного римлянами в возрасте около 30 лет. В костях ног застрял огромный гвоздь, так погнувшийся (вероятно, из-за сучка в дереве креста), что его не смогли вытащить. Эта находка показала — распятие было именно таким, как описано в Библии.

Другое изображение распятия — обнаруженный в 1857 году карикатурный рисунок, выцарапанный на стене древней казармы недалеко от Палатинского Холма в Риме. Рисунок схематически изображает распятого с головой осла и склонившегося перед ним человека, а надпись на грубом греческом говорит: «Анаксомен молится своему Богу». Очевидно, какой-то римский легионер высмеивал таким образом своего сослуживца — христианина.

В ходе раскопок в Коринфе в 1929 году археолог Т. Л. Шир обнаружил тротуар с надписью ERASTUS PRO: AED: S: Р: STRAVIT («Этот тротуар за свой счет проложил Ераст, хранитель общественных строений»). По-видимому, это тот самый «Ераст, городской казнохранитель», которого упоминает святой апостол Павел в послании к Римлянам (см. 16:23).

Совсем недавно, в 2008 году археологи обнаружили пещеру, которая, по многим признакам, является первой из обнаруженных на данный момент христианских церквей. Пещера находится под развалинами древней церкви св. Георгия, которая была возведена около 230 года нашей эры в городе Рихабе, на территории нынешней Иордании.

В пещере археологи обнаружили сидения для священнослужителей, апсиду и алтарь. По мнению Абдула Кадера Хуссейна, главы Рихабского центра археологических исследований, она использовалась для богослужений еще до 70 года н.э., возможно, начиная с 33 года, когда христиане начали подвергаться преследованиям в Иерусалиме****.

Возможно ли было «переписать» Новый Завет

Иногда приходится слышать, что Новый Завет «много раз переписывался» или даже «подвергался редактуре в угоду церковному руководству». Мы можем совершенно определенно утверждать, что это не так. Новозаветные тексты копировались от руки во множестве экземпляров и широко распространялись по всему тогдашнему цивилизованному миру. Представьте себя на месте предполагаемого «церковного руководства», перед которым стоит задача: внести изменения во все существующие рукописи Нового Завета, а также во все рукописи, в которых соответствующие новозаветные отрывки упоминаются или цитируются, а плюс к этому — как-то «отредактировать» память людей, которые благоговейно читали эти тексты и, конечно, помнили, что в них было написано. Любая такая попытка, безусловно, вызвала бы смуты и протесты настолько масштабные, что история не смогла бы не сохранить их в памяти, так что сам факт правки текстов был бы очевиден.

Невольными свидетелями подлинности новозаветного текста могут выступать и еретики. До нас дошли обширные полемические сочинения, из которых явствует, что оппоненты Церкви хотя и предлагали свои толкования новозаветных текстов, но, как правило, не оспаривали самого их содержания. Споры шли не о том, чтó написано в Новом Завете, а о том, кáк это понимать.

Версию «редактуры» отвергают и данные текстологии — тщательного исследования более пяти тысяч дошедших до нас рукописей. Эти рукописи были созданы в разное время, в разных местах, и иногда в них можно найти различные описки или ошибки, сделанные переписчиками. Все эти описки тщательно учтены и не оказывают никакого влияния на вероучительное содержание текста. Однако они показывают, что текст определенно не подвергался централизованной редактуре, при которой любые разночтения были бы устранены.

Еще одно свидетельство подлинности — «неудобные» детали повествования, которые редактор обязательно бы удалил. Так, первыми Воскресшего встречают женщины; нас это не особенно поражает, но в древнем мире это было крайне неприятной подробностью — женщины не считались надежными свидетелями, даже в суде их показания не принимались всерьез.

Сюжет Евангелия — повторения старого мифа?

Можем ли мы знать, что Христос действительно воскрес из мертвых? «Нет! — воскликнут многие неверующие. — Это миф, похожий на другие мифы!» Нам же, наверное, стоит начать с того, что, что это совершенно определенно не миф.

Слово «миф» в нашем обыденном языке означает «неправда, выдумка»; но если мы говорим о «мифах народов мира», то это слово имеет другое значение. Миф, как его понимают антропологи, — это символическое повествование о богах и героях, которое разворачивается в далеком, доисторическом прошлом и объясняет происхождение и устройство мира, социальных институтов, ритуалов и обычаев. Миф принципиально внеисторичен, и его корни теряются в неразличимой тьме веков. Вспомним, например, вавилонский миф о Мардуке, который повествует о войне богов с силами хаоса, воплощенными в чудовище Тиамат и ее союзниках. После победы Мардук рассекает тело Тиамат на две части: из нижней создает землю, из верхней — небо, а из глаз — реки Тигр и Евфрат.

Апостолы рассказывают нам не миф — не историю о божестве, победившем силы хаоса когда-то на заре мироздания. Они рассказывают о событиях, которые они лично пережили: о том … что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове жизни (1 Ин 1:1)». Мы можем верить им или не верить, но то, что они рассказывают, не имеет никакого отношения к мифологии. Лично я могу верить или не верить тому, что Александр Сергеевич Пушкин был смертельно ранен на дуэли с Дантесом, однако письменные свидетельства современников, из которых нам об этом известно, — никоим образом не мифы вроде мифов о рождении Зевса или о космической битве Мардука и Тиамат. Это историческое свидетельство: «мы присутствовали при таких-то событиях; были произнесены такие-то слова и совершены такие-то действия».

Как мы могли бы это объяснить

Подведем некоторые итоги. Документы, вошедшие в Новый Завет, были написаны на протяжении нескольких десятилетий после описываемых событий, когда множество их свидетелей и участников были в живых.

Ученики Иисуса — причем уже их первое поколение — провозглашали, что Иисус умер и воскрес и что через Его искупительное служение Бог даровал нам спасение. Они были убеждены в истинности этого возвещения настолько, что безропотно претерпевали за него жестокие гонения, нередко даже пытки и смерть. У нас не очень много вариантов, чтобы объяснить такое поведение.

Первый — они сознательно лгали. Эта версия опровергается их мученичеством; люди могут идти на смерть ради чего-то, во что они верят, но едва ли станут умирать за то, что, как им точно известно, является выдумкой. Люди лгут, чтобы добиться богатства, или власти, или мести врагам, но все, чего добились апостолы, — это преследования и, очень часто, смерть. Можно разделять или не разделять их убежденность в том, что Иисус воскрес из мертвых и они Его видели, но вряд ли возможно отрицать глубину и искренность этой убежденности.

Второй — все они одновременно стали жертвами галлюцинаций, какой-то формы массового психоза. И здесь можно привести примеры того, как люди, напряженно ожидающие увидеть какое-то явление, в итоге действительно начинают его видеть. Однако после Распятия ученики вовсе не были охвачены энтузиазмом и уверенностью в том, что они вот-вот увидят Воскресшего. Напротив, они были убеждены, что с Иисусом покончено, и пребывали в страхе и глубоком унынии. Римляне знали, что делали, когда предавали смерти популярных народных вождей или претендентов на роль Мессии, вследствие чего движения, которые возглавляли эти люди, неизбежно и быстро сходили на нет. Некоторые из таких движений упоминаются в самом Новом Завете: Ибо незадолго перед сим явился Февда, выдавая себя за кого-то великого, и к нему пристало около четырехсот человек; но он был убит, и все, которые слушались его, рассеялись и исчезли. После него во время переписи явился Иуда Галилеянин и увлек за собою довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассыпались. (Деян 5:36-37). Такая участь должна была постигнуть и христианство: оно должно было умереть, не успев родиться; и психологически было бы достоверно именно это. Было очевидно, что Иисус не только не избавил Израиля (Лк 24:21), как надеялись ученики, но не избавил и Себя Самого, и никакие ангелы не явились Его спасти, Он умер жалкой и позорной смертью под насмешки толпы. Для того чтобы обескураженные, затравленные и потерянные люди, пережившие полное крушение всех их надежд, превратились в бесстрашных провозвестников Воскресения, должно было произойти нечто очень и очень реальное. Другая проблема, с которой сталкивается «теория массового психоза», — пустая гробница. Противникам апостолов было бы достаточно предъявить мертвое тело Иисуса, чтобы навсегда покончить с любыми слухами о Воскресении, а самим апостолам — увидеть тело, чтобы окончательно лишиться любого проблеска надежды.

Если честно следовать простой логике, у нас остается только третий вариант — ученики действительно видели Иисуса распятым, а потом воскресшим. Как пишет апостол Павел: Ибо я первоначально преподал вам, что и принял, , что Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию, и что явился Кифе, потом двенадцати; потом явился более нежели пятистам братий в одно время, из которых большая часть доныне в живых, а некоторые и почили; потом явился Иакову, также всем Апостолам; а после всех явился и мне, как некоему извергу. Ибо я наименьший из Апостолов, и недостоин называться Апостолом, потому что гнал церковь Божию. Но благодатию Божиею есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился: не я, впрочем, а благодать Божия, которая со мною (1 Кор 15:3-9).

Апостолы с удивительным бесстрашием проповедовали, что Человек, потерпевший по мирским меркам полное поражение, отвергнутый и казненный, есть Воскресший Спаситель, Судия, даже Бог. Есть ли этому правдоподобное объяснение? Да. И состоит оно в том, что Он действительно воскрес.

Бог вмешался в ход истории и изменил его навсегда.

Из этого следуют совершенно определенные выводы для меня и для вас, читающих сейчас эту статью, — Евангелие оказывается не древней книгой, повествующей о давно минувших событиях и давно умерших людях, а посланием, обращенным к нам здесь и сейчас, щедрым предложением спасения и вечной жизни, которое мы можем принять или отвергнуть: Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет (Мк 16:16).

* Grant, Jesus: An Historian’s Review of the Gospels (1977), pp. 199, 200. — Ред.

** Гатри Д. Введение в Новый Завет. М.: Библия для всех, 2005. — Ред.

*** По закону Моисееву жертвы можно совершать только на месте, «которое изберет Себе Господь». До времени Давида жертвы совершались в походной скинии, а со времен строительства Соломоном первого иерусалимского Храма — только в нем. — Ред.

**** The Jordan Times, http://www.jordantimes.com/?news=8471&searchFor=first%20church). — Ред.

Хитон Спасителя

Хитон Господень — одежда, упомянутая в Евангелии. Грузинская Православная Церковь чтит эту святыню, принесенную из Иерусалима в Мцхету и пребывающую по сей день под спудом в основании Мцхетского Патриаршего собора Светицховели. При этом в хрониках города Трира (Германия) упоминается, что римская царица Елена привезла из Иерусалима часть Хитона Спасителя. Первохристианская община бережно хранила святыню и зашила ее, как в футляр, в другую ткань. В более поздние времена ей придали вид одежды, которую носили в Палестине в I веке.

В 1978 году этот Хитон исследовала швейцарская группа специалистов. Было научно подтверждено, что размер оригинальной части святого Хитона, привезенной царицей Еленой из Иерусалима, — 30Х30 см.

Другие части Хитона находятся в Грузии и, видимо, во Франции — в городе Аржантее под Парижем.

Терновый Венец Спасителя

Согласно Церковному преданию, святая царица Елена получила Терновый Венец в дар от иерусалимской общины во время своего паломничества на Святую Землю, после чего святыня хранилась в Константинополе.

Литературным источником, свидетельствующим об этом, является запись от 1201 года, сделанная ризничим храма Божией Матери Фаросской — Николаем Несаритом, который был хранителем важнейших святынь империи и обладал полными знаниями о них. Он дает подробное описание Венца, а также наряду с другими авторами свидетельствует, что Терновый Венец ежегодно расцветал.

После захвата Константинополя крестоносцами многие его святыни попали в Западную Европу, где через некоторое время Терновый Венец выкупил король Франции Людовик IX. Ныне Венец хранится в соборе Парижской Богоматери, а его 64 шипа пребывают в различных храмах и монастырях христианского мира.

Плат Пресвятой Богородицы

Плат Пресвятой Богородицы — это ткань, которая, по преданию, покрывала Ее в ночь Рождества Спасителя. Первым известным нам источником, повествующим об этом, является текст пресвитера константинопольского собора святой Софии, написанный в 617 году. Согласно ему, Дева Мария особо хранила этот Плат всю Свою жизнь, помня о том, что в нем Она была в ночь Рождества Христова. В 469 году Плат передали в строящийся во Влахерне храм. Дальнейшая судьба святыни прослеживается довольно четко, и сегодня Плат хранится во французском городе Шартре.

Частицы Ризы Божией Матери находятся в разных местах, в частности — в Успенском соборе Московского кремля и в Латеранском соборе во имя святого Иоанна Крестителя в Риме.

Рекомендуем прочесть:

Протоиерей Александр Мень

«Сын Человеческий»

Издательство: Фонд имени Александра Меня, 2006 г., 496 с.

Изложение Евангельской истории в понятной, доступной форме. Прекрасно подходит для человека, только начинающего знакомство с христианской верой.

Брюс Мецгер

Текстология Нового Завета

Издательство: ББИ, 1996 г., 336 с.

Серьезное исследование одного из авторитетнейших ученых-библеистов, касающееся сохранности и подлинности дошедшего до нас текста Нового Завета.

Епископ Кассиан Безобразов

«Христос и первое христианское Поколение»

Издательства: Русский путь, Православный Свято-Тихоновский Богословский институт, 2006 г., 560 с.

Книга известного православного библеиста и библейского переводчика о раннем христианстве.

Дональд Гатри

«Введение в Новый Завет»

Издательство: Российское Библейское Общество, 2005 г., 800 с.

Очень подробное рассмотрение новозаветных книг с точки зрения их авторства, времени написания и т.д., приводятся мнения и аргументы многих специалистов различных убеждений.

Редакция благодарит за помощь в создании материала Православное паломническое содружество “Севастия”.

ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ

Смотреть что такое «ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ» в других словарях:

  • демифологизация — сущ., кол во синонимов: 1 • развенчание (6) Словарь синонимов ASIS. В.Н. Тришин. 2013 … Словарь синонимов

  • демифологизация — ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ метод интерпретации Нового Завета, предложенный немецким теологом и историком раннехристианской литературы Р. Бультманом. Концепция Д. разработана им в докладе «Новый Завет и мифология. Проблема демифологизации… … Энциклопедия эпистемологии и философии науки

  • ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ — термин, введенный в богословие и экзегетику *Бультманом для обозначения интерпретации смысла Свящ. ПИСАНИЯ с учетом древних форм *передачи *керигмы. Этот герменевтич. подход не является чем–то новым в богословии, и принципы его зависят от того,… … Библиологический словарь

  • демифологизация — демифологиз ация, и … Русский орфографический словарь

  • демифологизация — и; ж. 1. Развенчание сложившихся неправдоподобных представлений. Д. коммунизма. Д. общественного сознания. 2. Церк. Теологическая концепция, интерпретирующая библейские мифы в соответствии с представлениями… … Энциклопедический словарь

  • Демифологизация — термин, обозначающий тенденцию освобождения современных исследований исторических событий и методов от мифологических элементов, наслоений и рационального их объяснения … Исследовательская деятельность. Словарь

  • ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ — термин, обозначающий тенденцию освобождения современных исследовании исторических событий и методов от мифологических элементов, наслоений и рационального их объяснения … Профессиональное образование. Словарь

  • ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ — понятие, выражающее осн. содержание теологич. концепций, призывающих интерпретировать библ. мифы в соответствии с представлениями совр. человека. Родоначальник «де мифологизированной» теологии Р. Бультман в очерке «Новый завет и мифология» (1941) … Атеистический словарь

  • ДЕМИФОЛОГИЗАЦИЯ — термин для обозначения методологических приемов, используемых в религиозной философии и теологии при переводе мифологических сюжетов Библии и устаревшего языка церкви на язык современности. Основателем концепции Д. считается нем. протестантский… … Современная западная философия. Энциклопедический словарь

  • Демифологизация — освобождение сознания от мифологических элементов путем активизации воли к пониманию. Д. происходит в результате расслоения единого предмета понимания на миф и реальность. Р. Бультман видит в Д. возможность адаптировать психологию верующего к… … Психологический лексикон

Синоптические Евангелия

Связи между Синоптическими Евангелиями

Синопти́ческие Ева́нгелия (др.-греч. συνοπτικός, букв. «со-наблюдающий» от σύν, «вместе» и ὄψις, «видение, зрительное восприятие») — три первые книги Нового Завета (Евангелия от Матфея, Марка и Луки). По своему содержанию синоптические Евангелия во многом перекрываются и повторяют друг друга. Четвёртое Евангелие от Иоанна отличается по стилю и содержанию от синоптических.

Троих евангелистов Марка, Матфея и Луку называют синоптиками.

Название используется с XVIII века, когда Иоганн Якоб Грисбах издал три Евангелия в 1776 году в виде Синопсиса, параллельными столбцами.

Существует несколько теорий связи между синоптическими евангелиями, в частности — теория об Источнике Q.

> См. также

  • Авторство Библии
  • Синоптические Евангелия
  • Протоиерей Александр Мень Евангелия
Для улучшения этой статьи желательно:

  • Найти и оформить в виде сносок ссылки на независимые авторитетные источники, подтверждающие написанное.
  • Дополнить статью (статья слишком короткая либо содержит лишь словарное определение).

Пожалуйста, после исправления проблемы исключите её из списка параметров. После устранения всех недостатков этот шаблон может быть удалён любым участником.

СИНОПТИЧЕСКИЕ ЕВАНГЕЛИЯ

Синоптические Евангелия — общее название трёх Евангелий от Матфея, Марка и Луки.

Понятие возникло как следствие широкого распространения в Западной Европе т. н. Евангельских «Синопсисов» («общих обзоров»). «Синопсисы» представляли единую параллельную таблицу всех стихов четырёх Евангелий. Такие таблицы подчеркнули наглядную близость плана, стиля и содержания первых трёх Евангелий в противоположность Евангелию от Иоанна. В XVIII веке немецкий исследователь, рационалист-отступник Иоганн Грисбах, ввёл термин «синоптики,» или «синоптические Евангелия,» для первых трёх книг Нового Завета.

Взаимная схожесть трёх первых Евангелий и их отличие от Иоаннова ясно из степени общности их содержания. Так, у Марка 93% общего содержания с другими евангелистами, у Матфея — 58%, у Луки 41%, а у Иоанна лишь 8%. В общей сложности существует 350 евангельских стихов общих для всех трёх синоптиков , а среди мест не вошедших в Евангелие от Марка имеется около 200 общих для Матфея и Луки .

Евангелисты-синоптики повествуют в основном о служении Господа в Галилее, а затем переходят к последнему путешествию Его в Иерусалим; близки они и в передаче изречений Христа. Иоанново Евангелие, хотя имеет ряд параллелей с синоптиками, но значительно дополняет их пробелы. Иоанн уточняет их хронологию и говорит о 4-х посещениях Христом Иудеи; описывает меньшее число (и по большей части других) чудес; разъясняет что Распятие произошло в пятницу; приводит изречения Господни по характеру отличные от уже записанных синоптиками.

Использованные материалы

  • Лопухин, А., «Евангелие,» энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона:
  • «Евангелия,» Мень, А. В., прот., Словарь по библиологии (пуб. по Мир Библии, вып. 1, 1993):