Реабилитация сектантов

Очень хороший и дельный пост в Фейсбуке сделал Василий Владимиров. Этот пост может быть очень полезен не только бывшим последователям деструктивных культов и сект, но и всем тем, кто хочет помочь другим в вопросах социальной реабилитации.
Размышления о социальной реабилитации бывших сектантов
Одна из больших проблем помощи пострадавшим от сект — их социальная реабилитация. Подчеркну — социальная, а не психологическая. Психолог — это специалист, время контакта которого с клиентом ограничено консультацией. Выходя из его кабинета, человек сталкивается всё с той же реальностью, что и была. Современный рыночный социум сам по себе весьма далек от благоприятной адаптационной среды для людей, имеющих психологические проблемы. Для бывшего сектанта нужна совершенно особенная переходная среда, совершенно особенные подходы к общению со стороны тех, кто поставил задачу помочь адаптироваться. Попробую сформулировать, как я это вижу:
1. Человеку, вышедшему из культа, часто нужно объяснять вещи, которые для всех остальных очевидны. И, одновременно, вместе задумываться над сложными, и, казалось бы, маловажными для обывателя вопросами, ответы на которые на самом деле будут кирпичиками того гейта, через который человек может выйти из собственной скорлупы заблуждений в пространство адекватного социального ориентирования. Здесь нужна готовность долго и внимательно общаться, не обижаться на глупости, проявлять терпение. О конкретике и тематике таких вопросов — ниже.
2. У бывших сектантов нередко бывают самые обычные проблемы со здоровьем. Причем, такие люди зачастую весьма подкованы в медицинских тонкостях и простой врач районной поликлиники их вряд ли воодушевит. Бывшим сектантам бывают нужны консультации квалифицированных медицинских специалистов и лечение имеющихся у них патологий, разъяснения и рекомендации по образу жизни. Всякий, кто хочет взяться за помощь этим людям в социальной адаптации, должен хорошо изучить основы физиологии и медицины, потому как от момента обращения человека к консультанту и до момента его контакта с профильным врачом в некоторых случаях, не имея медицинского образования, консультанту приходится проводить работу по разъяснению основ, а иногда и тонкостей, связанных с псевдомедицинскими воззрениями, опасными привычками, распространяемыми в сектах. На хорошем научном уровне предостеречь о проблемах домашних родов, «супердиет», практик измененных состояний сознания, со знанием деталей рассказать о рисках альтернативной медицины.
3. Настойчивость. Волевой фактор у людей, имеющих опыт сектантства, может быть весьма скромным. Прокрастинация, неуверенность, апатия, нежелание делать элементарные бытовые вещи, социализироваться, усталость от эндорфиновых и адреналиновых марафонов, резкие спады и подъемы, отсутствие привычки думать, — все это делает личность слабой. Просто кинуть человека в социум и сказать «плыви», сказать «иди делай свои дела и сам принимай решения» — будет неправильно. На начальном этапе всегда нужно помогать, а то и подталкивать, разжевывать варианты, вместе думать о мелочах и путях выбора. Не стесняться быть старшим товарищем. Не стоит опасаться, что вы станете для такого человека объектом зависимости. На первое время вы так и так им можете стать, потому как его модель восприятия окружающих ставит доверие и зависимость рядом. Однако, если в секте гуру свой авторитет использует для ослабления личности и собственных выгод, то консультант должен использовать свой авторитет таким образом, чтобы личность становилась сильной. Помогать человеку выстроить свой путь социализации таким образом, чтобы каждый раз он выполнял посильную задачу, со временем понемногу усложняя и стараясь по возможности создавать условия для того, чтобы человек чувствовал иногда от этого результат. Самостоятельность нельзя пытаться развить наскоком — это может травмировать.
4. Личный пример консультанта. От личности консультанта зависит очень и очень много. Иногда из секты выходит человек более морально чистый, чем все те, кто полагает, что может кого-то консультировать. Консультанту самому очень важно иметь здоровую иерархию смыслов и тонкую, детальную, выверенную до мелочей личную позицию по всем вопросам касающимся проблем аскетизма и излишеств. Во-первых, на консультанта всегда смотрят, как на некий образец. И если этот образец ведет себя в быту и на людях развязно, эгоистично, то доверия это не прибавит. Во-вторых, вышедшие из сект люди часто погружаются в одну из крайностей: наконец-то оторваться и взять от жизни всё, или же углубиться в радикальные нездоровые формы агрессивного аскетизма, в том числе лишая себя здорового питания, медицинского обслуживания, санитарных условий. И если у консультанта нет взвешенной собственной позиции по данной стороне жизни, то важный момент адаптации будет упущен.
5. Хорошее понимание педагогики. Во многом взаимодействие с бывшим сектантом вполне себе подчинено традиционным педагогическим закономерностям, описанным в профильных учебниках много лет назад, а сами проблемы адаптации часто схожи с теми, что имеют место у «трудных подростков».
6. Религиоведческая и философская подготовка, жизненный опыт. Вышедший из культа человек чаще всего находится в поиске своей парадигмы духовности. Светский подход к реабилитации вовсе не означает отсутствия философских и религиозных знаний. Другое дело, что они не должны навязываться. Такие знания нужны, прежде всего, там, где человек будет размышлять о границах здоровой религиозности и сектантства: эти границы обычно весьма сложно выстроить и процесс это долгий.
7. Светский характер реабилитации без навязывания религиозных, или, наоборот, атеистических взглядов. Как только бывшему сектанту начинает предлагаться какая-то готовая идеология, отталкивающаяся от ограниченной группы источников, а не от смыслов, не от возможности самостоятельно размышлять, он сразу получает большой соблазн, не развивая критическое мышление, целиком и полностью погрузиться в эту идеологию. Даже не погрузиться, а просто плюхнуться и в дальнейшем уже с неё не слезать. Номинально человек в этом случае из секты выйдет, но сектантом он по своей модели поведения останется, останется зависимой личностью, критическое мышление будет не развито. И в этом контексте без разницы, на какую идею человек бездумно и фанатично будет опираться, на атеистическую или на христианскую. Без осознанного взвешенного подхода он так и будет жить подъемами и спадами, ходить от общины к общине, как неприкаянный.
8. Позитивная группа. Нужно смириться с тем, что вышедший из культа человек нередко имеет высокий запрос на групповое общение. На сегодня современный российский социум представляет собой не всегда позитивное явление, не важно, идет и речь об общественных организациях, трудовых коллективах или людях на улице. Люди живут «в своем интересе». И если здоровый человек как-то в этом всём маневрирует, а то и вовсе не замечает, имея некоторую эмоциональную «толстокожесть», то для человека с нестабильной моделью социального взаимодействия это всё очень болезненно. И в этой связи, на мой взгляд, стоит весьма острая проблема полного отсутствия в нашей стране не то чтобы реабилитационных центров, но и просто групп социальной адаптации бывших сектантов. Того места, где вышедший из культа человек мог бы увидеть, что за пределами секты не так уж страшно, что самостоятельность и критическое мышление это интересно, что конструктивные модели социального взаимодействия возможны. Говоря проще, увидеть вне секты более-менее дружественный социум. Мне хочется верить, что когда-нибудь все, кто изучает проблему сект, придут к пониманию необходимости таких групп. Причем, безусловно, такие группы должны быть, с одной стороны, светскими, с другой — вполне себе идейно устойчивыми, не лишенными ценностей.
9. Ну и главное. Реабилитация бывших сектантов — процесс, как уже отмечалось в начале поста, не только психологический, но и социальный. Этим могут заниматься самые простые люди, получившие основы всех перечисленных выше знаний, имеющие в себе хороший запас терпения и сострадания. Совсем не обязательно иметь для этого десять дипломов по всем специальностям.
Из чего же может и должна состоять реабилитация людей, вышедших из секты? В чем заключается этот процесс?
1. Во-первых, это консультирование:
— общение с волонтерами-консультантами по общим вопросам, возникающим после выхода из культа;
— психологические консультации;
— консультации юриста, если такие нужны.
2. Во-вторых, это регулярное очное общение между собой тех людей, которые вышли из культов.
3. Получение общих философских и религиоведческих знаний.
4. Решение бытовых вопросов. Здоровье, трудоустройство, жилье, образование и профориентация.
5. Наработка позитивных социальных навыков. Коммуникация. Получение опыта коллективного взаимодействия в рамках труда и досуга. Пожалуй, что в некоторых случаях — волонтерство. Выйдя из секты, человек идейно опустошен. Его использовали. И раскрываться опять, подавать кому-то руку зачастую очень и очень тяжело. Но нужно. Понемногу, очень аккуратно, но давать понять, что вне секты социальные модели самоотдачи в целом могут быть более эффективны.
6. Отдельным пунктом — зачастую, но не всегда, необходимо наблюдение врачом-психиатром, консультации специалиста этого профиля, различные формы лечения.
7. Развитие критического мышления. Чтение тематических книг, посещение тематических лекций. Здесь следует сделать оговорку: некоторые современные популяризаторы, рассказывающие о критическим мышлении, одновременно с этим насаждают радикально атеистические идеи, причем весьма эмоционально, подменяя, как таковое, критическое мышление, агрессивными формами атеизма, где сам атеизм становится безальтернативным культом. И здесь нужно очень тщательно выбирать и лекторов и литературу, консультант должен сам хорошо понимать, что такое критическое мышление, уметь об этом поговорить, а не только дать книгу.
8. Получение знаний в области сектоведения и криминологии о деструктивных организациях и схемах их деятельности, о мошенниках и механизмах обмана. Книги, лекции, видеоролики, телепередачи и обязательно — беседы, общение на эти темы. Иногда можно встретить реактивное сопротивление, выраженное в форме «теперь я больше точно не попадусь» или «мне всё понятно про механизмы сект и больше не интересно». Такие ответы вовсе не означают, что реабилитирующийся всё понял. Они означают наличие психологического барьера для признания собственной ошибки и размышления над ней. Определённый здоровый интерес к сфере безопасности, к проблемам сектантства, мошенничества и обмана, у вышедшего из культа человека очень важно сформировать, так как риск повторного попадания в круги сторонников очередного лжеучения весьма велик в большинстве случаев. Делать это нужно деликатно и получается это не всегда быстро, на решение данной задачи могут уйти годы. Но оно того стоит.
9. Длительность реабилитации. Даже если человек давно вышел из секты и вроде как вышел с концами, всё равно с ним нужно поддерживать контакт. Внешние признаки успешной социализации через год-два после выхода очень обманчивы. Через три-пять лет такой человек может снова уйти в какое-то деструктивное течение или культ. Даже если он стал православным, никто не гарантирует, что его со временем не воодушевят культовые течения, имеющие место в православной среде.
Пока что всё написанное — лишь размышления. Сферический конь в вакууме. По факту на сегодняшний день вся реабилитация ведется разрозненными группами энтузиастов в условиях, приближенных к полевым, и способами, в большей степени кустарными, где-то по наитию, а где-то и вовсе между делом. Какого-то единого сообщества людей, занимающихся на системной основе реабилитацией сектантов, пока нет.

Советы психолога

Прежде всего сохраняйте спокойствие. Да, вашу семью постигло тяжкое испытание, но ничего непоправимого не произошло. Большая часть людей, попавших в секту, рано или поздно выходит из нее. Но то, как быстро ваш близкий уйдет из секты и в каком состоянии он будет, во многом зависит от вас и от других членов вашей семьи.

В любом случае будьте готовы к достаточно долгосрочным усилиям. Если вашему близкому не удалось помочь в течение первых нескольких недель после первоначального знакомства с сектой, для его возвращения к внесектантской жизни потребуются усилия всей семьи в течение как минимум нескольких месяцев, а то и лет. Но для этого каждый должен хорошо знать, как ему следует себя вести.

После первоначального «распознавания» не пытайтесь разубеждать вашего близкого — это только еще больше испортит ваши отношения. Наверняка вы уже поняли, что попытки объяснить вашему близкому абсурдность вероучения секты и нелепость, а то и вред его поведения приводит только к скандалам и обострению отношений. Нужно знать, что тоталитарные секты, как правило, заинтересованы в разрыве нового адепта с его несектантским окружением: тогда вся информация, получаемая им, будет исходить от секты и весь круг общения будет исчерпываться ею же. Такое положение дел создает идеальные условия для контролирования сознания адепта. Для того, чтобы спровоцировать разрыв, сектантские «учителя» заранее объявляют, что домашние их новой жертвы, скажем, «одержимы диаволом» или слишком привязаны к «этому злому миру» и поэтому сделают все возможное для того, чтобы принудить новообращенного «сойти с пути спасения», покинуть новообретенную «истинную семью», «отказаться от «освобождающего знания» и пр. Таким образом, ваша эмоциональная реакция будет только на руку секте и послужит для вашего близкого еще одним подтверждением истинности его новой веры.

Но, с другой стороны, также ни в коем случае нельзя притворяться, что вы изменили свое мнение и вам, наконец, понравилась перемена, происшедшая с вашим близким: это либо укрепит его в приверженности секте, либо он обнаружит вашу ложь и окончательно утратит остатки доверия к вам. Обговорите с ним следующее условие: вы не критикуете его «организацию» (термин «секта», естественно, будет раздражать вашего близкого, так что лучше стараться его избегать), он не занимается дома пропагандой и не пытается втянуть других членов семьи. Однако вы можете мягко обращать внимание вашего близкого на явные противоречия в его поведении и высказываниях, в то же время не вынуждая его эти противоречия объяснять: ваша задача — отвлекать его от секты.

Чтобы выстроить стратегию поведения, нужно понять, что ваш близкий находится в психологической зависимости от группы, причем его собственная личность подавлена и заменена набором сектантских поведенческих, эмоциональных и мыслительных штампов. Ваша задача — сохранить хотя бы минимальный контакт с его подавленной подлинной личностью. Относитесь к нему с терпением и сочувствием, понимая, что у человека временное расстройство личности, но ни в коем случае не давайте ему денег — это то же самое, что давать деньги наркоману на наркотики: любые деньги, данные вами, все равно будут немедленно переданы секте.

Попытайтесь настроить себя на конструктивное решение проблемы, будьте спокойными и открытыми к диалогу. Показывайте всем своим поведением, что вы признаете за вашим близким право на поиск, на свой выбор, даже ошибочный, и что ваш близкий дорог вам сам по себе, независимо от его убеждений. Рассчитывайте больше на интонацию тепла, привязанности, чем на рациональное содержание бесед с вашим близким. Старайтесь в общении с ним возвращать его в те моменты прошлой жизни, когда он был счастлив. Вспоминайте радостные эпизоды вашей прежней жизни, когда вы ощущали себя единой семьей, когда вы вместе куда-то ездили, те дела, которыми вы занимались вместе, те планы и мечты, которыми вы делились друг с другом. Конечно, вы не должны это делать искусственно. Действуйте скорее интуитивно, будучи движимы любовью и состраданием. И всякий раз в случае удачи вы будете видеть, как подлинная, узнаваемая личность вашего близкого проступает сквозь незнакомого вам чужого «зомбированного» робота, в которого он превратился.

Такая тактика преследует две цели. Во-первых, оставить вашему близкому эмоциональную «нить Ариадны», по которой он в случае кризиса внутригрупповых отношений и переоценки своего участия в секте смог бы выбраться из ее психологического лабиринта. Во-вторых, он не будет воспринимать вас ни как врага, ни как объект для вербовки, что пригодится, если вам удастся устроить так называемую интервенцию. Имеется в виду сессия интенсивного «консультирования по выходу» из секты. Чтобы провести такую интервенцию, нужен, по крайней мере, один специалист-психолог, сведущий в сектоведении, знакомый с проблематикой психологического насилия и реформирования мышления, а также семейного консультирования. Дело в том, что, как правило, в тоталитарные секты вовлекаются люди, имеющие эмоциональные проблемы (а они могут возникать у каждого в периоды психологических стрессов). Таким образом, часто помощь пострадавшим начинается с выявления и устранения источника этих проблем, то есть с работы психолога.

Изучайте словарь «вашей» секты и её учение, чтобы хорошо понимать, о чем будет говорить ваш близкий. Налаживайте контакты с людьми, у которых то же несчастье, а также с бывшими членами тоталитарных сект, ответственными чиновниками, журналистами, сотрудниками правоохранительных органов, юристами. Кроме того, вам следует собирать всю возможную информацию о секте, но втайне от вашего близкого, чтобы его не раздражать. Копируйте и записывайте все, что можно, собирайте архив и библиотеку. Может быть, неплохо было бы вести дневник или хотя бы недельник. Вся информация, альтернативная сектантской, разом задействуется во время интервенции. Не следует выдавать критическую информацию по порциям — эффекта все равно не будет.

В идеале процесс по выходу из тоталитарной секты через внешнее воздействие подразумевает участие большого числа людей, во-первых психолога и обученных им родственников и близких члена тоталитарной секты, а также сектоведа — «специалиста по фактам» (может быть и психологом в одном лице) и бывших членов секты. Их задача — пробудить у сектанта критическое мышление и заново поставить его в ситуацию выбора, на этот раз информированного, а значит, свободного. Кроме того, родственники и близкие пострадавшего совместно с психологом должны помочь ему избавиться от эмоциональной зависимости от секты, дать ему истинные любовь и участие взамен сектантского суррогата. Затем подключается православный катехизатор, желательно священник, предлагающий (но не навязывающий) истинную религиозную и мировоззренческую альтернативу.

Большинство людей, покинувших тоталитарные секты, нуждается в психологической реабилитации. Дело в том, что по выходе из тоталитарной секты людям приходится решать те же самые эмоциональные проблемы (только запущенные), которые сделали их добычей сектантских вербовщиков. Более того, многие из них выходят с так называемым культовым посттравматическим расстройством личности. Таким образом, помочь им может только профессиональный психолог, сведущий в данной области.

Духовная реабилитация жертв тоталитарного сектантства включает в себя работу священника-духовника и эмоциональную поддержку общины верующих. Постепенно человек учится личному общению с Богом (возможность которого вне секты обычно отрицается ее лидерами) и приобщается к неисчерпаемому благодатному источнику церковного Предания. Хорошо, если вышедший из секты человек общается с другими бывшими сектантами и помогает специалистам в их усилиях по сокращению численности сект .

Нельзя забывать и о социальной реабилитации бывших членов тоталитарных сект, которые часто оказываются вне круга общения, без жилья и без работы, причем с утраченными навыками самостоятельной жизни. По существу, необходимо помочь человеку заново начать жить в обществе. Здесь иногда не обойтись без юриста и социального работника.

К сожалению, работающей и действительно хорошей программы по реабилитации жертв тоталитарных сект ни в России, ни в одном из государств бывшего СССР пока не существует. И все же обратитесь в ближайший к вам центр, занимающийся проблемами тоталитарных сект. Там вам постараются помочь.

Не отчаивайтесь. Молитесь за вашего близкого, оказавшегося в секте. Пусть примером для вас будет святая праведная Моника, мать блаженного Августина, епископа Гиппонского. Этот православный святой, крупнейший богослов Запада, жил в V в. и до своего обращения в христианство в течение многих лет состоял в секте манихеев. Все эти годы мать не переставала за него молиться Богу, и молитва матери была услышана.

Сами авторы этого подхода пишут о нем, что он “является добровольным, интенсивным, ограниченным по времени, договорным образовательным процессом, который придает особое значение сообщению информации членам эксплуататорски манипулятивных групп, обычно называемых культами”. .

Консультирование обычно начинается по инициативе родителей или мужа (жены) члена группы. Родитель или муж (жена), обеспокоенные участием близкого в культе, договариваются о встрече наедине или о телефонной консультации с консультантом “по реформированию мышления” или с «командой» таких консультантов.

Родители или супруг(а) должны узнать о культовом манипулировании (особенно о том, которое использует группа, привлекшая их близкого человека) и о моделях общения, которые могут помешать их отношениям с культистом. Если необходимо, они могут участвовать в семейных консультациях с психотерапевтами или, в некоторых случаях, с консультантом . Затем консультант и клиент примут решение о том, как эффективнее всего убедить культиста поговорить с консультантом . Тогда семья представляет консультанта по психологическому насилию культисту, консультант обычно будет представлять участие в культе как семейную проблему, каким оно действительно является. Консультант просит культиста принять участие в просмотре (прочтении, прослушивании) информации, которая может помочь ему и его семье лучше понять и справиться со своими проблемами. Если культист соглашается, что случается в большинстве случаев, консультант может потратить один или несколько дней, обсуждая культы и психологическое манипулирование, проводя обзор письменных материалов, просматривая и обсуждая видеофильмы и обсуждая значение этой информации для культиста и семьи. Консультант хотя и не прячет свои взгляды относительно культов, стремится не оказывать на культиста, который решает, как реагировать на эту информацию, давление и не манипулировать им. .

Консультант уважает окончательное решение культиста, заключается ли оно в том, чтобы остаться в группе, или в том, чтобы уйти. Если культист покидает группу, консультант обеспечивает его информацией о том, как продолжать образовательный процесс, начатый во время консультирования о выходе, и где получить помощь для того, чтобы справиться с послекультовыми проблемами. Большинство консультантов полагают, что когда культист дает им достаточное время для представления их информации — обычно около трех дней — человек решает уйти из культа примерно в 90% случаев. Если культист не дает консультантам достаточного времени, но слушает их информацию до определенной степени, неофициальные оценки отмечают, что около 60% решат, в конечном счете, покинуть группу.

Хотя существуют различные подходы к консультированию о выходе, все они отвечают потребностям семьи или пострадавшего члена семьи и стремятся помочь культистам, обеспечивая их информацией, о которой они не знают. Подход, предлагаемый К. Джиамбалво, можно назвать сосредоточенным на информации консультированием о выходе. Он отличается от сосредоточенного на процессе консультирования о выходе, или оттого, что С. Хассен называет «стратегической терапией воздействия», и от подходов, которые выдвигают на первый план определенные теологические моменты, прежде всего то или иное религиозное переобращение. С. Хассен допускает более активную и целенаправленную роль консультанта в подведении клиента к выходу из культа, в том числе и за счет некоторых технических приемов. Неприемлемы для совести практического психолога или психотерапевта должны быть попытки предопределить в ходе консультирования изменения в более широкой и глубокой системе жизненных, духовных, в том числе и религиозных, взглядов клиента. . Консультирование о выходе не производит существенной психологической перемены. Оно просто обеспечивает информацией, которая является катализатором перемены, которая пробуждает культистов, затем уже способных сделать истинный выбор, вытекающий скорее изнутри, нежели снаружи. Опора на психологические методики в консультировании о выходе может сделать более трудным для культистов определение того, был ли выбор, сделанный ими во время консультирования о выходе, действительно их выбором, а не консультанта по выходу”.

Особенностями консультирования о выходе являются:

1. Значительная роль предварительного сбора информации.

2. Активное участие семьи и близких (но не семейная терапия!).

3. “Командная” работа консультантов.

4. Длительность и интенсивность.

5. Акцент на предоставление информации как на единственную цель консультирования, т.е. информирование вместо психотехники.

6. Участие бывших культистов.

Реально консультирование о выходе относится к добровольным отношениям между профессиональным помощником и нуждающимся в помощи индивидуумом, семейством, группой, или социальной единицей, в которых консультант занимается обеспечением информацией, что позволяет клиенту более ясно определять и решать проблему, по которой они искали консультацию.

Консультация о выходе — это представление информации относительно принципов и практических применений восстановления социальной идентичности. Консультация предполагает почтительный диалог в открытой обстановке, дополненный образовательными материалами, типа подходящих литературных, подлинных исходных материалов (первоисточников), сообщений средств массовой информации, и личных свидетельств. Главная помощь может быть оказана при хорошо спланированной работе близких адепта и специалиста, которые помогает как семье, так и самому культисту. В качестве группы используется: семья, знакомые, бывшие члены культа. Групповые механизмы воздействия на личность в культе вполне уместно нейтрализовать аналогичными групповыми механизмами «не деструктивного действия». Необходимо учитывать, что во время знакомства с культом, завербованный получает только одностороннюю информацию со стороны культа, а вовсе не исследует обе точки зрения. Группа — это своеобразная «барокамера» при переходе человека из культа в реальность.

До начала консультирования родителям стоит начать немедленный сбор информации об особенностях культа. В общении с членом своей семьи, вовлеченным в культ надо избегать конфронтации, не критиковать посещаемую группу и ее членов. Критика культа приведет к негативным мгновенным реакциям. Дело в том, что личность долгое время пребывающего в секте, подвергается значительной трансформации, сказывающейся в невротичном и неадекватном реагировании на любую негативную информацию о секте. Критическая информация является слишком резким переходом. Необходимо понимать, что каким способом культиста вербуют, примерно таким же образом следует предоставлять критическую информацию. Должна происходить минимальная дозировка информации, которая разрушает непосредственно саму систему ценностей, а не компоненты системы. Когда система нарушена, можно приводить доказательства неверности доктрин. Разрушая систему ценностей культиста, необходимо понимать, что культист, на данный момент, уже не может жить без этой системы. Старая атеистическая система не годится для возврата в нее. Поэтому необходимо предоставить другую, но подлинно христианскую систему ценностей, чтобы перейти в нее. Если этого не произойдет, тогда культист не обнаружив лучшей замены, возвратится обратно, а духовно зрелые братья по культу помогут заделать появившиеся трещины в системе ценностей. Она активно вытесняется из сознания. Если член семьи будет совершать поступки, выходящие за этические рамки, следует набраться мужества и спокойно переносить подобное поведение. Надо понимать, что это происходит из-за глубокого внутри личностного конфликта. Можно также демонстрировать интерес к его культовой деятельности и даже попросить когда-нибудь посетить организацию вместе с ним. Это увеличит его доверие к членам семьи и уменьшит напряжённость в отношениях, а углубленное знакомство с группой, даст опыт того, какие подходы следует использовать в общении. Можно также включать методы мягкого контроля и тщательно отслеживать средства, которые тратятся и количество времени, которое он проводит в секте.

Однако даже такой вид общения не приведёт к тому, что человек, полностью зависимый от группы и эмоционально включённый в её деятельность уйдёт из секты. Без помощи специалистов вырвать личность из культа, не нанеся значительных травм её психическому здоровью, практически невозможно. После этого, работая уже вместе с профессионалами, надо договориться о том, что он выделит часть своего времени (не менее 3 дней) и проведёт их с членами своей семьи или консультантом, обеспокоенными его посещением группы и решившими предпринять кое-какие действия. Если он очень испуганно реагирует на «чужих» людей, стоит первоначально не раскрывать ему цель своих намерений. .

Единственный вариант эффективности консультирования — абсолютная изоляция личности от секты на время работы с консультантами. Для этого можно вывести за город, либо на время сменить место жительства. Готовиться к консультированию надо кропотливо, просчитывая все возможные варианты, тщательно прослеживая все аспекты, устраняя сами возможности ошибок. Не факт то, что огромный объём проделанной работы, даст эффективный результат, поэтому стоит запастись терпением и мужеством. Главное — это бороться до последнего, но, при этом, думая о его психологическом здоровье, обращая внимание на его эмоциональное состояние, ориентируясь на его потребности.

Если консультирование даст позитивный эффект, то членам семьи надо будет приложить определённые усилия, чтобы удержать этот положительный результат. Уделять много времени. Искать альтернативные занятия его бывшему посещению секты. Стоит постараться изолировать его от контактов с людьми из секты. Лучше всего — уехать на время куда-нибудь на отдых. Необходимо помочь ему обрести эти социальные навыки, адаптироваться, Для этого наилучшей формой являются все программы социально-психологического тренинга как способа научения социальными умениям и навыкам, формирования гибкого стиля поведения с самоответственностью, критичностью, креативностью, уверенностью в себе. В консультировании о выходе первостепенное значение имеет тщательное разъяснение тех социально-психологических механизмов, которые были задействованы манипуляторами для их подчинения и установления зависимости. Отсутствие ясного представления о том, что же с ними случилось, иногда на многие годы отравляет жизнь людей, даже уже вышедших из культов, или приводит к новым рецидивам вовлечения в культ.

Глава 2. Разработка и апробация программы консультирования о выходе из религиозного нетрадиционного культа, учитывая индивидуально- психологические особенности личности.

2.1.Объект исследования:

Молодые люди, в количестве 50 человек, оказавшиеся участниками деятельности нетрадиционных религиозных организаций и обратившиеся за помощью с целью получения профессионального содействия в восстановлении социальной идентичности, помощи в уходе из культа, в возрасте от 14 до 18 лет, пребывающие в разных нетрадиционных религиозных культах от 1-го до 3-х лет. Работа проводилась с членами организаций: «Свидетели Иеговы».

2.2. Предмет исследования:

Консультирование с учетом индивидуально-психологических особенностей личности.

2.3. Цель исследования:

разработка программы консультирования о выходе, учитывая индивидуальные психологические особенности личности молодых людей, вовлеченных в нетрадиционный религиозный культ.

2.4. Задачи исследования:

1.Выявить психотипологические особенности жертв тоталитарных сект и особенности их поведения,

2.Разработать основы профилактической и просветительской работы, пути оказания реальной помощи выхода из культа, учитывая индивидуально-психологические особенности личности.

3.Разработка программы помощи жертвам нетрадиционных религиозных культовых организаций, учитывая их индивидуально-психологические особенности личности.

Разработка программы включала в себя следующие этапы:

2.5. Диагностический этап:

На начальных этапах было проведено диагностическое исследование 50 человек из культа «Свидетели Иеговы» на выявление их индивидуальных психологических особенностей личности. Групповое тестирование проводилось при помощи Патохарактерологического диагностического опросника (ПДО). . Возрастной состав молодых людей, участвовавших в тестировании от 14 до 18 лет, находящиеся в культе от 1 до 3-х лет.

О целях тестирования молодые люди не знали. После обработки результатов тестирования наметились основные типологические особенности личности культистов.

55% — паранойяльные

20% — шизоидные

15% — эпилептоидные.

Применительно к этим трем категориям культистов были разработаны три варианта программ работы. Апробация программ осуществлялась на выборке из 10 человек. Они согласились принять участие в консультирование о выходе.

Расстановка их типологических особенностей испытуемых была следующей:

7 человек — паранояльный тип личности

1 человек — шизоидный тип личности

2 человека — эпилептоидный тип личности.

Дальнейшая работа включала в себя следующие этапы:

2.6. Этап беседы:

Цель этапа: этот этап включал в себя знакомство с культистами.

2.7. Этап консультирования о выходе:

Цель этапа: рефлексивное осознание ситуации, расширение фокуса сознания, снижение диапазона неосознаваемого, сбор информации о том, что способствовало принятию решению ухода их культа, предоставление информации о возможном контроле сознания и внедрении различных страхов по поводу ухода из группы. Рефлексия, лат., психолог., вообще мышление, в частности — обращение внимания на собственную деятельность сознания, постижение психических процессов посредством внутреннего чувства.

Основное моменты данного этапа:

а) поддержание и углубление психологического контакта

б) стимулирование на дальнейший рассказ и его углубление,

Работу с каждым культистом мы проводили, учитывая индивидуально-психологические особенности личности.

Паранояльный тип личности:

Главная особенность данного типа — склонность к образованию сверхценных идей, влияющих на поведение личности. Это люди с узкими и односторонними интересами, недоверчивые и подозрительные, с повышенным самомнением и эгоцентризмом, упорные в защите своих убеждений, угрюмые и злопамятные, часто грубые и бестактные, готовые в каждом человеке видеть недоброжелателя. Подобные свойства, а также узость кругозора и односторонность мышления, малая пластичность психики, обусловливающая застревание на одних и тех же мыслях и аффектах, настойчивость, перерастающая в упрямство, побуждают таких субъектов к непрерывным конфликтам, домогательствам, борьбе с мнимыми врагами. Мышление их с одной стороны незрелое, детское, со склонностью к фантазиям, а с другой — со склонностью к резонерству. Соответственно бедному идеями и одностороннему мышлению аффективная жизнь определяется односторонними и сильными аффектами. Это люди действия, напора, бескомпромиссности, без чувства юмора, прямолинейные в суждениях, высокомерные и крайне самоуверенные. Содержание сверхценных идей может касаться переоценки своей личности со стремлением к изобретательству, реформаторству. Сверхценные идеи в отличие от бредовых имеют достаточное жизненное обоснование, более тесно связаны с реальными событиями и более конкретны по содержанию. Однако теоретические построения обычно вырастают из односторонне подмеченных и воспринятых фактов логика мышления субъективна, суждения ошибочны. Убеждениям, угрозам, просьбам он не поддается. Неудачи не останавливают, а лишь прибавляют сил для дальнейшей борьбы. . Содержание сверхценных идей, приводящих к сутяжному поведению, черпается из реальных бытовых или служебных конфликтов и благодаря эмоциональной охваченности дополняется интерпретацией все новых событий из окружающей жизни. Активность, стеничность и настойчивость «в борьбе за справедливость» проявляются в бесконечных письмах, жалобах, тяжбах и судебных разбирательствах. Сверхценное значение для паранойяльных психопатических личностей могут приобрести также идеи ревности, отношения, ипохондрические идеи. К психопатии параноического типа относятся и фанатики — люди, с исключительной страстью посвящающие себя одному делу. В отличие от крайне эгоцентричных параноических личностей, преследующих лишь собственные цели, фанатики преимущественно альтруисты, борющиеся за общие интересы. И тем, и другим свойственны очень большая аффективная напряженность и в то же время отсутствие душевной теплоты. В начале беседы с таким клиентом желательно отметить большое значение того дела, которому он посвящает большую часть своей жизни, отметить его достижения, попросить сформулировать те цели, которые он ставит перед собой на ближайшую перспективу. Не следует иронизировать над его перспективами, можно содержательно обсудить возможности их достижения и те планы, которые он разработал для достижения своих целей. .В рамках вовлечения в культы, клиенты этого типа считают себя глубоко верующими. Они стремятся на религиозные и духовные переживания и стремятся к ним. Они вовлекаются в культы потому, что переживают нечто, воспринимаемое ими как послание Божие. Уйти они могут только потому, что получили более сильное духовное послание.

В беседе с культистом данного типа личности, мы пытались узнать детальное описание того, как и когда он получил послание от Бога. Полные ответы мы получили на вопросы:

Когда впервые услышал об этой группе, что именно побудило уверовать?

Просим рассказать о своем духовном пути. Какие наиболее важные духовные переживания случались у него в жизни?

Какими вопросами задавался, когда впервые вступил в группу?

Что бы ты сделал, если бы молился сегодня вечером и пережил духовное озарение, ясно показывающее, что должен уйти из своей группы?

Замешательство вызвали вопросы:

Насколько сильно подвергался влиянию других духовных учителей и традиций?

Состоял ли когда-либо в группе, лидер которой оказался недостойным доверия?

Эпилептоидный тип:

Эпилептоидный тип характеризуется сочетанием трех основных признаков: а) крайней раздражительностью, вплоть до ярости; б) приступами аффективных расстройств (тоски, гнева, страха) и в) моральными дефектами (асоциальными установками). Впрочем, последняя особенность может быть скрытой и обнаруживаться, напротив, в преувеличенной гипер-социальности, в подчеркнуто строгом соблюдении моральных норм, доходящем до ханжества. Эпилептоиды обычно очень активны, напряженно деятельны, настойчивы и даже упрямы, в общении – эгоистичны, нетерпеливы и крайне нетерпимы к мнениям других, резко реагируя на любые возражения. Характерная для них страстность и любовь к сильным ощущениям нередко выражается в отсутствии чувства меры (в азартных играх, коллекционировании, обогащении и т.д.). Их мышление – инертно, вязко, нечувствительно к новому опыту. . В компаниях они стремятся к авторитарному лидерству, к власти, но если это не удается, жестокие к слабому, они заискивают перед сильными. Охотно упражняют свою физическую силу, тренируют ручные и др. навыки, предпочитая заниматься ими не в коллективе, а наедине и получая при этом особое чувственное удовольствие. Основной целью помощи этому психотипу является устранение условий, провоцирующих слабые стороны характера. Но помощь часто затруднена тем, что не воспринимаются советы и просьбы. Поэтому так важно установить контакт, взаимопонимание с этим клиентом.

Контакт с эпилептоидным целесообразнее всего устанавливать вне периодов аффективного напряжения, побуждая его в начале беседы «выговориться» на одну из наиболее интересных для него тем. Хорошо помогает доброжелательное авансирование его будущих успехов, поощрение его реальных достижений, которые помогают в самоутверждение.

Культисты этого типа испытывали повышенную потребность в любви и одобрении группы. Ими не раз было замечено, что если они не повиновались групповым правилам, группа сразу высказывала неодобрение. Последовательное выражение любви, свободной от подобных условностей, а также побуждение культиста к честным поступкам, творческим стремлениям, совершенствованию себя и окружающего мира напоминает о нарушении обещаний со стороны секты. Любовь оказывается для таких культистов сильнее даже изощренных методов контроля сознания. Исходя из этого, мы интересовались следующими аспектами:

— Как ты узнал, что эта группа для тебя, что она осуществит твои цели?

Ты интересовался реальными достижениями группы, прежде чем присоединиться к ней?

Интересовался ли ты какими-нибудь другими организациями, прежде чем решился посвятить себя этой? Какие именно?

Какие конкретные цели группы изначально привлекали тебя? О каких событиях и действиях тебе сказали, что они приведут к их достижению? Были ли они достигнуты? Устанавливал ли ты для себя точную дату осуществления конкретной цели, пообещав себе, что в противном случае ты выйдешь из группы?

Сделаешь ли ты все, что прикажет группа?

Что, если это будет нечто такое, чего ты не хочешь делать? Сделаешь ли ты это вопреки своему желанию? Если да, то почему? Почему нет?

Что, если тебе предложат совершить преступление?

Какой опыт пребывания в группе тебе требуется, чтобы понять, что пора попробовать что-то другое?

Культисты эпилептоидного типа личности давали полные ответы практически на все вопросы о путях попадания в культах, о целях, которые они преследовали, попав в него. Замешательство вызывали вопросы о выходе из этой группы и предложение заняться чем-нибудь другим, т.е. вступление в другую организацию.

Если бы ты нашел группу, которая делала бы больше для осуществления твоих целей, задумался бы ты о вступлении в нее? Как насчет Грин Пис и др.?

Шизоидный тип личности:

Этот тип отличается патологической замкнутостью, скрытностью, оторванностью от реальности, аутизмом. Им свойственны отсутствие внутреннего единства и последовательности психической деятельности в целом, причудливость и парадоксальность эмоциональной жизни и поведения, отсутствие синтонности. Эмоциональная дисгармония у этих лиц характеризуется так называемой психастенической пропорцией, т. е. сочетанием повышенной чувствительности (гиперестезия) и эмоциональной холодности (анестезия) с одновременной отчужденностью от людей («дерево и стекло»). Такой человек отрешен от действительности, склонен к символике, сложным теоретическим построениям. .Его воля развита чрезвычайно односторонне, а эмоциональные разряды часто совершенно неожиданны и неадекватны. Вследствие замкнутости и нарушения контакта с реальной действительностью она воспринимается весьма субъективно и неточно, как «в кривом зеркале». У этих лиц нет эмоционального резонанса с чужими переживаниями, им трудно найти адекватную форму контакта с окружающими.. В жизни их обычно называют оригиналами, чудаками, странными, эксцентричными. Причудливость их интеллектуальной деятельности проявляется в особом обобщении фактов, образовании понятий и их сочетаний, в логических комбинациях, неожиданных выводах, резонерских рассуждениях и склонности к символике. Их суждения о людях обычно категоричны и склонны к крайностям. Это люди пристрастные, недоверчивые, подозрительные. В работе они то неуправляемы, так как часто трудятся, исходя из собственных представлений, то монотонно активны. Однако в ряде областей, где требуются оригинальность мышления, художественная одаренность, особый вкус, они могут при соответствующих условиях достичь многого. Эмоциональная жизнь шизоидных личностей также малопонятна и необычна. Они способны тонко чувствовать и эмоционально реагировать на воображаемые образы. Пафос и готовность к самопожертвованию ради торжества отвлеченных концепций общечеловеческого порядка сочетаются у них с невозможностью понять эмоции близких и других людей реального окружения и откликнуться на них. Внимание избирательно направлено только на интересующие их вопросы, за пределами которых они проявляют рассеянность и отсутствие интереса. Внушаемость и легковерие у них уживаются с выраженным упрямством и негативизмом. Пассивность, бездеятельность в решении насущных житейских задач сочетаются с предприимчивостью в достижении особо значимых для них целей. Их движения своеобразны, угловаты, лишены гармоничности и пластичности. Нарушения моторики могут проявляться в неестественности, манерности мимики и жестов, карикатурности походки, вычурности почерка, речи и интонации.

В зависимости от преобладания гиперестетического или анестетического компонента различают сенситивных и холодных шизоидных личностей. Сенситивные лица наряду с парадоксальностью и причудливостью психической жизни повышенно ранимы и чувствительны, мнительны, склонны многое из происходящего вокруг безосновательно относить на свой счет. Бездеятельные, робкие, замкнутые и необщительные, они предпочитают одиночество, целиком уходят в себя, в мир своих фантазий. Таким личностям недоступны чувство симпатии и любви, сопереживание, понятия долга и патриотизма. Они холодны, бесцеремонны и нередко жестоки. В иных случаях эти черты шизоидной психопатии сочетаются с экспансивностью, повышенной, но односторонней и педантичной деятельностью. Направленность волевых усилий часто определяется не интересами общества, а малопонятными внутренними побуждениями, связанными с содержанием сверхценных построений.

Установление контакта с этим типом с целью оказания помощи представляет значительную трудность. Многие из них совершенно не выносят попыток «залезть в душу». Поэтому при налаживании контакта следует избегать излишней настойчивости, напористости. Это может еще сильнее расстроить, и тогда он замкнется, уйдет в свои внутренний мир еще больше.

В начале беседы целесообразно использовать прием «анонимного обсуждения», Основным признаком установления контакта, преодоления психологического барьера, перехода к неформальному, личностному общению служит момент, когда шизоид начинает говорить сам, по своей инициативе высказывая определенные суждения, подчеркивая свою точку зрения на ту или иную проблему. Останавливать его в этот момент не следует, так как чем больше он говорит, чем больше раскрывает свой внутренний мир, тем легче направить дальнейшую часть разговора в нужное русло.

Когда культиста спрашивали о причинах присоединения к культу, отвечал, что нашел истину, что получил ответ на все жизненные вопросы, что на него произвело впечатление всякие собрания и конференции, проводившиеся группой, что привлекло притязания доктрины на то, чтобы соединить науку и религию. Беседа с культистами шизоидного типа личности требует повышенной тактичность и ненавязчивого контроля и доброжелательности.

В рамках беседы с таким культистом, учитывая его особенности, чтобы заставить такого взглянуть на ситуацию другими глазами, нас интересовало следующие:

Что, если бы ты узнал, что Божественный принцип не является истиной?

Что, если бы ты обнаружил, что цитата из Библии взята группой вне контекста и неверна?

Обращался ли ты к оригинальным источникам, чтобы удостовериться в правильности утверждений группы, проводимых ею цитат и формулируемых ею выводов?

Как можно узнать, есть ли во всем этом Высшая Истина? Как она должна выглядеть, звучать и ощущать?

Что, если бы ты обнаружил, что учение твоей группы со временем изменилось?

Культист такого типа полностью принимали трактовку религиозных вопросов, которые им внушали лидеры организации. Они не задумывались даже изучать еще другие источники. Сложности возникали при вопросах следующего характера:

Что бы ты стал делать, если бы нашел еще более высокую Истину?

Что, если бы ты узнал, что отдельные стороны исповедуемого тобой учения неверны?

Какие доказательства используют критики твоей группы? Если ты не знаешь деталей, как ты можешь их опровергать?

Что убедило тебя в том, что именно это, а не какое-то другое учение является самой высшей истиной?

Продолжение следует

Российские антисектантские центры

Москва

Миссионерский центр преподобного Иосифа Волоцкого
Москва, ул. Академика Челомея, 3б. Храм Преображения Господня в Старом Беляеве. станция метро «Новые Черемушки». авт 721 остановка «Диспансер»
Руководитель — Андрей Иванович Солодков
Тел. 8-905-648-0864
E-mail: sai68@mail.ru
Душепопечительский православный центр реабилитации пострадавших от псевдорелигиозных организаций и оккультизма во имя прав. Иоанна Кронштадтского
109044, г. Москва, Крутицкая ул., 17, стр. 5, Крутицкое патриаршее подворье, Набережные палаты
Руководитель — иеромонах Анатолий Берестов
Тел.:(095) 276-67-63,
E-mail: berebtov@mtu-net.ru
Web-сайт — www.dp-c.ru

Центр духовного, патриотического и гражданского воспитания молодежи Подольского благочиния Московской епархии
Руководитель — иерей Алексей Суриков, сотрудник Миссионерского отдела Московской епархии, ответственный за миссионерскую работу в Подольском благочинии
Тел.: 8-985-991-36-86; 8-916-140-30-51
E-mail: sektoed@mail.ru

Санкт-Петербург

Помощь людям попавшим в секты:

  • Российские антисектантские центры — Миссионерско-апологетический проект «К Истине»
  • Святые, к которым обращаются с молитвами о сектантах, раскольниках и иноверцах — Миссионерско-апологетический проект «К Истине»
  • Как помочь человеку, попавшему в секту — Православная беседа
  • Консультирование по вопросу выхода из секты — Миссионер Дона
  • Выход из культов. Депрессия, одиночество, нерешительность, измененное сознание, эффект аквариумной рыбки, некритическая пассивность и пр. — решение психологических проблем людей после выхода из сект… — Маргарет Сингер
  • Действия семьи при попадании ребёнка в тоталитарную секту — Михаил Бедило
  • Православные, инославные и сектанты — Как нам строить отношения со знакомыми и ближними из числа инославных христиан и сектантов? — Вера-Эском
  • Веру не рассказывают, а показывают (взаимоотношения с инославными и сектантами) — иерей Александр Ильяшенко
  • Юридические советы для тех, чьи интересы попирают секты — Евгений Мухтаров
  • В секты попадают из-за проблем, комплексов и тщеславия — иерей Евгений Тремаскин
  • Противостояние сектам — это одно из дел любви Церкви к человеку — профессор Александр Дворкин
  • О сектоведении (если кто-то до сих пор думает, что в секты попадают в основном неудачники, то позволю с этим не согласиться: в сектах сейчас состоит до 1 млн. наших сограждан, среди которых очень много весьма «образованных» людей. Слово «образованных» привожу в кавычках, поскольку требуется пояснить, что образование, которое получают наши сограждане в школах и ВУЗах не является образованием в полном смысле) — Олег Заев
  • По следам «Бога КУЗИ» или о волках в овечьей шкуре (как и почему люди попадают в секты) — Олег Заев

Архангельск

Архангельский региональный антисектантский центр «Гражданская безопасность»
Руководитель — Дмитрий Олегович Тараненко
Адрес: 163057 г. Архангельск-57. пр. Ленинградский 264, Архангельское подворье Свято-Артемиево-Веркольского монастыря
Тел.:(8182) 61-76-58, 8-921-495-00-47

E-mail: freemind2@yandex.ru

Владикавказ

Воронеж

Мурманск

Миссионерский отдел Мурманской и Мончегорской епархии
Руководитель — игумен Михаил Киселев. Заместитель руководителя — иерей Илья Ванюхин
Адрес: 183036 ул. Скальная 7а, Храм Всех Святых
Тел.: 8 (815-2) 26-91-55
E-mail: missionmurmansk@mail.ru
Web-сайт — www.murmanmissia.ru

Новгород Великий

Антисектантский проект «Гнев»
Руководитель — Александр Игоревич Чаусов
Тел.: 8-921-692-58-32
E-mail: aleshausov@mail.ru

Новосибирск

Пермь

Миссионерский отдел Пермской епархии
Руководитель — Евгений Валерьевич Ошмарин, заместитель руководителя Миссионерского отдела
Тел.: 8-342-214-40-30
E-mail: antisektaperm@mail.ru

Рязань

Миссионерский отдел Рязанской епархии
Руководитель — вице-президент РАЦИРС протоиерей Арсений Вилков
Тел.: (4912) 95-58-42
E-mail: ryazmissia@rambler.ru

Саратов

Саратовское региональное отделение Центра религиоведческих исследований
Руководитель – ответственный секретарь РАЦИРС Александр Валерьевич Кузьмин.
Тел.: (8452) 252-212; (8452) 252-212.
E-mail: anticekta@mail.ru

Web-сайт — http://www.anticekta.ru

Сахалин

Ставрополь

Информационно-консультационный центр по вопросам тоталитарных сект
Руководитель — иерей Антон Скрынников
Тел.: (8652) 40-91-92
E-mail: missioner2004@mail.ru

Таганрог

Религиоведческий информационно-консультативный центр
Руководитель – Владимир Петрович Сторчак, пресс-секретарь Таганрогского благочиния
Тел.: 8-928-754-4441
E-mail: storchaku@pisem.net

Томск

Web-сайт — http://www.k-istine.ru

Тула

Миссионерский отдел Тульской епархии. Тульский Центр по реабилитации жертв тоталитарных сект и нетрадиционных религий
Руководитель — священник Павел Картушин, секретарь — Алексей Викторович Ярасов
Адрес: г. Тула, ул. Герцена, 12/38, Свято-Вознесенский храм.
Тел.: 8-915-783-6681
E-mail: yarasov@yandex.ru

Петропавловск-Камчатский

Камчатский православный апологетический центр святого патриарха Московского и всея Руси Ермогена
Руководитель — священник Михаил Неверов
Адрес: г. Петропавловск — Камчатский, ул. Владивостокская, 30
Тел.:(4152) 4-11-35 (пресс-центр Камчатской епархии, 8-904-282-1716
Часы приема: каждую среду с 19 — 00 до 21 — 00
E-mail: apistos@mail.ru

Чебоксары

Доклад Николая Олеговича Новопашина, председателя региональной благотворительной общественной организации «Ростов без наркотиков», на XII Новосибирских Рождественских чтениях «Наука, Образование, Культура», секция «Наркомания: причины, последствия и пути преодоления» .
Уважаемые отцы, братья и сестры!
Наркомания является на сегодняшний момент одной из наиболее болезненных и острых для нашей страны проблем, ставящих целое поколение на грань жизни и смерти. Мы теряем это поколение и очень стремительно. В последнее время появилось много центров светских и религиозных, которые предлагают помощь тем, кто попал в эту страшную беду. В этом разнообразии центров порой очень сложно разобраться. Поэтому, тема моего доклада звучит следующим образом: Духовная составляющая наркомании и алкоголизма. Преимущества реабилитации в православном реабилитационном центре от реабилитационных центров протестантских деноминаций и сект.
Прежде всего, в начале своего выступления, хотелось бы отметить, что для светского человека, это отличие, преимущество увидеть сложно. Но оно есть и это очевидно, даже если мельком сравнить два подхода к реабилитации. Чтобы понять эти преимущества, нужно задаться вопросом, от чего человек становится наркоманом. Наверное, прежде всего от отсутствия в нем духовного стержня, отсутствия целостности его личности. Большую роль, несомненно, играет и образование вкупе с воспитанием.
Ведь если предложить наркотик человеку верующему, знающему истинный смысл жизни и цену его свободы во Христе, то можно предположить, что такой человек с большой долей вероятности откажется от сомнительного удовольствия. Пробует наркотик, прежде всего тот, у кого нет внутренних религиозных установок. Поэтому реабилитация в православных центрах строится, прежде всего, на воцерковлении человека и привитие ему душеспасительной исконной русско-православной педагогики. Метод сам по себе прост. Но этот же метод дает сбой, когда в нем меняется идеология. Представим себе картину, что наркомана, полностью опустившегося человека привезли в протестантский или не дай Бог, в сектантский центр. После снятия ломок с ним начинают работать. Выйдя на «свободу», он снова столкнется со старыми друзьями и «коллегами», которые предложат ему уколоться. И мне представляется маловероятным, что знание позиции Мартина Лютера по реформации или политических мыслей сектантов-неопятидесятников Хинна и Ледяева помешают ему уколоться. А чего стоит их «молитва», которые кроме как кощунством никак назвать нельзя. И вряд ли Господь услышит например такую молитву, читаемую в ставропольских харизматических группах:
– Наш Бог – это не Бог РПЦ
– Это не их старцы!
– Это наш Бог, модный Бог, крутой Бог!
– Назовите его как хотите!
Помимо абсурдности такого моления, на виду и попытка подчеркнуть свое качественное отличие от «устаревшего» православия.
Второе качественное отличие сравниваемых реабилитационных центров – отношение к людям, уже прошедшим курс реабилитации. Сама идея создания православных реабилитационных центров первоначально предусматривала, что нахождение там будет временным. В большинстве случаев так и бывает: после избавления от недуга ребята возвращаются в большой мир, находят работу, обзаводятся семьями. Но немало и таких, которые вновь возвращаются сюда. Нет, они не сорвались, не подсели вновь «на иглу». Они возвращаются для того, чтобы работать здесь, помогать новым членам общины избавляться от пагубного пристрастия. То есть у людей есть возможность жить в миру, при этом оставаться внутри Церкви. В реабилитационной работе нашего центра создана так называемая «терапевтическая среда». Это означает, что буквально всё – от интерьера и распорядка дня до молитвы – направлено на решение проблем зависимости. По возможности комфортные условия, доброжелательная атмосфера, организованный досуг и получение знаний, занятия спортом и труд, позволяют пациентам не чувствовать себя в «больничных» условиях. Кроме того, мы не стремимся принять человека на реабилитацию любым способом. Нам нужна, прежде всего, добрая воля человека и ведущую роль играет его согласие и стремление получить исцеление, а не положение его родителей и наличие высоких доходов. На этом (начальном) этапе люди, страдающие от последствий наркомании и алкоголизма, приходят в наши информационно-консультативные центры, где в процессе беседы со священниками, референтами-психологами определяются особенности их личности, душевное и духовное состояние, мотивация на лечение, их психосоциальный статус. Сразу же составляется ориентировочная программа лечения, реабилитации, социальной адаптации – то есть полного восстановления человека и его возвращения к нормальной жизни.
Ситуация в сектантско-протестантских центрах совершенно иная. В них даже не предполагается, что, попав однажды, человек уйдет от них. Нет, они будут использовать его по максимуму. И если он не окажется способным стать проповедником и затягивать новых людей в секту из него сделают рабочего. Так часть сектантских центров при помощи дармовой рабочей силы организуют свой бизнес. В Ставрополе это фирмы грузчиков, в Ростове – строительные бригады. То есть налицо ситуация, когда тяжелым физическим трудом, постоянными угрозами в случае ухода, повторения наркотических срывов, человека используют в корыстных целях. Добиться этих целей им помогает подмена одной зависимости на другую, то есть наркозависимых людей после психологической обработки делают зависимыми от тоталитарной организации и ее лидеров.
Для восстановления нормальной работы структур головного мозга, требуется длительное время. Нет в мире средства избавления от наркотиков за 6, 10 часов или за один день, как обещают это центры харизматических групп. Не существует таблетки, которую можно было, однажды приняв, раз и навсегда забыть о химической зависимости. Выздоровление это процесс, требующий времени и усилий. Наши наблюдения показали: наркоман, прошедший реабилитацию и в течение двух лет, придерживавшийся сознательной трезвости и ведущий христианский образ жизни, редко возвращается к наркотикам.
Мы духовно и психологически поддерживаем наших братьев, помогаем им наилучшим образом решать внутренние проблемы, что способствует их последующей адаптации в новом для них мире, этот принцип даёт положительные результаты.
Залог успеха на пути становления человека, от состояния зависимости к нормальному образу жизни напрямую зависит именно от духовной составляющей, которой наполняется человек и эта составляющая, к сожалению, может быть различной – одни воспитывают веру в Бога, другие в себя, третьи в судьбу и тому подобное, но мы веруем во единого Бога Отца Вседержителя. Наш опыт заимствован у самой матери Церкви и основывается на Евангелии, Святоотеческом предании и уставах Русской Православной Церкви. Реабилитационные центры Православного братства созданные по примеру «Домов трезвости» которые еще в конце ХIХ века устраивал святой праведный Иоанн Кронштадтский.
Для того, чтобы изжить из человека ту самую составляющую психической и физической зависимости, необходима не просто ремиссия, пусть даже и длительная, а становление из наркомана в человека верующего, воцерковлённого, православного. Кто-то скажет – это невозможно, а я скажу: с Божьей помощью возможно всё.
16 января 2009 года