Стамбул или константинополь?

Древнейший собор на Земле просто наполнен тайнами и загадками. Святая София или Айя-Софья — православный храм, мечеть, музей, в каждой своей ипостаси сооружение великое, больше, чем просто архитектурный шедевр, оплот веры и благодати на все времена. Чтобы рассмотреть всем экспонаты музея, нужен не один день, но в первую очередь туристы идут к Плачущей колонне, а уже после расходятся по огромному пространству Святой Софии согласно своим интересам.

Необъяснимое явление — одна из колонн храма постоянно выделяет влагу, мрамор плачет вот уже полторы тысячи лет, неизменно считаясь чудом как и у православных, так после и у мусульман. Разве только менялись легенды о причинах. В 11 веке рядом с колонной явился Григорий Чудотворец — после этого камень стал выделять целительные слезы. Когда собор Святой Софии превратился в мечеть Айя-Софья, в медном листе у основания колонны сделали отверстие для пальца, с помощью которого можно загадать желание. Вот уже шестьсот лет огромный купол Святой Софии слушает шепот миллионов, пришедших просит чуда к плачущей колонне.

Найти колонну в огромном храме легко: ее основание покрыто медными листами, потемневшими от времени и влаги. На одном листе подобно Солнцу сияет окружность размером примерно с ладонь или чуть больше. Сколько прикосновений помнит это отверстие — не сосчитать. Еще один ориентир кроме блистающего круга — очередь, в силу плачущей колонны верят абсолютно все, кто хотя бы раз побывал в Стамбуле и посетил Святую Софию.

Ритуал легко запомнить. Вставляете большой палец руки (левой или правой — разницы нет) и не отрывая ладонь от медного листа пытаетесь повернуть ее на 360 градусов, во время манипуляции шепчите желание. Оторвали ладонь от поверхности? Тогда повторяйте снова! Говорят, если палец будет мокрым от слез колонны, то на просящего исполнить желание свалится необыкновенно большая удача.

Не стоит забывать и о целительной силе слез колонны. Еще в 11 веке родился обычай прикасаться требующими лечения частями тела к медной обшивке, или просто двумя ладонями. Если колонна будет плакать во время вашего визита, тогда обязательно прикоснитесь к мокрому мрамору выше медных листов — опять же на удачу.

Больше тысячи лет плачущей колонне доверяют желания все, кто переступает порог Айя-Софьи. И больше тысячи лет радуются мудро загаданному желанию, ведь именно так переводится с греческого имя София.

vladimirdar


Всего 79 фото
Айя-София побудила меня разместить в этом посте все что связано с тайнами и мистикой Софийского собора. Кроме всего прочего никак не избежать того, что величайшая жемчужина христианского мира была под гнетом мусульман около 500 лет. Это не могло не отразиться как на внешнем, внутреннем облике Софийского собора так и появлении османских строений на территории Айя-Софии. Этим материалом я завершаю свой рассказ об Айя-Софии, великолепнейшем и впечатляющем храме, бывшим центром христианского мира почти тысячу лет. Для меня история Софийского собора тем ни менее не закончена. В процессе работы над этими пятью частями возникло множество вопросов, понимание того, что я многого еще не увидел. А казалось бы!?) В общем, история Айя-Софии продолжается, но не только как музея, но и как одного из самых интригующих и мистических мест на земле. Из этого мы и будем исходить. Из этого же и будет складывается содержание этой пятой части моего рассказа об Айя-Софии. Сразу скажу что легенды связанные со строительством и функционированием собора могут показаться невероятными, но на то они и существуют чтобы их рассказывать, удивляться, очаровываться, задавать трепетные вопросы и идти дальше по жизни помня о чудесах, тайнах и говоря себе, что в твоей жизни все точно также — твоя жизнь точно также полна легенд, тайн и загадок. Именно поэтому они так и сильны и поэтому притягивают человеческое воображение.

Главный императорский храм Византийской империи — несомненное чудо строительного искусства и особое звено, от которого в обе стороны по шкале времени уходят ступени средиземноморской цивилизации. В прошлое — к шедеврам римской и эллинской классики. И в будущее — к обоим ветвям искусства Средних веков, христианской и исламской. Святая София оказалась потерянной и для христианского мира, и для истории искусства после падения Константинополя в 1453 году. Султан Мехмед II Фатих был поражен совершенством ее художественного организма и превратил храм в придворную мечеть, так что она почти 500 лет служила главной мечетью Стамбула.
02.

Никогда не устану восхищаться этим уникальнейшим собором, его неповторимым образом. Всем нутром чувствуешь что это не просто храм, а средоточие мощнейшей как говорят энергетики, то есть того, что не выражается человеческими словами, но того что чутко видит чувствует душа. Все это и воплощено в загадки, тайны Айя-Софии, которых просто не могло не быть по определению.
Началось же все с местоположения и строительства императорского собора.
03.

Начнем с того, что Айя-София возведена на месте акрополя античного Византия. Что было еще ранее на этом месте точно неизвестно, но с определенной долей уверенности можно сказать что находилось здесь в архаические языческие времена нечто значительное, исходя хотя бы из того в каком ключевом месте находится Айя-София. А находится она в месте слияния бухты Золотой Рог и пролива Большой Босфор. И место это находилось на древнейшем морским пути из Средиземного моря через Мраморное в Черное — величайшим историческим торговом — из причерноморских земель в этот регион шли суда с зерном и рабами…
04.

Айя-София — вид со стороны Мраморного моря
05.

Айя-София — вид с Галатской башни Галатского холма залива Золотой Рог
06.

Большой Босфор. Залив Золотой Рог справа. Айя-София за кадром — правее.
Об истории Айя-Софии я уже рассказывал. Сосредоточимся теперь на любопытных особенностях строительства Софийского собора. Как мы помним первый храм был построен на месте рыночной площади Августеон в 324-337 гг. У Сократа Схоластика строительство первого храма, называемого Софией, относится к правлению императора Констанция II. С 360 по 380 год Софийский собор находился в руках ариан. Император Феодосий I в 380 году передал собор никонианам и 27 ноября лично ввёл в собор Григория Богослова, вскоре избранного новым константинопольским архиепископом. Собор имел деревянную крышу и форму базилики. Этот храм сгорел во время народного восстания в 404 году. Построенная вновь церковь была уничтожена пожаром уже в 415 года. Император Феодосий II повелел выстроить на этом же месте новую базилику, что и было выполнено в том же году. Эта базилика состояла из пяти нефов и также была покрыта деревянной крышей. 13 января 532 года в результате восстания Ника которое произошло во времена императора Юстиниана (527-565 гг) здание Базилики Феодосия сгорело. Спустя сорок дней после пожара император Юстиниан I повелел на его месте построить новую церковь того же имени, которая должна была стать по его замыслу украшением столицы и служить выражением величия империи.
Для возведения грандиозного храма Юстиниан выкупил у частных владельцев ближайшие участки земли и велел снести находившиеся на них постройки. Для руководства работами Юстиниан пригласил лучших архитекторов того времени: Исидора Милетского и Анфимия Тралльского, которые ранее зарекомендовали себя возведением церкви Святых Сергия и Вакха. Под их руководством трудилось ежедневно по 10 000 рабочих.
07.

На постройку собора был употреблён лучший строительный материал. Мрамор привозили из Проконниса, Нумидии, Кариста и Иераполя. Также в Константинополь по императорскому приказу свозились в больших количествах архитектурные элементы и декоративная облицовка древних языческих античных построек (например, из Рима были доставлены восемь порфировых колонн, взятых из храма Солнца, а из Эфеса восемь колонн из зеленого мрамора). По другой версии, все восемь колонн происходят из храма Аполлона в Баальбеке. Не исключено что здесь есть элементы архитектуры и отделки еще более ранних христианских храмов. Есть даже легенда, что колонны Айя-Софии высекались по повелению царя Соломона из горных пород Эльбруса и других священных гор, а выполняли эту неподъемную работу джинны, феи и великаны. Считается, что для отделки собора использовались 12 сортов мрамора. Черный с белыми жилками – из района Босфора, зелёный — из города Каристос в Греции, цветной из Фригии, порфир из Египта, изумрудно-зелёный из Спарты, жёлтый из Ливии. Для устройства фундамента собора был выкопан котлован глубиной до 70 метров. По легендам он был заполнен заполнен золотом и серебром, чтобы в случае, если храм обрушится, его можно было быстро отстроить заново. Таким образом Айя-София есть средоточие бесчисленных и уже беззвестных для нас шедевров мировой архитектуры и искусства. Не забываем и о нематериальных вещах. Айя-София сконцентрировала в себе необъятную духовную энергию языческих храмов и сооружений древнего мира в виде использованных строительных материалов из этих храмов.
Считается, кстати, что эти императорские врата Айя-Софии сделаны из деревянных конструкций Ноева Ковчега. Справедливости ради стоит отметить что они изготовлены в середине XIX века. Оригинальные же вывезли крестоносцы в начале XIII-го. Входил в эти врата только император. Для сановников и свиты использовались другие двери с обоих сторон от главной.
08.

Именно поэтому когда ты входишь во внутренние пространства Айя-Софии тебя охватывает одновременно с величием и восхищением странное чувство, что ты находишься на перекрестке миров, где эти причудливо смешанные в удивительных сочетаниях разнородные элементы строительных конструкций, их цветовые оттенки, затейливые фризы, мраморные плиты облицовки огромного количества культовых сооружений древности зажигают неповторимый в своем духовном спектре огонь света Софийского собора. Наверное это и есть одна большая тайна, живое чудо и незабываемое впечатление для человека кто впервые попадает сюда. Замечу что разочарованных не бывает. Айя-София по хорошему подавляет любой скептицизм, циничность и искушенные попытки причислить её всего лишь к достопримечательностям Стамбула. Все до одного выходят из Айя-Софии пораженными ее величием и одновременно невольно и навсегда изменившимися.
09.
Это только сейчас я понимаю, что не рассмотрел и десятой части того, чего стоило бы. Но еще не вечер)
Именно из-за сверхъестественной роскоши собора Святой Софии, в народе появились много легенд, в том числе и об участии небесных покровителей в строительстве храма. Юстиниану например приснился сон в котором ангел якобы поведал императору план строительства Айя-Софии. Всего в храме насчитывается 361 дверь. Сто одна из них — большая, покрытая символами. Говорят, что каждый раз, когда их пересчитывают, обнаруживаются новые. По повелению императора, храм и императорский дворец связывала сеть подземных тоннелей. Чтобы они не разрушались, Айя-София покоится на мощных сваях.
10.
К достопримечательностям Святой Софии относится так называемая Колонна Святого Григория — «плачущая колонна», покрытая медью. Существует поверье, что если положить руку с просунутым большим пальцем в отверстие и, ощутив влагу, загадать желание, то оно обязательно сбудется.
В анонимном древнерусском описании Царьграда утверждается даже, что “у левой стороны близ стены в столпе замурован святый Григорий Богослов”. А вот что говорит Антоний Новгородец: “Трутся персьми и плещами около столпа на исцеление болезнем…”.
11.
Известный путешественник Эвлия Челеби писал, что во время превращения Айя-Софии в мечеть в строительный раствор возле этой колонны была добавлена слюна пророка Мухаммеда, земля из Мекки и вода из источника Замзам, после чего столб начал потеть. Согласно другой легенде, в ходе перестройки церкви в мечеть в куполе появился небольшой изгиб. Святой Илья (Хызыр), держась за эту колонну, выровнял дефект, но на столбе осталось отверстие от его пальца и след руки вокруг него.
12.
Есть и другая загадка Собора Святой Софии: в правой его части есть ниша, из стены которой раздается легкий шум. По легенде , когда в Константинополь ворвались турецкие войска, в церкви укрылось 1000 верующих. Когда османы ворвались в храм, то священник продолжал читать молитву. Уже мечи были наготове, чтобы пронзить старика, но внезапно стена ниши раскрылась и спрятала священника. Легенда утверждает, что священник до сих пор там читает молитву, а когда храм Святой Софии вновь станет христианским, то он выйдет из стены и продолжит службу.
Загадкой храма является также «холодное окно», где даже в самый жаркий день веет прохладный ветерок. Вот какой из этого окна открывается вид со второго этажа Айя-Софии на «Голубую мечеть».
13.
На втором этаже Айя-Софии находится гробница известного венецианского дожа Энрико Дандоло, прославившегося тем, что тот возглавлял отряды крестоносцев при штурме Константинополя. В 1204 г. под напором войска энергичного 97-летнего слепого венецианца город был захвачен и разграблен. Пострадала и Святая София – крестоносцы украли и вывезли одну из главных христианских святынь – плащаницу, известную сегодня как Туринская. Энрико Дандоло скончался в Константинополе всего лишь через год. Его похоронили в соборе Святой Софии, но сегодня его гробница пуста.
14.
После завоевания Стамбула в 1453 году султан Мехмед Фатих II приказал выбросить останки легендарного дожа собакам. Любопытно, что именно его гробница интересовала Роберта Лэнгдона из романа Дэна Брауна «Инферно».
В соборе можно найти рунические надписи на парапетах, высеченные, очевидно, викингами, состоявшими на в гвардии у византийского императора. Первая из рунических надписей была открыта в 1964 году, затем были найден ещё ряд надписей. Предполагается возможность существования и других рунических надписей, но специальные изыскания подобного рода в соборе не проводились. К сожалению и у меня не было времени их разыскать и сфотографировать. Уж в следующий раз)
Подземные пространства Айя-Софии
Интригуют сведения о наличии этих подземных лабиринтов. Айя-София не могла не иметь такого рода загадочных и будоражащих человеческое сознание сооружений. Из разрозненных источников известно, что под Айя-Софией расположены древние цистерны для сбора воды, многочисленные тоннели для ее подачи и передвижений важных государственных личностей. Испанский посол Гонсалес де Клавихо, посетивший Константинополь в 1403 году сообщает: «В церкви Святой Софии под землей находилась очень большая цистерна, и была она так велика, что говорили, будто в ней могли уместиться десять кораблей. Обо всех этих и многих других сооружениях этой церкви невозможно ни рассказать, ни написать вкратце». Еще два европейских путешественника уже в османское время спускались в резервуары под Святой Софией: англичанин Джон Ковель в 1676 году видел там высокое сводчатое помещение, в котором вода стояла на 17 футов (около 5 метров), а голландец Корнелиус де Брюин в 1698 году писал о десяти резервуарах, своды которых держались на сорока колоннах.
15.
В 1945 году американские историки архитектуры Уильям Эмерсон и Роберт Ван Найс попытались пробраться в подземелья Айя-Софии. Тогда было решено выкачать оттуда воду, но, несмотря на все усилия, ее уровень не понижался. В конце концов у помпы перегорел двигатель, и ученым пришлось отказаться от своей затеи. Лезть под воду тогда никто не решился.
Турецкий кинодокументалист Гёксель Гюленсой и его команда исследовали историю и легенды, скрытые под Айя-Софией. Результаты исследований группы были сфотографированы и выставлены в кафе «Пепо» в районе Бейоглу. Над своим проектом Гёксель Гюленсой работал около 15 лет. Исследователи обнаружили туннели, которые выходили из-под Айя-Софии на поверхность. Команда Гюленсоя провели погружения в три этапа: в 1988, 2009 и 2013 годах. Некоторые из подземных легенд подтвердились, а некоторые оказались неправдой. «Мы нашли катакомбы и подземные склепы. Катакомбы представляли собой помещения для захоронений, в которых тела располагались на полках. Подземные склепы — это помещения для захоронений, скрытые под землей. Разница между этими захоронениями состоит в том, что в катакомбах тела располагаются в специальных нишах. До того как мы спустились под Айя-Софию, легендой оставался даже вопрос о том, похоронен ли кто-то под землей. Мы были первыми, кто сделал снимки подземных захоронений.
16.
Также одна из легенд утверждала о существовании подземного склепа. Кто-то говорил, что никаких его чертежей нет. Кто-то говорил, что такой склеп существует. Были известны подобные легенды. Мы решили проверить на достоверность легенды, скрытые под Айя-Софией. В процессе исследования возникли и новые вопросы. Потому что всегда, когда ведется исследование, возникают новые вопросы», — отметил руководитель группы исследователей Гюленсой. Был исследован колодец около главного входа. Резервуар, как оказалось, имел 12 метров в глубину. На полу водолазы увидели два толстых куска дерева, напоминавших черенок от лопаты и ведро, которые рассыпались от первого прикосновения.
17.
Затем они спустились в другой колодец, ближе к центру здания. На дне колодца были обнаружены осколки гигантского светильника.
18.
Публикация «Вокруг Света».
На всех посетителей храм Божественной Премудрости производил особое впечатление своей освещенностью. По словам Стефана Новгородца, «кадил множество неисчетно в Святой Софии». Робер де Клари, один из крестоносцев, захвативших город в 1204 году, насчитал в храме 100 светильников. Но ни одного старого экземпляра до нынешнего момента пока не находили. Кроме того, водолазы нашли кусочки витражного стекла семи разных цветов. Наконец, в стенах водолазы увидели две плотно замкнутые двери, но не пытались их открыть. Им было разрешено находиться под водой не более 50 минут. Нельзя исключить, что за дверями и скрываются те огромные цистерны, о которых рассказывают путешественники. Во всяком случае, сканирование храма показало наличие под ним обширного пустого пространства.
19.
Наконец, последний спуск был осуществлен в сухой каменный коридор высотой 70 сантиметров, который начинался под нартексом Святой Софии и вел в двух противоположных направлениях: один на юго-запад, в сторону Ипподрома, второй на северо-восток, в направлении нынешнего дворца Топкапы. Первый через 50 метров разветвлялся надвое, но вскоре упирался в тупик. Видимо, он был сооружен не для существующего храма, а для его предшественника, сгоревшего в январе 532 года. Другой коридор также раздваивался. Один его рукав, постепенно сужаясь, выводил во двор Топкапы, а второй вел в две обширные камеры площадью 5 м2 с двухметровыми потолками. В каждой из них были обнаружены человеческие кости. Не было обнаружено и тайных ходов, якобы связывавших храм с далеким дворцом Текфур Сарай или даже Принцевыми островами.
20.
Еще одной примечательной достопримечательностью является кот Гли. Это хранитель и хозяин Айя-Софии и самый известный в Стамбуле кот. Он попадается чаще всего именно сидящим или гуляющим почему-то у Императорского места (Центра земли).
21.
Гли знаменитость, его гладил Обама)
22.
Кот очень необычный, ведет себя действительно как хозяин Айя-Софии. Может это дух Юстиниана воплотился в нем. Уж очень Гли любит Императорское место.
23.
Это то самое «Императорское место» облюбованное Гли. Однако по правде говоря императоры здесь никогда не короновались потому как изготовлен этот Омфал не ранее XIV века. Кстати и совсем не ясно где все же стоял императорский трон. Существует мнение, что трон стоял в юго-восточной экседре, справа, у самой стены.
24.
Маленькие и большие кружки, роящиеся по периметру центрального круга, образуют загадочный, несимметричный рисунок, причем для пущей головоломки цвета некоторых кругов совпадают. Считали, будто это астрологическое пророчество или зашифрованное гностическими символами словосочетание “Христос София”, однако все эти объяснения были впоследствии опровергнуты. И эта загадка до сих пор не разгадана…
Вот с этой мраморной колонной, что находится справа на фото ниже связана удивительная история начала строительства и падения Византии.

Юго-восточный столб галереи — это то место, в котором обитал ангел, стороживший Святую Софию. В Константинополе была популярна легенда о том, как во время строительства Святой Софии рабочие однажды пошли обедать, оставив на стройплощадке одного лишь мальчика. Ему-то и явился “светозарный муж”, показавшийся вначале одним из дворцовых евнухов. Он спросил, в чем причина перерыва, а затем велел мальчику идти к рабочим и побудить их работать безустанно. Тот возразил, что его поставили охранять инвентарь и отлучиться он не может, — но пришелец заверил, что сам посторожит, пока мальчик не вернется. Когда тот явился с этим известием к обедавшим строителям, среди них находился и Юстиниан. Тот быстро пересчитав своих евнухов (именно им в Византии чаще всего уподобляли ангелов) и убедившись, что все на месте, император сообразил, что речь идет о неземном существе. Он тотчас отправил мальчика в Рим, причем навсегда — с тем, чтобы ангел вечно охранял новую церковь.
25.
Все константинопольцы и “гости столицы” точно знали, где именно затаился ангел, тем более что Сказание о Софии не оставляет на этот счет ни малейшей неясности: “С правой стороны столба, от которого арка поднимается к куполу”. Увы, по свидетельству Нестора-Искандера, христианина, служившего в османском войске, вечером, накануне решающего штурма Константинополя турками, ангел «снялся» со своей 800-летней вахты и в виде огненного столба ушел в небо: “Пламеню огненну велию изшедшу, окружившу всю шею церковную, и собрався пламень в едино, и бысть яко свет неизреченный, и абие взятся на небо. Онем же зря-щим начеша плакати горько. Свету же оному достигшу до небес, отверзошася двери небесные, и приявше свет паки затворишась. На утрие патриарх поиде к цесарю и рече: ангел Божий, его же укрепи Бог при Устиниане цесаре, на со-хранение святыя церкви, в сию бо ночь отидоше на небо, и се знаменует, яко хочет Бог предати град наш врагом нашим”.
Османский период
После обращения собора Святой Софии в мечеть начались постепенные перестройки здания.
26.
Кстати, совершенным чудом в камне можно вполне считать купол Айя-Софии. Для VI века н.э. купол собора был уникальной, сложнейшей строительной задачей. Купол покоился на почти пятиметровой толщины стенах и составлял с ними единую конструкцию. Купол Айя-Софии доминирует над центральным пространством, как бы объединяя и возглавляя его. Ранее в центре купола находился лик Христа, а сейчас причудливая вязь цитат из корана.
27.
Теперь рассмотрим что за строения османского периода, что мы видим вокруг Айя-Софии.
28.
Справа на фото выше — гробница Султана Мурада III.
Она же на фото ниже.
29.
На втором плане гробница султана Селима II, справа — гробница султана Мехмеда III. Доступа к гробницам кстати нет.
30.
31.
32.
Слева от гробницы Султана Мурада III — Muvakkithane (Дом с Часами).
33.
Вот он — слева на фото ниже. Сейчас мы во дворе Айя-Софии на выходе из музея.
34.
35.
Справа от выхода из музея Айя-София — Начальная школа.
36.
37.
Правее от нее — Фонтан для омовений.
38.
39.
Остатки патриаршего дворца. Справа — южный выход (вход) из Айя-Софии.
40.
41.
42.
43.
Место для омовений
44.
Здесь в скверике находятся солнечные часы османских времен довольно любопытной конструкции .
45.
46.
Гробница Мустафы I
47.
Слева — Гробница Мустафы I
48.
Капители колонн османского периода.
49.
Гробницы Принцев (левее) и султана Мурада III
50.
Сейчас мы вышли на Площадь Султан ахмед и обходим Айя-Софию к северо-востоку — в сторону Топкапы.
51.
52.
53.
54.
Минареты Айя-Софии были возведены в разное время.
55.
56.
Визуально «под минаретом» и справа «от красного корпуса» — подпорные сооружения Айя-Софии османского периода.
57.
Гробница султана Мехмеда III
58.
Первый кирпичный юго-западный минарет построен при султане Фатихе Мехмеде…
59.
60.
61.
…северо-восточный минарет в правление Баязида II.
62.
63.
64.
65.
Мы сейчас с восточной стороны Айя-София.
66.
67.
68.
69.
70.
71.
72.
73.
74.
Ворота имарета (убежища для мусульманских странников) у стен Топкапы. Сейчас здесь салон ковров.
75.
Два минарета в западной части построил архитектор Синан при султанах Селиме II и Мураде III.
76.
77.
78.
79.
Ну, вот, пока это все истории. Но возможно мы услышим другие и не менее интересные.

История, скрытая под Айя-Софией, становится достоянием общественности. МК-Турция. 09 марта 2013.
Лабиринты Премудрости. Вокруг Света. Сергей Иванов. 01 августа 2010 года.
Сергей Иванов. В поисках Константинополя. Путеводитель. Вокруг Света.

LiveInternetLiveInternet

Последние события, когда Турция сбила наш СУ-24,заставили многих снова вспомнить о пророчествах, древних и современных, говорящих о том, что Стамбул снова станет Константинополем, и над Святой Софией воссияет крест.

Но кто это – София, Премудрость Божия? Почему главный храм Константинополя был посвящен именно Ей? Почему официально первые христианские храмы на Руси, то есть построенные в 11 веке в Новгороде, Киеве, Полоцке, были посвящены именно Софии?

«Тайна есть Премудрость Божья, и потому, что хотя и проповедуется везде, но не постигается не имеющими здравого ума, и не открывается только с помощью мудрости, но лишь Духом Святым, насколько мы можем вместить», – Иоанн Златоуст.

Не имеющими здравого ума премудрое не постигается, – говорит Златоуст. Что сие есть такое – здравый ум? На этот вопрос современники наши не затруднятся ответить, подразумевая в большинстве своем под здравомыслием обыкновенный прагматизм. Но вряд ли его имел в виду богослов, живший в 4 веке по Рождестве Христовом. (Да и к здравию все же прагматизм отношения не имеет).

Здравый ум – как понимали его богословы первых веков – это ум цельный, не разъятый, преодолевший мировую иллюзию двойственности. Вот он-то и становится причастным цельного же Богомировоззрения. Тому же учит и древняя книга новгородских волхвов – Велесова: «Всё сотворенное не может войти в расторгнутый ум!» (Прославление Великого Триглава, дощечка 11а).

Расторгнутый ум разделяет по невежеству своему Единое на множество бессвязных осколков. А потому и сам делается разъятым, не способным вместить целое. Обладатель такого ума верит, например, в существование отдельных частных случаев, самих по себе действующих сил природы и, в конце концов, многих отдельных богов… На Руси никогда не было язычества, но был всегда и есть ведизм! В этом заслуга исконной Традиции нашей, берущей начало свое от Гипербореи – легендарного Полярного царства. Северная премудрость учит: боги не есть нечто само по себе, отдельно и вне Бога существующее – это Сам Бог в Его обращении к твари. Русь православная (Правь славили) ведала сие испокон времен. Дощечка 11б Велесовой книги говорит о «Вседержителе» – Великом Триглаве, Боге – и сразу же вослед о «триглавах всеобщих», то есть о прибогах. Так именно и называли творящие энергии на Руси – прибоги, дабы ни у кого не было соблазна помыслить их какими-то отдельными.

Но ежели появятся среди нас «…заблуждающиеся, которые станут пересчитывать богов, тем разделяя Сваргу. Они будут отвергнуты Родом как безбожники. Разве Вышень, Сварог и иные – суть множество? Ведь Бог – и един, и множествен. И пусть никто не разделяет того множества, и не говорит, что мы имеем многих богов», – Велесова Книга, дощечка 30 .

***

Одно из самых известных мест в Библии, повествующих о Премудрости (Притчи 8:22-31): «Господь имел меня началом пути Своего, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны, когда еще не было источников, обильных водою. Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов, когда еще Он не сотворил ни земли, ни полей, ни начальных пылинок вселенной. Когда Он уготовлял небеса, я была там. Когда Он проводил круговую черту по лицу бездны, когда утверждал вверху облака, когда укреплял источники бездны, когда давал морю устав, чтобы воды не переступали пределов его, когда полагал основания земли: тогда я была при Нем художницею, и была радостью каждый день, веселясь пред лицем Его во все время, веселясь на земном кругу Его, и радость моя была с сынами человеческими».

О чем здесь идет речь, как не о самом Начале творения?

Все Творение – видимый мир и невидимый – разворачивается из Изначальной Точки. Слово Божие сотворяет миры. “Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть”. (От Иоанна,1:3).

София Премудрость Божья – это божественная энергия, исходящая от непостижимой природы Трехипостасного Бога. Свет истинный, который просвещает всякого человека, приходящего в мир (От Иоанна, 1: 9-10). Премудростью Бог творит всё.

Мысль о воплощении Сына Божия неотделима от мысли о Богоматери, которую величают Домом Божественной Премудрости, истинным Храмом Живого Бога на земле.

На новгородской иконе “София Премудрость Божья” (Огнезрачная) центральная фигура Софии с огненным ликом и крыльями, в красно-золотых царских одеждах и короне, со скипетром и свитком в руках, сидящая на престоле, является олицетворением одновременно и Божественной творческой силы, и чистого Божественного Девства, осеняемого Святым Духом.

О.Сергий Булгаков в “Свете Невечернем” пишет о Софии как о грани, “которая находится между Богом и миром, Творцом и тварью, сама не есть ни то, ни другое, а нечто совершенно особое, одновременно соединяющее и разъединяющее то и другое”.

Ангелоподобный образ Софии осеняем свыше Иисусом Христом. Одно из самых известных величальных имен Сына Божия – Солнце Истины. В сознании первых христиан образ ипостасной Премудрости – Иисуса Христа никогда не отделялся от Его созданий, зримых свидетельств Его благого действия, и от представлений о многоразличных и неизъяснимых человеческим умом проявлениях Божественного промысла в мире – «путях Господних».

Павел Флоренский пишет о Софии в книге “Столп и утверждение истины”: «София есть Великий Корень целокупной твари (все-целостная тварь, а не просто вся), которым тварь уходит во внутри-Троичную жизнь и через который она получает себе Жизнь Вечную от Единого источника Жизни; София есть первозданное естество твари, творческая Любовь Божия, “которая излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам” (Рим.5:5), поэтому-то истинным Я обоженного, “сердцем” его является именно Любовь Божия, подобно, как и сущность Божества – внутри-Троичная Любовь».

И далее там же: «В отношении к твари София есть Ангел-хранитель твари, Идеальная личность мира. Образующий разум в отношении к твари, она – образуемое содержание Бога-Разума, “психическое содержание” Его, вечно творимое Отцом через Сына и завершаемое в Духе Святом: Бог мыслит вещами.

Поэтому, существовать – это и быть мыслимым, быть памятуемым, или, наконец, быть познаваемым Богом. Кого “знает” Бог, те обладают реальностью, кого же Он “не знает”, те и не существуют в духовном мире, в мире истинной реальности, и бытие их – призрачное.(…)

Но вернемся к вопросу о Софии.

Вечная Невеста Слова Божьего, вне Его и независимо от Него, она не имеет бытия и рассыпается в дробность идей о твари; в Нем же – получает творческую силу. Единая в Боге, она множественна в твари и тут воспринимается в своих конкретных проявлениях как идеальная личность человека, как Ангел-хранитель его, т.е. как проблеск вечного достоинства личности и как образ Божий в человеке».

Единая в Боге, Премудрость множественна в твари…

Велесова книга древлего православия говорит о Вселенской Матери – Всематери. И называет ее имя: Матерь Сва. Древнерусское слово СВА и означает ВСЯ (всея, все-). Аллегорически Всемать изображалась Птицей Сва с огненным оперением – жар-птицей: «Вот прилетела к нам Птица Сва, и села на древо, и стала петь, и всякое перо Ее – иное, и сияет цветами разными. И стало в ночи как днём». Дощечка 7Е (16) описывает Её ещё более подробно:

И вот Матерь Сва бьет крылами по бокам своим с двух сторон, Как в огне, вся сияя светом. И всякое перо Её иное – красное, синее, голубое, желтое, и серебряное, и золотое, и белое. И вся же сияет, как Солнце. И по кругу идет посолонь. И Она сияет семью цветами , как завещано о богах святых наших…

Так представляли себе наши далекие прапредки путь премудрости, ведущий от яви к Прави. До Никонианской реформы 17-го века почти все русичи были посвящены в первую ступень северного ведизма – Учение о перерождений Двенадцати богов. Где сказано, что каждый бог перерождался в следующего, аки цвета радуги, образуя единый свет истины. Да такой сильный, что ночью становилось аки днем.

Практически то же самое говорит и Дмитрий Сергеевич Мережковский в начале века двадцатого: «Русские боги – крещеные. Переливаются друг во друга, как радуга, а Солнце за ней – одно. Все они не только крещеные, но и крестители. Каждый говорит: идет за мной Тот, кому я не достоин развязать ремень обуви Его»! («Атлантида – Европа», Белград, – 1930).

Цельное знание способно навести фокус на непостижимую тайну тайн – Откровение пресвятой Троицы. (Великий Триглав – так испокон называл Всевышнего русский ведизм). Человек получает личный опыт Богообщения. Тот же, кому открылось непосредственное чувствование Триединого, становится совершенно свободен. Самое слово наше СВОБОДА записывается тремя рунами, и они могут быть прочитаны как: мудрость (сва), которую Бог дал.

Вспомним слова Спасителя: и познаете истину, и истина сделает вас свободными! (от Иоанна 8; 32)

  • Премудрость созидает ум человеков
  • Премудрость сотворяет миры
  • Премудрости открыто грядущее

Из дневников о.Сергия Булгакова:

22.12.1922. На рейде в Ковани.

“Вот уже мы достигли таинственных вод Босфора… Напор дум волновал мою душу, и глаз радовали эти дивные берега. Здесь ключ европейской и мировой истории, здесь Иустиниан, здесь Константин Великий, здесь Иоанн Златоуст, Фотий, Византия и ее падение, здесь узел политических судеб мира, и доныне не распутанный, а еще сильнее затянутый.”

«Вчера я имел счастье посетить Святую Софию.(…) Это, действительно, София, актуальное единство мира в Логосе, связь всего со всем, мир божественных идей(…) Это не небо и не земля, свет небесный над землею, –это не Бог и не человек, но сама Божественность, Божественный покров над миром. Св.София есть последнее и молчаливое откровение греческого гения о св. Софии, жест векам, которого уже не смогли и до конца не умели осознать и выразить богословски чахнущие византийцы, и, однако, она жила как высшее откровение в душах их, зарожденная в эллинстве и явившая себя в христианстве.(…) И здесь с новой силой, и убедительностью, самоочевидностью постигаешь неведомый ему самому смысл слов св. Иустина философа о том, что Сократ и Платон были христиане до Христа и Платон есть пророк Божий о Софии в язычестве.(…)

У старообрядцев есть мудрое, как вижу теперь, поверье, что София будет восстановлена в конце мира.(…) Это значит, что София осуществится, станет возможной лишь в полноте христианства, в конце истории, когда явлен будет и самый зрелый и последний плод, когда явится Белый Царь, и ему (…) откроет свои врата Царьград, и он воздвигнет Святую Софию.(…)

История внутренне не окончена, она на полном ходу, и прочь туман и испуг, навеянный тяжелым часом истории, внемлите гласу Святой Софии, ее пророчеству, она не в прошлом, но в будущем, она зов векам и пророчество, история окончится внутренне в Царьграде.(…) История внутренне не закончилась, пока нет в мире христианской Святой Софии, пока она не стала хотя на мгновенье победным фактом истории, вот что говорила мне Святая София».

Это о.Сергий Булгаков написал в 1923 году. Поразительные слова! Как они перекликаются с нынешними размышлениями о происходящих в мире событиях! Интернет заполнили статьи о возвращении Константинополя. Но мне кажется, прежде должно возвратиться изначальное Ведение – полнота христианства, о которой пишет Булгаков. И эта полнота вмещает в себя и ведение о Платоне и Сократе, как о христианах до Христа, и о Софии, Премудрости Божьей, как о Начале Творения…

Одно из последних предсказаний о святой Софии появилось 26 ноября. «Явление старца Паисия Святогорца было в 20-х числах ноября. Пришел он к старцу на Кипре, сказал записать письмо и сказал, что будет тут, на земле:

«Подходит буря к вам, исповедайтесь, держите крест в руках и с молитвой на устах будьте.(…) Соберитесь – идет гроза. Слово Божье везде провозгласится, как после грозы появляется солнце из туч. Это будет Свет Господень, лучезарный и яркий – “этим победишь” напишется на небе. После грозы, страшной грозы, засверкает солнце, из маленького отечества засверкает снова факел. Бескрайний этот свет зажжет миллионы сердец, сердец новых апостолов, в чистых душах. И станут они глазами Самого Господа, Словом Его и Гласом Его.(…) Святая София готовится, Ангелы Ее поливают миро, Херувимы и Серафимы устилают ее лавровым листом…»

Согласно преданию, Константинопольский храм был построен по божественному наитию! Сама София являлась строителям в облике Огнезрачного Ангела, указывая его размеры и пропорции. Она же повелела назвать собор Софийским. Дощечка 17 Велесовой книги содержит очень примечательные строки, перекликающиеся с пророческими словами о Белом Царе: «Молния сойдет к нам и поведет нас. И сколько есть песка на земле, столько же есть воинов небесных. Их помощь снизойдет ратью от облаков на землю. Идет наш Даждьбог во главе их. И разве не победил Он уже однажды? И потому не может никак случиться, чтобы не победили мы». Подробнее в статье Дмитрия Логинова «Велесова книга изобилует пророчествами» Написано Алена Селиванова в 18 Январь 2016. Добавлено в вехи духовной истории

Крест Святой Софии

Из-за моря его видно плохо. Но стоит подойти к Великой Церкви поближе, как сразу становится понятно, что крест никогда ее не покидал. Он всюду – на колоннах, стенах, оконницах, под штукатуркой сводов. С наиболее видных мест турки его, конечно, убрали, но не особо при этом усердствуя. Часто удаляли только одну перекладину. Стоя перед зеленой дверью с прикрепленным «копьем» или немного раздвоенной на концах «костью» понимаешь, что здесь был крест. Вот и следы гвоздей, и даже тень на древней бронзе…
Да, долгий век у ромейской работы! Однако не только в ней дело. Не отнимут у дерева годовых колец, и София не будет стоять без креста. Он вписан в огромные нефы, и даже угадывается в рисунке мрамора. А там, где был закрашен, постепенно проявляется. Видно, подошел срок.
Еще на пороге 20 века будущий священномученик Андроник (Никольский) застал в Софии запустение и рваные ковры на полу. «И теперешние турки как будто сознают свое временное обладание Софией. Они нисколько не заботятся о ее чистоте, как о месте, которое все-таки от них отойдет скоро-ли, долго-ли…» — Да, многие тогда думали так, но не сбылось. А все же изменилось немало.
Молитв здесь сейчас не услышишь, зато довольно шумно. Сотни посетителей бродят в гулком пространстве, очерченном смелыми дугами арок, куполов и сфер. Беспрерывно щелкают фотокамеры, сверкают блицы. Люди трудятся здесь каждый день в понятном стремлении унести что-то на память о необыкновенном зрелище, но ни глаз, ни пленка не способны передать почти ничего. Все пропорции мнутся, ломаются, путаются. Этот храм невозможно ни к чему прикрепить, его можно только вспомнить. Закроешь глаза, и вот он, перед тобой. Наверное, никакое другое здание не вынесло бы такого количества отпечатков. Просто выцвело бы и превратилось в собственную блеклую тень. Но здесь другие силы, другие притяжения. Здесь, скорее, человек может показаться бессильной тенью, сквозь которую видны каменные плиты. И Архангел, конечно, никогда не отлучится отсюда – ведь мальчик-сторож, которого он подменяет уже полторы тысячи лет, на свой пост никогда не вернется.
Хотя в апсиде стоит михраб, а с хоров свешиваются коранические медальоны, храм кажется почти нетронутым. На мраморных перилах видны автографы турецких подростков, корявые русские юсы, и даже руны, которые, может быть, выцарапывал острым кинжалом скучавший на полиелее варяжский стражник… Человеку из морозной страны с ее деревянной долговечностью только и остается, что охать да удивляться нестареющей балюстраде. А уж остатки мраморного портала «времен второго храма» (5 век) на дворе кажутся просто насмешкой над неумолимостью времени.
И все же многого не хватает. Очень хочется увидеть, какой свет в Софии на восходе, когда солнце загорается в розовой дымке над азиатскими холмами и, врываясь внутрь рядами окон, растекается по прожилкам древнего мрамора. Или как мерцают тысячи огней на всенощном бдении, оживляя огромный, висящий над Городом, фонарь. Как бежит тьма из каждого закоулка… Увы, ничего из этого увидеть не дано. Зато каждый вечер уходящее светило на минуту делает эти стены ярко-розовыми — именно такими, как хотели сделать турецкие маляры. Потом краски темнеют, и минареты по углам загораются массивными шандалами над засыпающей каменной скинией.
Впрочем, похоже, в неурочное время Софию видят не только флегматичные стражи. Храм населен. Источен за тысячелетия неведомыми ходами, в которых, как жучки, обитают (вероятно) бродяги. Я обнаружил одно такое место, и впервые в жизни этим людям позавидовал.
В Софии вообще много таинственного и малозаметного. Хочется приглядываться, ощупывать и рассматривать каждый кусочек древних стен – так всегда можно найти что-то новое. Таинственный рисунок. Портрет в трех царапинах. Монограмму каменотеса. Античные колонны со вставленными крестиками затерты до матового блеска. Они, кажется, сделаны из застывшей пены зеленого прибоя, пластинок обсидиана и угольков священного костра.
Здесь понимаешь, что богослужению можно внимать ночи напролет, не уставая, и не думая о летнем зное или промозглой сырости. Хотя особых удобств для молящихся, конечно, нет. Весной в храме надолго задерживается зимний холод, осенью стены пышут накопленным жаром. Только в свете не может здесь быть недостатка – он везде. Он проникает сквозь стены, льется из купола, бьет даже в двери. И каждый шаг солнца на небосводе меняет картину, двигая блики и полутона по резным капителям и разноцветному мрамору панелей. Здесь нет «таинственного сумрака» и огоньков, выхватывающих строгие черты древних ликов. Все и везде свет – он и есть, наверное, главная икона, образ Света нетварного.
Огромные арки, поддерживающие купол, кажутся завесами, поднятыми со всех сторон света. Но ими открывается новая реальность — золото, голубизна и фигуры святых в неглубоких нишах.
Храм настолько огромен, что, конечно, древние не могли решиться поместить здесь соразмерные священные изображения. Правда, о мозаиках Софии известно недостаточно, и многие из них, возможно, до сих пор скрыты под штукатуркой. Но все же невозможно представить здесь гигантских фигур или образов. Те же, что можно наблюдать, не особо бросаются в глаза и не организуют интерьер, а лишь дополняют его. Пространство свободно от смысловых центров, но при этом наполнено присутствием Божиим. Просто слышна отовсюду хвала Имени Господню, которой ничто не помеха.
Наверное легенда о священнике, скрывшемся в стене, не окончив божественной службы, родилась именно от этого ощущения таинственного и непрекращающегося действа. Однако — скрылся он или нет — храм живет. Конечно хотелось бы, чтобы литургия в нем опять совершалась открыто, чтобы разноязыкие туристы не вели себя столь бесцеремонно, но… От любопытных-то не избавлены ни мечети, ни храмы. А в случае Великих Перемен, кроме всего прочего, на добычу слетелись бы самые одиозные представители современного религиозного истеблишмента, которые вряд ли смотрелись в древнем интерьере более органично, чем большеглазые арабы в белых балахонах.
В 20-м веке не раз казалось, что христиане вот-вот вернутся в Софию. Но Господь судил иначе, и к этому нужно отнестись серьезно. Юстиниановское творение стало вершиной церковного искусства – уже недостижимой. Может быть, оно сохраняется в нынешнем виде именно для того, чтобы сюда шли за опытом, совершенно не зависящим ни от политики, ни даже, как ни странно, от того, есть ли на куполе крест. Ведь крест означает слово Боге, которое в Софии звучит, и никогда не умолкало. Но чтобы это осмыслить, нужно перестать воевать за «возвращение» этого храма. По этой дорожке чем быстрее бежишь, тем дальше от цели, и загадка Ахилла и черепахи вновь становится актуальной. А страдают в итоге люди — и сама София, конечно. Она вечно в лесах, в облупившейся краске, с заброшенными раскопками на дворе… Но силой здесь ничего не изменить, нет. Здесь, как встарь, зависимости иррациональны.
…Только агнца убоится – волк,
Только ангелу сдается крепость.
Торжество – в подвалах и в вертепах!..
Так что стоит просто воткнуть в землю старый меч и посмотреть, прищурившись, через его рукоять на купол Великой Церкви.

Айя-София. Часть 1 (83 фотографии)

Всего 83 фото
Собор Айя-София находится в Стамбуле – бывшем Константинополе — столице Римской империи (330-395 гг), Византийской, или Восточно-Римской империи (395-1204 гг и 1261-1453), Латинской империи (1204-1261 гг) и Османской империи (1453-1922 гг). Это одно из тех мест мировых культуры и религий которое обязательное следует посетить человеку кто ищет в мире красоту не только человеческую, мирскую но и божественную. Я поехал в Стамбул большей частью как раз из страстного желания увидеть это великолепное творение византийской архитектуры VI века. Айя-София всегда привлекала мое внимание и рассматривая фото других людей этого собора мое сердце всегда непроизвольно замирало и я в который раз понимал, что обязательно должен ее увидеть своими глазами. Такая возможность недавно появилась, когда мои друзья пригласили присоединиться к ним в поездке в Стамбул, что как раз и была посвящена изначально не праздному отдыху, а именно постижению исторического и культурного наследия византийской и мировой культуры.
Айя-София поразила воображение, захватила его, вошла в мою жизнь как ярчайший пример духовной красоты, мощи, силы и славы что только возможно воплотить в камне. Айя-София побуждала внимать ей, слушать ее, впитывать в ее образе музыку небесных сфер, видеть ее каждый день и в который раз лицезреть этот неповторимый светлый возвышенный образ. Айя-София изменила мой мир. Это тот самый редкий случай, когда архитектура сооружения не просто говорит с тобой, но и звучит в тебе как торжествующий гимн жизни, святости, света, строгого, но душевного тепла и безусловной любви.
Я посетил множество интересных достопримечательностей современного Стамбула, но Айя-София неуклонно побуждала рассказать именно о ней в первую очередь. Редкие ощущение воодушевления переполняют когда приступаешь к своему повествованию после обработки множества фото Айя-Софии и прикосновения к ее неповторимому торжественному образу. Обработка фото не только всколыхнула недавние удивительные чувства слияния с образом Айя-Софии воочию, но и инициировала желание показать моему читателю как можно больше того, что я увидел и принял в себе. Как следствие рассказ об Айя-Софии будет состоять из нескольких частей. В частности, впечатления о внутренних пространствах этого удивительного сооружения будут выражены во втором посте, в первых же двух мы попробуем охватить визуальный образ этого величественного Собора Святой Софии — я сделаю безнадежную попытку передать в этих фото все мои смятенные впечатления и чувства, что живут, бушуют в душе и рвутся в Мир)
На месте собора Айя-София в Стамбуле ранее находилось несколько культовых сооружений. Вначале там была Мегале Экклесиа («большая церковь»), а собор Святой Софии (Святой Мудрости) появился лишь в VI веке.
02.
Первый храм был построен на месте рыночной площади Августеон в 324-337 гг. У Сократа Схоластика строительство первого храма, называемого Софией, относится к правлению императора Констанция II.
03.
Констанций II
По мнению Н.П. Кондакова, Констанций лишь расширил постройку Константина. Сократ Схоластик также сообщает точную дату освящения храма: «по возведении Евдоксия на епископский престол столицы, освящена была великая церковь, известная под именем Софии, что случилось в десятое консульство Констанция и третье кесаря Юлиана, в пятнадцатый день месяца февраля». С 360 по 380 год Софийский собор находился в руках ариан. Император Феодосий I в 380 году передал собор никенианам и 27 ноября лично ввёл в собор Григория Богослова, вскоре избранного новым константинопольским архиепископом.
04.
Феодосий I Великий
Собор имел деревянную крышу и форму базилики. Этот храм сгорел во время народного восстания в 404 году. Построенная вновь церковь была уничтожена пожаром уже в 415 года.
Базилика Феодосия
Император Феодосий II повелел выстроить на этом же месте новую базилику, что и было выполнено в том же году. Эта базилика состояла из пяти нефов и также была покрыта деревянной крышей. 13 января 532 года в результате восстания Ника которое произошло во времена императора Юстиниана (527-565 гг) здание Базилики Феодосия сгорело.
«Люди были недовольны высокими налогами, введенными Юстинианом, и хотели сбросить его с престола», — говорит историк Лондонского университета Кэролайн Гудсон (Caroline Goodson) в документальном фильме на канале National Geographic.05.
Базилика Феодосия
Руины Базилики Феодосия были обнаружены лишь в 1936 году во время раскопок на территории собора Айя-София.
06.
07.
08.
Константиновский и Феодосиевский храмы были большими пятинефными базиликами. Скудное представление о них дают только археологические находки, которые позволяют судить только об их внушительных размерах и богатом мраморном убранстве. Также, основываясь на её древних описаниях, делают вывод, что над боковыми нефами располагались двухъярусные галереи, подобные построенной одновременно с ней базилики Святой Ирины.
Базилика Юстиниана (Айя-София)
Спустя сорок дней после пожара император Юстиниан I повелел на его месте построить новую церковь того же имени, которая должна была стать по его замыслу украшением столицы и служить выражением величия империи.
09.
Юстиниан I. Мозаика церкви Сан-Витале в Равенне.
Для возведения грандиозного храма Юстиниан выкупил у частных владельцев ближайшие участки земли и велел снести находившиеся на них постройки. Для руководства работами Юстиниан пригласил лучших архитекторов того времени: Исидора Милетского и Анфимия Тралльского, которые ранее зарекомендовали себя возведением церкви Святых Сергия и Вакха. Под их руководством трудилось ежедневно по 10 000 рабочих.10.
На постройку собора был употреблён лучший строительный материал. Мрамор привозили из Проконниса, Нумидии, Кариста и Иераполя. Также в Константинополь по императорскому циркуляру свозились архитектурные элементы древних построек (например, из Рима были доставлены восемь порфировых колонн, взятых из храма Солнца, а из Эфеса восемь колонн из зеленого мрамора).
11.
Кроме мраморных украшений Юстиниан, с целью придать возводимому им храму небывалый блеск и роскошь, использовал на его украшение золото, серебро, слоновую кость. Для строительства потребовалось три годовых бюджета самого богатого в мире на тот момент государства. При строительстве собора Святой Софии, архитекторы использовали мрамор, камень и специальные легкие, но прочные, кирпичи, изготовленные из почвы острова Родос.

12.
Именно из-за сверхъестественной роскоши собора Святой Софии, в народе появились много легенд, в том числе и об участии небесных покровителей в строительстве храма. По одной из легенд, император Юстиниан I во время торжественного открытия и освящения храма константинопольским патриархом Мина 27 декабря 537 года, произнес следующие слова: «Соломон, я превзошел тебя!» имея в виду легендарный Иерусалимский Храм.
13.
Главный соборный храм был заложен в 532 году (23 февраля), а через пять лет, 27 декабря 537 года, там прошло первое богослужение. Айя-София стала впоследствии местом, где короновались императоры Священной Римской империи.
14.
15.
Софиевский собор Стамбула – одно из архитектурных чудес Турции и всего мира. Это здание занимает важное место среди произведений искусств, когда-либо существовавших на нашей планете, до появления собора Святого Петра в Риме оно считалось самым большим культовым сооружением.
16.
Святая София веками привлекала к себе внимание, там не только молились, ею восхищались, ее рисовали. Среди самых популярных художников, которые пытались изобразить ее на холсте – Джон Сингер Сарджент. Ему принадлежит одноименная картина «Айя София».
По легендам план строительства храма Юстиниану поведал ангел. Они также гласят что, когда между императором и архитекторами возник спор о том, сколько окон должно быть под куполом, ангел «рекомендовал» соорудить три в честь святой Троицы.
Премудрость Божия
Кстати вопреки принятому вольному представлению Собор Святой Софии, именуемый по-турецки Aya Sofya (Айа София), назван так не в честь святой Софии, а по Премудрости Божьей (sofia – по-гречески мудрость). Интерпретация Софии как посредника между Богом и миром в христианстве восходит к гностику Валентину. Некоторые представители христианской философии и богословия рассматривали Софию как личность. Ориген описывает её как хотя и «бестелесное бытие многообразных мыслей, объемлющее логосы мирового целого», но в то же время как «одушевлённое и как бы живое». В раннем христианстве представление о Софии сближалось с ликом Христа-Логоса (апостол Павел (1Кор. 1:24) определяет Иисуса как «Божию силу и Божию премудрость»), а затем и с третьей ипостасью Троицы — Духом Святым (понятие женского рода в семитических языках и близкое Софии в аспектах игры, веселья, праздничности).
17.
В латинской христианской литературе термин «Софии» вытесняется почти синонимическим обозначением мистически понятой «Церкви», и поэтому собственно «софиологии» католическая традиция почти не знает. Иначе в Византии, где большое значение получило развитие образа Софии как символа теократического принципа, и на Руси, куда христианство пришло под знаком Софии (митрополит Илларион описывает крещение Руси как приход «Премудрости Божией», то есть Софии; Софии были посвящены построенные в XI в. три главные православные церкви в княжествах Восточной Европы — в Киеве, Новгороде и Полоцке).
На русской почве к XV-XVI вв. складывается богатая иконография Софии. София имеет облик Ангела; её лик и руки — огненного цвета, за спиной — два крыла. Она одета в царское облачение (далматик, бармы), на голове — золотой венец. Ей предстоят (как Христу в иконографии «деисуса») молящиеся Дева Мария и Иоанн Креститель; над её головой виден по пояс благословляющий Христос (т.о. , не тождественный Софии, но являющий Собой её «главу» , примерно так, как Он же есть, по новозаветному учению, «Глава» Церкви). Личный облик Софии как в византийско-русской, так и в католической традиции постепенно сближается с образом Девы Марии как просветлённой твари, в которой становится «софийным», облагораживается весь космос. В христианской агиографической традиции имя «Софии» носит также мученица, казнённая в Риме во II в. вместе со своими дочерьми Верой, Надеждой и Любовью (имена символичны — «Мудрость» как мать трёх «теологических добродетелей»)
История Софийского собора
Уже с момента постройки за церковью закрепилось название «великая». Для совершения богослужений в соборе имелась многочисленная драгоценная утварь. Для изготовления драгоценного престола собора, по сообщению Дорофея Монемвасийского, были использованы «злато, серебро, медь, электр, железо, стекло, камени честные многие, яхонты, смарагды, бисер, касидер, магнит, он(икс)ий, алмазы и иная до семидесят двух различных вещей». На нём император поместил надпись «Твоя от Твоих приносим Тебе Твои, Христе, рабы Юстиниан и Феодора».
18.
19.
20.
Штат церковно и священнослужителей собора при Юстиниане был рассчитан на 525 человек: 60 священников, 100 диаконов, 40 диаконис, 90 иподиаконов, 110 чтецов, 25 певчих и 100 привратников. При императоре Ираклии он доходил до 600 человек. Согласно 43-й новелле Юстиниана от каждой торгово-ремесленной корпорации выделялось определенное количество мастерских (эргастириев), доходы от которых шли на нужды храма Святой Софии.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
Вход в Айя-Софию с запада
31.
32.
Через несколько лет после окончания строительства землетрясение разрушило часть собора: пала Восточная часть Святой Софии, что под святым алтарем, и разрушила киворий (то есть сень) и святую трапезу и амвон.
33.
И признавались механики (архитекторы), что так как они, избегая издержек, не устроили поддержки снизу, но оставили пролеты между столбами, поддерживавшими купол, посему столбы и не выдержали. Видя это, благочестивейший царь воздвиг другие столбы для поддержки купола; и таким образом устроен был купол, поднимаясь в высоту более, чем на 20 пядей сравнительно с прежним зданием.
Хронография Феофана, год 6051 / 551.
34.
Контрфорсы с восточной стороны собора
35.
36.
37.
38.
39.
40.
41.
42.
43.
44.
45.
Собор также пострадал от землетрясения 989 года, особенно сильным разрушениям подвергся его купол. Здание подперли контрфорсами, от которых оно утратило свой прежний вид. Обвалившийся купол перестроил армянский архитектор Трдат, автор Анийского собора, причём архитектор сделал купол даже более возвышенным.
46.
47.
16 июля 1054 года в Софийском соборе во время богослужения легатом папы римского кардиналом Гумбертом константинопольскому патриарху Михаилу Керулларию была вручена отлучительная грамота. В ответ на это 20 июля патриарх предал анафеме папских легатов. Это событие стало началом разделения церквей на Православную и Католическую.
48.
49.
В 1204 году средневековый мир потрясло взятие Константинополя крестоносцами. Армия западных феодалов отправилась на восток, желая отбить у мусульман Иерусалим, а в итоге захватила столицу христианской Византийской империи. Рыцари с небывалой жадностью и жестокостью разграбили богатейший город и практически уничтожили прежнюю греческую державу… Причины и история захвата Константинополя несомненно достойны отдельного рассказа…
50.
Ворота минарета
После восстановления власти византийских императоров (1261 г.), полуразрушенная Айя-София была вновь отреставрирована. При императоре Андронике II (1282–1328 гг) в восточной части собора были возведены опорные стены.
Падение Константинополя
В ночь с 28 на 29 мая 1453 года в соборе Святой Софии состоялось последнее в его истории христианское богослужение. 29 мая 1453 года храм был захвачен турками. По описанию историка Дуки они разломали запертые ворота храма и вооружённые мечами ворвались внутрь, грабя драгоценное убранство.
51.
52.
Находившиеся в храме молящиеся были убиты и по сохранившемуся преданию их кровь достигла уровня, обозначенного на одной из колонн красной полосой. Греки сохранили также предание, что в тот момент, когда турки ворвались в собор, в нём шла Божественная литургия и священник со Святыми дарами уже входил на амвон. Тогда, чтобы сохранить Святые дары, часть алтарной стены разверзлась и укрыла священника, который будет пребывать в ней, пока храм не вернут православным; тогда он выйдет и завершит прерванное богослужение.
53.
Из-за этой переделки в Ая-Софии, как и в других бывших византийских храмах, молящиеся мусульмане вынуждены располагаться под углом относительно основного объёма здания. Большинство фресок и мозаик остались невредимыми, как полагают некоторые исследователи, именно благодаря тому, что в течение нескольких веков были замазаны штукатуркой.
54.
Одна из самых значимых реликвий христианства – плащаница Христа хранившаяся в соборе (Туринская плащаница) была вывезена Европу. 30 мая 1453 года султан Мехмед II, завоевавший Константинополь, вступил в собор Святой Софии, который был обращён в мечеть. К собору пристроили четыре минарета, и собор превратился в мечеть Ая-Софья. Поскольку собор был ориентирован по христианской традиции — алтарь на восток, мусульманам пришлось переиначить его, поместив михраб в юго-восточный угол собора (направление на Мекку).55.
Во второй половине XVI века при султанах Селиме II и Мураде III к зданию собора были пристроены тяжелые и грубые контрфорсы, существенно изменившие внешний вид здания.
56.
До середины XIX века никаких реставрационных работ в храме не производилось. В 1847 году султан Абдул-Меджид I поручил архитекторам Гаспару и Джузеппе Фоссати провести реставрацию Ая-Софии, которой угрожала опасность обрушения. Реставрационные работы продолжались два года.
57.
В 1935 году, согласно декрету Ататюрка, Ая-Софья стала музеем, а с фресок и мозаик были счищены скрывавшие их слои штукатурки. В 2006 году в музейном комплексе было выделено небольшое помещение для проведения мусульманских религиозных обрядов сотрудниками музея.
Внешний вид собора и архитектура
Вместе с апсидой длина здания составляет 100 м, а ширина – 69,5 м. Такие размеры позволяют называть Айя Софию самой большой церковью, построенной на востоке Римской империи. Ее купол имеет высоту 55,60 м от уровня земли и радиус – 31,87 м (в направлении с севера на юг) и 30,86 м (в восточном направлении).
58.
По типу архитектуры – это классическая прямоугольная базилика. Основные части Айя София – это три нефа, один апги и два нартекса, внутренний и внешний. Ее главный неф и трансепт, пересекаясь, образуют крест. Другими словами, центральный неф собора состоит из четырех колонн, на которых держатся арки. С помощью этих арок стоит сравнительно плоский купол. Под куполом с разных сторон пристроено еще две ниши, каждая из которых разделена на три части.
59.
Купол состоит из сорока радиальных арок; в нижних частях межарочных промежутков прорезаны арочные окна (их также 40), благодаря чему в нижней части купола создаётся ощущение сплошного светового пояса.
60.
Купол связан с перекрываемым прямоугольным в плане пространством с помощью сферических треугольников — парусов, которые в дальнейшем получили большое распространение в мировой архитектуре.
61.
К подкупольному пространству примыкают с востока и запада две колоссальные ниши с полусферическим верхом: в восточную нишу открываются своими арками ещё три меньшие ниши, из которых средняя, служившая алтарной апсидой, глубже остальных и выступает из общего плана храма в виде полукружия; к западной большой нише примыкают также три ниши; из них средняя, представляющая вверху не полусферический, а обыкновенный коробовый свод, содержит в себе три двери, ведущие в пристроенные к храму внутренний и внешний притворы (esonartex и exonartex), впереди которых некогда находился теперь несуществующий двор, обнесенный галереей с колоннами.
62.
Прокопий Кесарийский, современник строительства, рассказывая о стройках императора Юстиниана, восторженно описывает собор Святой Софии: «…Этот храм представлял чудесное зрелище, — для смотревших на него он казался исключительным, для слышавших о нем — совершенно невероятным. В высоту он поднимается как будто до неба и, как корабль на высоких волнах моря, он выделяется среди других строений, как бы склоняясь над остальным городом, украшая его как составная его часть, сам украшается им, так как, будучи его частью и входя в его состав, он настолько выдается над ним, что с него можно видеть весь город, как на ладони…».
63.
64.
65.
66.
67.
68.
69.
70.
Подкупольное пространство с северной и южной сторон сообщается с боковыми нефами с помощью арок, поддерживаемых порфировыми и малахитовыми колоннами, вывезенными их храмов Малой Азии и Египта.
71.
Под этими арками идёт ещё по ярусу подобных же арок, которыми открываются в подкупольное пространство устроенные в боковых нефах галереи гинекея, а ещё выше — громадные арки, поддерживающие купол, заделаны прямой стеной с окнами, расположенными в три ряда.
72.
Кроме этих окон, внутренности храма дают обильное, хотя и несколько рассеянное освещение 40 окон, опоясывающих основание купола, и по пяти окон в больших и малых нишах.
73.
Еще ряд ракурсов Айя-Софии с востока
74.
Подземелья собора Айя София
Под храмом расположена подземная часть сооружения, которая сейчас находится под водой. Во время ее исследований удалось обнаружить помещения, человеческие останки, драгоценности и подземный ход. Оказалось, что он идет до собора Святой Софии от дворца Топкапы. Для того, чтобы исследовать подземную часть Айя София, надо откачать воду. Нашлись люди, готовые профинансировать данный проект и в 2010 году даже было дано разрешение на это, но работы пока что не начаты.75.

alienordis

Когда входишь в Святую Софию, понимаешь, что чувствовали послы Владимира Красно Солнышко, которые, посетив православное богослужение в Константинополе, не могли понять «на небе они были или на земле». Даже сегодня, потеряв большую часть своих золотых мозаик, будучи превращенной в музей с толпой туристов и обязательными сувенирами на входе и выходе, София сохранила какую-то непередаваемую атмосферу «того самого храма», в который стремились попасть паломники со всего христианского мира. В этой заметке я попробую показать, какой Святую Софию видели люди до того, как Константинополь был завоеван турками, и она была обращена в мечеть.
Вход в Святую Софию через царские врата.

Заметка написана на основе книги С. Иванова «В поисках Константинополя».

Внешний вид храма Святой Софии.

Рассматривая внешний облик Святой Софии сложно абстрагироваться от минаретов. Они, конечно, искажают впечатление от храма, но София и в византийское время была со всех сторон обстроена помещениями, с которыми ее соединяли внутренние проходы.

Реконструкция части Константинополя, включающей Большой дворец, храм Святой Ирины, храм Святой Софии и ипподром (по Giroux-A. Vogt).

Реконструкция храма Святой Софии и окружающих его зданий (по A. Pasadaios)

На стене храма до сих пор можно увидеть следы от примыкавших к ней высоких сводчатых помещений патриаршего дворца.
Вид на южную стену Святой Софии.

Минарет сейчас находится как раз на том месте, где была винтовая лестница, которая вела в покои патриарха.

Минарет на месте лестницы в покои патриарха.

Сегодня здание не производит впечатление особенно высокого. Однако храм 900 лет удерживал рекорд самого высокого здания в мире по высоте внутреннего пространства – побил его только флорентийский Дуомо в 1436 году.
Внешний вид храма Святой Софии.

Нынешнее впечатление от храма во многом определяют пристроенные к нему в разные периоды контрфорсы, то есть мощные поперечные стены-подпорки. Главной их целью было спасти гигантскую постройку от землетрясений, а также остановить «разъезжание» стен и колонн под колоссальным давлением купола.

Самыми ранними контрфорсами считаются те, что пристроены к нему с западной стороны. Они датируются 9-10 вв.
Контфорсы с западной стороны храма.

Теперь в собор заходят через западные двери, но в древности (не позднее, чем с 7 в.) они отпирались только по большим праздникам.
Нартекс. Слева — открытые западные двери, справа — двери в неф.

Источник: Википедия.

Обычно в храм заходили через юго-западный вестибюль, там где сейчас находится выход.
Юго-западный вестибюль.

Над этим входом до сих пор можно видеть мозаику с изображением Богородицы с младенцем на троне, перед которой, склонив головы, стоят: справа – император Константин, посвящающий Приснодеве город Константинополь, а слева – император Юстиниан, подносящий ей же храм Св. Софии. Датируется эта мозаика 10 в.
Мозаика над входом.

Двери вестибюля отделаны бронзой лишь со стороны улицы. На дверях есть надпись » (уничтожена) и Михаил Победители». Император Феофил был иконоборцем и последующие иконопочитатели постарались вымарать все напоминания о нем.
Двери юго-западного вестибюля.
Источник: Википедия
Через бронзовые двери люди попадали в нартекс храма. (Нартекс — это нечто вроде «предбанника» (как бы приземленно это слово не звучало) — помещение, располагающееся с западной стороны и отделенное от основного объема храма. Туда могли входить не только оглашенные и кающиеся, но и иудеи (по крайней мере с IV в.), еретики, раскольники и язычники).
Нартекс Святой Софии.

Потолки здесь украшены золотыми мозаиками. Это изначальный, юстиниановский декор. Когда-то все поверхности храма были покрыты золотым ковром. Единственный вид орнамента, который позволили себе строители – это гирлянды цветов. Они и сейчас видны в арках оконных проемов.
Потолок нартекса.

Черные кресты с «каплями» на поперечных планках относятся уже к эпохе иконоборчества (8 -н ачало 9 вв.).
Потолок и окна нартекса.

Аляповатые пятна желтой краски – это следы реставрации 19 в.
Потолок нартекса.

Центральные двери, что вели из нартекса в основное помещение храма назывались Царскими и никто, кроме василевсов не имел права через них входить.

Царские врата
Источник: Википедия

Над царскими вратами расположена мозаика, изображающая Христа, восседающего на троне между двумя медальонами: в правом Богородица простирает к Нему руки в умоляющем жесте, в левом – архангел Михаил, глядящий прямо перед собой. Внизу же распростерся перед троном Христа император Лев VI Мудрый.
Мозаика над царскими вратами.

По обе стороны от Царских дверей на высоте человеческого роста сохранились ниши, в которых помещались две знаменитые (видимо, мозаичные) иконы. Той иконе, на которой изображался Христос, по преданию можно было исповедаться, если стыдно было идти к священнику. О популярности такой исповеди говорит ямка в мраморном полу слева от Царских дверей, протертая коленями грешников.
Пол под иконами

Купол Святой Софии словно парит над зданием.
Подкупольное пространство Святой Софии.

От центра купола расходятся сорок ребер, которые у основания разделены сорока окнами (четыре западных заложены во время ремонта 10 в.). Купол виден почти отовсюду в храме. На куполе заметны следы нескольких починок. По одной секции – с севера и с юга – относятся к самому первому ремонту, который пришлось делать после того как в 557 г. (вскоре после завершения строительства) землетрясение обрушило часть купола. Одна секция на западе была изготовлена во время второй реконструкции в 989 г., а одна на востоке – во время третьей реконструкции в 1346 г. Получившиеся в результате нестыковки особенно заметны на карнизе.
Купол Святой Софии.

Гигантское пространство все залито светом, и это при том, что контрфорсы заслонили собой многие окна. Изначально их было 214, а сейчас всего 181. Храм ярко освещался и изнутри: некоторые светильники спускались с потолка, другие – крепились на стенах или на колоннах.
Естественное и искусствоенное освещение Святой Софии.

На многих колоннах и сейчас можно заметить следы крепления светильников на уровне чуть выше человеческого роста.
Колонна с креплением в виде кольца.

Колонны в Святой Софии увенчаны не классическими, а особенными ранневизантийскими «корзиночными» капителями. Бронзовые воротники сверху и снизу многих колонн, как и протянутые иногда между ними свинцовые прутья были установлены в средневизантийское время – это следы усилий по выравниванию давления купола.
Колонны с бронзовыми воротниками и свинцовыми прутьями.

На капителях многих колонн можно рассмотреть вензеля: вперемежку «Юстиниан Император» и «Феодора Августа».
По центру капителей видны круглые вензеля.

Все стены нефа декорированы мраморными плитами. Каждая мраморная плита расщеплялась на две и разворачивалась как «книга», поэтому две соседние створки всегда образуют симметричный рисунок.
Мраморная плита, раскрытая как «книга».

Источник: https://plus.google.com/photos/103590228738112936103/albums?banner=pwa&gpsrc=pwrd1#photos/103590228738112936103/albums/5336808837052258497
Над входом в центральный неф (основное подкупольное пространство) с внутренней стороны расположена большая плита зеленого мрамора. На ней когда-то висела икона, изображающая сцену из жития Святой Феодосии.
Вид из собора на вход в неф.
Чуть выше этой плиты — сделанное в технике мраморной аппликации изображение Голгофского креста под балдахином в окружении двух растворенных и подвязанных занавесок (9-10 вв.). Возможно, эта картинка воспроизводит конструкцию, украшавшую алтарь храма. Сама эта конструкция, целиком изготовленная из драгоценных металлов, была похищена крестоносцами после взятия Константинополя в 1204 г.
Изображение Голгофского креста под балдахином.

В византийское время в Софии хранилось множество величайших реликвий христианства: от колесницы Святых Константина и Елены до сосуда с кровью и молоком (!) Святого Пантелеймона. Реликвии были выставлены вдоль стен храма, в «простенке» между ними и колоннами, обрамляющими основное подкупольное пространство. Все паломники двигались строго в одном направлении – по часовой стрелке – чтобы не создавать давки.

Некоторые рекликвии закладывались в колонны – с западной стороны колонн, ограничивающих пространство южного нефа с северной стороны, хорошо видны прямоугольные проплешины со следами креплений.

Фото, к сожалению, нет. Если вдруг у кого найдется что-то подходящее, чем не жалко поделиться, буду очень признательна!

Единственный сохранившийся до наших дней византийский объект паломничества – это колонна Св. Григория. Влажность, идущая из-под земли сделала камень хрупким, он уже в древности был забран металлическим коробом. Считалось, что потерев колонну, можно было получить исцеление от болезней. Десятки поколений паломников протерли дырку в металлическом футляре. Сегодня через нее руку к колонне просовываю туристы.
Очередь туристов к колонне Святого Григория.

В северо-восточном углу Софии, позади порфировых колонн, до сих пор сохранились кольца для портьер. За ними клирики готовились к Великому Входу (часть литургии, во время которой перенесение приготовленных Святых Даров с жертвенника на престол).
Кольца для портьер на потолке.

Алтарное возвышение, сейчас скошенное к югу, было таким образом перестроено турками для устройства мирхаба. В византийские времена оно было симметричным.

Апсида и алтарное возвышение.

Самые ранние из сохранившихся в Святой Софии фигуративных мозаик – это изображение Богоматери на полукруглом своде, перекрывающем алтарь, и архангела Гавриила на южном склоне свода (второй архангел на северном склоне практически утрачен). Они относятся ко 2-й половине 9 века.
Изображение Богоматери и архангела Гавриила.

Пространство под мозаику с фигурой Богоматери специально перестраивалось: во времена Юстиниана окна, прорезающие конху были еще больше.
Конха апсиды с окнами и мозаикой.

Изображение Богоматери сдвинуто влево, относительно центрального окна, Младенец на ее руках также развернут влево. Изгиб поверхности апсиды усиливает впечатление, что Божественная Семья смотрит на юг, туда, где во время богослужения находился император.

Вид на конху апсиды с юго-западного угла Храма, где во время Богослужения сидел император.

Где находился сам трон императора не вполне понятно. Справа от алтаря есть круг из порфира, но он чересчур мал, чтобы на нем мог поместиться престол. Здесь водружали крест Константина, когда его вносили в церковь перед шествующим туда императором.

Фото, к сожалению, нет. Если вдруг у кого найдется что-то подходящее, чем не жалко поделиться, буду очень признательна!

Около юго-восточного опорного столба на полу выложен огромный круг из гранита в окружении кругов поменьше из красного порфира и зеленого мрамора. Иногда полагают, что императорский трон стоял здесь, но выложен этот круг был не ранее 14 в.
В литературе это место проходит как «омфал» — пуп земли.

У западной грани юго-восточного опорного столба на полу заметны следы квадрата 80х80 см – они также могут быть следом от трона.

Фото, к сожалению, нет. Если вдруг у кого найдется что-то подходящее, чем не жалко поделиться, буду очень признательна!

Полы в Святой Софии беломраморные, значительная их часть сохранилась еще со времен Юстиниана. Из значительных утрат: исчезли три из четырех полос зеленого мрамора, которые уподобляли четырем райским рекам. Теперь в целости осталась только одна «река». Видимо, здесь находилась алтарная преграда, которая в те времена представляла собой невысокую ограду на колонках.
Рек (даже единственной сохранившейся) на фото не видно (и в живую мы тоже не нашли) — видимо, она спрятана под алтарным возвышением.

Над святым престолом висело много корон, в разные века пожертвованных императорами храму. В Византии не существовало специального и единственного царского головного убора. Корон было множество на разные случаи, причем носили их и даже заказывали не только сами императоры, но и их родственники.
Апсида, перед которой когда-то был расположен алтарь.

Все четыре арки, образовывающие маленькгий купол в юго-восточном углу храма снабжены крепящимися к потолку кольцами, по 9 штук с каждой стороны. С колец до полу свешивались драгоценные занавески, огораживая так называемый мираторий – особое пространство, где император мог находиться во время литургии, оставаясь невидимым для подданных.
Еще раз покажу план, чтобы сориентироваться на местности.

Западнее миратория в южном нефе стояли за литургией высшие должностные лица Империи.
Вид на подкупольное пространство и южный неф.

На галерее второго этажа изначально стояли еще не принявшие крещения «оглашенные». Но с тех пор как крестить византийцев стали в младенчестве, слово утратило смысл и на втором этаже обычно находились женщины.
Галерея второго этажа

Женщины поднимались наверх по пандусу, расположенному в северо-восточном углу храма.
Подъем на галереи второго этажа.

В самом центре проходившей над нартексом западной галереи, прямо напротив алтаря, стоял трон императрицы. Его место помещено квадратом зеленого мрамора на полу.
Туристическая табличка обозначает место, где стоял трон императрицы.
Источник: Википедия

Вокруг толпились прихожанки, многие из которых оставляли на парапетах свои надписи.
Граффити на парапетах галереи второго этажа.

Вообще все мраморные парапеты второго этажа сплошь изрезаны граффити на различных языках. Среди них есть примерно 80 древнерусских.
Древнерусское граффити.

Есть и руническая надпись, оставленная викингами, служившими телохранителями византийского императора, в 9 в.
Руническое граффити

В северной галерее сохранилась мозаика с изображением императора Александра, расположенная в глубине тоннельного свода. Он стоит в пурпурном облачении, в какое император одевался только на Пасху. В правой руке императора – акакия (принадлежность парадного императорского облачения — мешочек с прахом, который император носил в руке в напоминание о бренности всего земного), в левой – скипетр.
Мозаика с изображением императора Александра.

Южная галерея примыкала к Патриаршему дворцу и была зарезервирована за церковными соборами. Между юго-западным угловым пространством и собственно южной галереей стоит резная мраморная преграда, названная в позднейшее время «Врата Рая и Ада».
Резная мраморная преграда, пересекающая пространство южной галереи.

Характер резьбы позволяет отнести «Врата» к 6 веку, однако никаких упоминаний о них в источниках не встречается. Видимо, они разделяли духовные и светские власти.
Врата Ада и Рая

Источник: Википедия
Из галерей второго этажа открывался великолепный вид на мозаики в тимпанах.
Тимпаны — это полукруглые или треугольные поверхности, на которых размещались изображения. На фото справа внизу от купола находится южная сторона храма с окнами. Под окнами можно разглядеть шесть полукруглых ниш — это и есть тимпаны.
Сегодня из мозаик в тимпанах южной стороны (на фото выше) не сохранилось ни одной. Из мозаик в тимпанах северной стены сохранились только три: Игнатий Младший, Иоанн Златоуст и Игнатий Богоносец.
Вид на южную сторону Святой Софии. Под окнами — шесть тимпанов.

Иоанн Златоуст

Источник: Википедия
Игнатий Младший
Источник: Википедия
Фото изображения Игнатия Богоносца, к сожалению, не смогла найти.

Все эти мозаики исполнены чуть позже, чем Богоматерь в апсиде. Однако их было гораздо больше.
Мозаики тимпана южной стороны (шесть патриархов). Рисунок братьев Фоссати (они реставрировали Св. Софию), 19 в.

Источник: Википедия
Мозаики тимпана северной стороны (шесть патриархов). Рисунок братьев Фоссати, 19 в.
Источник: Википедия
Лик серафима в северо-западном парусе купола был расчищен только в 2009 г. Закрыт он был после превращения Св. Софии в мечеть.
Парус купола с изображением серафима.

В южной галерее сохранилась верхняя часть огромной мозаики палеологовского времени с изображением Христа Вседержителя и предстоящих ему в молитве Богоматери и Иоанна Предтечи – так называемый Деисус. Повреждена мозаика была еще крестоносцами. Сколы расположены как раз на уровне человека на коне.
Деисус.

Источник: Википедия

Напротив мозаики с Деисусом над полом возвышается беломраморная плита, на которой по-латыни написано «Хенрикус Дандоло». Здесь когда-то покоился прах венецианского дожа, бывшего одним из инициаторов похода крестоносцев на Константинополь. Когда в 1261 г. Константинополь отвоевали у латинян его кости выбросили собакам.
Плита с именем Энрико Дандоло.
С этой плитой не все ясно: во-первых, зачем бы византийцы ее сохранили? Во-вторых, почему надпись выполнена не тем готическим шрифтом, что прочая латинская эпиграфика Города? В-третьих, венецианцы писали, что их дож похоронен в стене, а не в полу Софии. Некоторые исследователи задаются вопросом, не подделка ли это. Ответа пока нет. (В Википедии плита вообще подписана 19 веком, но без уточнений откуда такая информация. При всем уважении к Вики, С. Иванову, который не знает, откуда плита, я как-то склонна больше доверять).

В восточной стене южной галереи до сих пор сохранилась дверь, которая вела в переход, по которому императорская процессия могла попасть из Дворца в собор, не появляясь при этом в городе.

Фото, к сожалению, нет. Если вдруг у кого найдется что-то подходящее, чем не жалко поделиться, буду очень признательна!
Там, где императоры вступали в храм, сохранились две мозаики с царскими изображениями. Мимо них путь лежал к балюстраде, с которой открывался вид на все внутреннее пространство Св. Софии.
Общий вид двух мозаик.
Источник: Википедия
Левая из мозаик изображает Христа в окружении царственной четы. Лица всех трех фигур в какой-то момент подвергались переделке. Но если с императором все понятно – после очередного замужества императрицы Зои художники скололи с мозаики лицо ее второго мужа Романа Аргира и изобразили третьего – Константина Мономаха, то зачем было заменять лицо самой Зои, а уж тем более Христа, не вполне понятно. Августейшая чета изображена в парадном облачении, которое было очень тяжелым и одевалось лишь по особым случаям.
Христос в окружении царственной четы.

Правая мозаика сильно уступает по качеству предыдущей. Она выполнена в 1122 г. и представляет семейство Комнинов: Иоанна II, его жену Ирину и их сына Алексея.
Мозаика с изображением семьи Комнинов.

Царевич Алексей изображен на боковой поверхности.
Вот и все, что у меня есть сказать по заявленной теме. Хотела как-то красиво завершить, но не знаю как 🙂 Буду благодарна за любые комментарии и дополнения!
Фото: неотмеченные — Alienordis, все остальные подписаны внизу.
Текст подготовлен на основе книги Сергея Иванова «В поисках Константинополя» (М., 2011).

Tags: Византия, Константинополь, Стамбул, Турция, архитектура, средние века, храмы

Читать онлайн «Памятники Византийской литературы IX-XV веков» — RuLit — Страница 220

О государь мой, Константин, как горько ты погибнул! О, пусть господь вооружит правителей Европы На месть святую за тебя, в защиту правой веры. Вы, сербы скорбные, и вы, усталые валахи, О нашей вспомните судьбе! Вы, венгры, в вашем горе О наших вспомните цепях, о муках, о позоре! Вы, короли, и вы, князья, услышьте эти речи: Вам ведом долг, святой ваш долг — так будьте же достойны! Всем сердцем рвитеся изгнать язычников отселе, Единым сонмом гряньте в бой, исполнившись отваги, Из вашей собственной земли извергните безбожных, Из христианских рубежей, на радость христианам. И пусть никто и никогда не ищет дружбы с турком, С турецким псом, поганым псом, неукротимым зверем. О если б знали вы, как он своей коварной дружбой И оплетает христиан и, как дракон, глотает! Он, как антихрист, вышел в мир и топчет в прах народы, Он цепи рабские надел на попранных ромеев, И он грозой теперь навис над франкскими краями. О ты, христовой церкви вождь, святейший и преславный, Краса и слава христиан, столп и твердыня веры, Ты, чья святая чистота для всех нас утешенье, Узри победу адских сил и усмири нечистых, И обрати их зло в добро боголюбивым сердцем. Воздвигни крест, чтоб черный враг проникся страхом божьим, Чтобы язычник побежал, чтоб дикий был извергнут Из Константиновых твердынь, из стен Второго Рима. С тех пор, как пал державный град, никто не безопасен! Поберегитесь вражьих сил, как молнии и грома! Константинополь был мечом, копьем для христианства, Константинополь был ключом к империи ромеев: Архипелага острова ему покорны были — Все, что осталось для Христа из римского наследья. Ты, унаследовавший Рим святой первосвященник, Узнай, какой потоп огня на Византию хлынул: Он залил весь ромейский мир, разлившись в шесть потоков, Один по Сербии течет, другой — в земле валахов, А третий опалил огнем венгерские границы, Четвертый в прах испепелил болгарские долины, А пятый льется и грозит разлиться шире, шире, Смешаться огненной волной с разлившимся четвертым И по безбрежью раскатить валы кровавой пены. Шестой поток вскипел у стен твердыни Константина: Взметнулось пламя к небесам, рассеяв страх и ужас, И все погибло в том огне: и крепости, и грады. Так не дремли же, час настал! Склони свои колени Пред господом и укрепись на славные свершенья! Всю мудрость божью призови, покорствуй божьей воле, О ты, святейший из владык, о ты, кто правишь в Риме! Ключи апостола Петра воздень на светлом стяге, На дело божье созови всех западных монархов, И да придут они отмстить за город Константина!

Повести о взятии Константинополя турками в 1453 г.

Повести о взятии Константинополя турками в 1453 г. – цикл древнерусских произведений, посвященный осаде и падению Константинополя: это П., приписываемая Нестору Искандеру, «хронографическая» П., краткая П. «О взятии Царьграда от безбожных турчан» и так называемый «Плач о падении Царьграда». К этим источникам восходят поздние переработки – в составе Степенной книги (см.: Книга Степенная царского родословия. Ч. 1 // ПСРЛ. СПб., 1913. Т. 21, 2-я пол. С. 490–504), П. в составе Хронографа Русского в его редакциях XVII в.

Искандеровская редакция известна в единственном списке XVI в. (ГБЛ, собр. Тр.-Серг. лавры, № 773). Текст не имеет заголовка. В конце П. имеется запись, в которой автором ее назван Нестор Искандер. П. начинается рассказом об основании Константинополя, затем следует обстоятельное описание осады и взятия города турками. Завершается текст изложением пророчества о судьбе Константинополя. Среди литературных источников П. – Летописец Еллинский и Римский, из которого заимствованы сведения об основании города и через посредство которого в ней отразилось Сказание о построении храма святой Софии. Кроме того, в П. использовано «Откровение» Мефодия Патарского, апокрифическое «Откровение» Даниила, пророчества Льва Премудрого. Отмеченные М. Н. Сперанским параллели с древнерусским переводом «Истории Иудейской войны» Иосифа Флавия могут свидетельствовать о знакомстве автора П. и с этим памятником.

М. Н. Сперанский предполагал существование общего источника у Троицкого списка («искандеровской» редакции) и «хронографической» редакции, текстуально близкой к первой, но более краткой. Хронографическая редакция входит в состав многих списков Русского хронографа в его редакции 1512 г., а также читается в сборниках. Обнаружение С. Н. Азбелевым фрагмента «хронографической» редакции в рукописи XV в. (ГПБ, Q.IV.544) позволяет датировать создание архетипного текста П. XV в.

В списках Западнорусской редакции Русского хронографа находится П. «О взятии Царьграда от безбожных турчан» (нач.: «В лето 6961 обращаше уже в мысли своей Амуратов сын Моамеф…»), являющаяся, как установлено В. Ф. Ржигой и Б. М. Клоссом, переводом латинской повести Энея Сильвия, осуществленным Максимом Греком. Эта П. также встречается в сборниках.

В Русском хронографе редакции 1512 г. в качестве заключительной главы читается повествование о взятии Царьграда, получившее в науке условное наименование «Плач о падении Царьграда» (в Хронографе глава называется: «О взятии Царяграда от безбожнаго турьскаго царя Магмета Амуратова сына»; нач.: «Хощу глаголати повесть, еже не точию человекы, но и нечювьственое камение…»). Стилистический анализ «Плача» позволяет считать его автором составителя Хронографа.

Кроме того в сборниках наряду с П. о взятии Константинополя читаются «Сказание о происхождении Византии», «Сказание о происхождении Царьграда», статья о происхождении «турских царей». П. о Царьграде читается и в составе Летописей Никоновской (ПСРЛ. СПб., 1901. Т. 12. С. 78–108), Воскресенской (ПСРЛ. СПб., 1859. Т. 8. С. 125–144), Голицынского тома Летописного свода Лицевого.

П. о взятии Константинополя (в «искандеровской» или «хронографической» редакции) оказала большое влияние на русское историческое повествование XVI – нач. XVIII в. Ей подражает Казанская история, Летописец начала царства, «Повесть книги сея от прежних лет», приписываемая И. М. Катыреву-Ростовскому, Авраамий Палицын в своем Сказании, составитель одной из переработок Повести о начале Москвы. «Хронографическая» редакция П. вошла в «Скифскую историю» А. Лызлова (1692 г.), а через ее посредство в книгу «Историа о разорении последнем святаго града Иерусалима от римскаго цесаря Тита сына Веспасианова, вторая о взятии славнаго столичнаго града греческаго Константинополя (иже и Царьград) от турскаго султана Махомета втораго» (М., 1713), переиздававшуюся в 1716, 1723, 1745, 1765, 1769 гг. и далее, до нач. XIX в. К этому изданию восходит болгарская повесть, встречающаяся в составе «Дамаскинов» 2-й пол. XVIII в. На древнерусских источниках основывался и автор «Истории Царьградской» И. В. Паузе (ум. 1735). В нач. XVIII в. сюжетные мотивы П. были использованы автором анонимного сочинения «О зачатии и здании царствующаго града С.-Петербурга» (см.: Предтеченский A. B. Основание Петербурга // Петербург Петровского времени. Л., 1948. С. 42–44). Сюжет «знамения» – борьба орла со змеей – широко использовался в памятниках прикладного искусства XVII – нач. XVIII в.

Изд.: Яковлев В. Сказания о Цареграде по древним рукописям. СПб., 1868; Попов А. Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в хронографы русской редакции. М., 1869. С. 83–91, 160–165; Повесть о Царьграде (его основании и взятии турками в 1453 году) Нестора Искандера XV века / Сообщ. архимандрит Леонид. СПб., 1886 (ПДПИ. Вып. 62); Русский хронограф. Хронограф редакции 1512 года // ПСРЛ. СПб., 1911. Т. 22, ч. 1. С. 443–460; Русский хронограф. Хронограф западнорусской редакции // ПСРЛ. Пг., 1914. Т. 22, ч. 2. С. 205–207; Повесть о взятии Царьграда турками // Русские повести XV–XVI веков. М.; Л., 1958. С. 55–78, 218–243, 386–397; Повесть о взятии Царьграда турками в 1453 году // ПЛДР. Вторая половина XV века. М., 1982. С. 216–267, 602–607.

Лит.: Срезневский И. И. Повесть о Царьграде // Учен. зап. II отд. имп. Академии наук. СПб., 1854. Кн. 1, разд. 3. С. 99–137; Дестунис Г. Новоизданный список повести о Царьграде // ЖМНП. 1887, февр. С. 366–383; Погодин П. Д. Обзор источников по истории осады и взятия Византии турками в 1453 году // Там же. 1889, авг. С. 243–253; Орлов А. С. 1) Об особенностях формы русских воинских повестей (кончая XVII в.) // ЧОИДР. 1902. Кн. 4. С. 1–50; 2) О некоторых особенностях стиля великорусской исторической беллетристики XVI–XVII вв. // ИОРЯС. 1908. Т. 13, кн. 4. С. 347–355, 371, 373, 379; 3) Героические темы древней русской литературы. М.; Л., 1945. С. 100–130; Соболевский А. И. Эней Сильвий и Курбский // Serta Borystheriica. Сб. в честь заслуженного профессора имп. ун-та св. Владимира Юлиана Андреевича Кулаковского. Киев, 1911. С. 1–17; Unbеgaun В. Les relations vieux-russes de la prise de Constantinople // Revue des études slaves. Paris, 1929. T. 9, N 1–2. P. 13–38; Бельченко Г. П. К вопросу о составе исторической повести о взятии Царьграда // Сб. статей к 40-летию ученой деятельности академика А. С. Орлова. Л., 1934. С. 507– 513; Ржига В. Ф. Кто перевел краткую повесть о взятии Константинополя турками? // Slavia. Praha, 1934. Roč. 13. Seš. 1. С. 105–108; Масленникова Н. Н. Идеологическая борьба в псковской литературе в период образования Русского централизованного государства // ТОДРЛ. М.; Л., 1951. Т. 18. С. 200–202; Смирнов Н. А. Историческое значение русской «Повести» Нестора Искандера о взятии турками Константинополя в 1453 г. // ВВ. М., 1953. Т. 7. С. 50–71; Сперанский М. Н. 1) Повести и сказания о взятии Царьграда турками (1453) в русской письменности XVI–XVII веков // ТОДРЛ. М.; Л., 1954. Т. 10. С. 136–165; 1956. Т. 12. С. 188–225; 2) Повесть о взятии Царьграда турками в «Скифской истории» А. Лызлова // М. Н. Сперанский. Из истории русско-славянских литературных связей. М., 1960. С. 211–224; Скрипиль М. О. «История» о взятии Царьграда турками Нестора Искандера // ТОДРЛ. Т. 10. С. 166–184; Азбелев С. Н. К датировке русской Повести о взятии Царьграда турками // Там же. М.; Л., 1961. Т. 17. С. 334–337; Мамаев К. К. «Видение Царьградское» в «Повести о Царьграде» Нестора Искандера и его интерпретация в некоторых памятниках прикладного искусства // Там же. М.; Л., 1966. Т. 22. С. 342–352; Клосс Б. М. 1) О времени создания русского Хронографа // Там же. Л., 1971. Т. 26. С. 244–245; 2) Максим Грек – переводчик повести Энея Сильвия «Взятие Константинополя турками» // Памятники культуры. Новые открытия. Ежегодник 1974 г. М., 1975. С. 55–61; Моисеева Г. Н. «История царьградская» Иоганна Вернера Паузе – неизвестное сочинение начала XVIII в. // Культурное наследие древней Руси. Истоки, становление, традиции. М., 1976. С. 205–210.

Доп.: Азбелев С. Н. К сравнительному изучению повестей о завоевании Константинополя турками // Сравнительное изучение литератур. Сб. статей к 80-летию акад. М. П. Алексеева. Л., 1976. С. 18–22.

О. В. Творогов

Надежда Ионина

СТАМБУЛ

История. Легенды. Предания

Из истории города

Введение

Византий, Константинополь, Стамбул — великий и величественный город, существующий во времени и пространстве вот уже почти 27 веков. «О Константинополе и его жителях на многих европейских языках написано людьми известными и учеными столько, что всякая новая книга об этом городе может показаться трудом излишним», — так еще в середине XIX в. писал А.И. Давыдов, автор «Живописных очерков о Константинополе».

Турцию русские люди посещают часто и охотно по разным причинам. Одни любят делать покупки на шумных стамбульских базарах, другие предпочитают отдохнуть у теплого и ласкового моря. Но и для тех, и для других знаменитый и всем известный Стамбул, полный восточного очарования, тем не менее представляется городом неизведанным, загадочным и таинственным. Не один раз разрушался он пожарами и землетрясениями, много страдал от набегов иноземных завоевателей и все равно оставался городом чудес и странностей, бедности и великолепия, облагодетельствованным природой, возвеличенным людской деятельностью и одновременно униженным ею.

Своими величественными мечетями и великолепными дворцами, кипарисами и пленительными долинами, старинными башнями, остатками древних стен и, конечно же, голубым Босфором, который разделяет Стамбул на две части света, древний город поражает и пленяет путешественника, перенося его в мир волшебный и желанный. Здесь каждый шаг ведет его к новым, порой нечаянным встречам с удивительным миром, и если вы что-то знали о Стамбуле раньше, он поразит вас своей невиданной стороной, так что вы словно окажетесь в одной из сказок «Тысяча и одна ночь». Ни один путешественник, впервые увидев открывающуюся перед ним панораму Стамбула, не сможет сдержать восхищенного вздоха…

Русского человека этот поэтический город Востока переносит к воспоминаниям пленительным, имеющим для нас особенное значение. В последние годы, как отмечалось выше, русские люди посещают Стамбул чаще всего по торговым делам, почти не проявляя никакого интереса к истории древнего Константинополя. Ни у Святой Софии, ни в султанских дворцах, ни в храмах и мечетях нечасто услышишь речь наших соотечественников. Здесь все больше англичане, французы, вездесущие немцы… Но хотелось бы напомнить, что прошлое этого города гораздо прочнее, чем настоящее, потому что русские паломники, отправляясь в прошлые века на Святую гору Афон или в Палестину, всегда посещали Стамбул. И привлекал их не современный город того времени, а город прошлого — былая столица Византийской империи и православного христианства, откуда пришли к нам наша вера и наша религиозная культура.

Для русского человека в Стамбуле священны даже развалины древних стен и крепостей, за которыми долгие годы укрывалась от натиска азиатских завоевателей родная и дорогая для нас цивилизация. В этих развалинах для русского сердца и сейчас много жизни… Причины, побудившие автора взяться за составление настоящей книги, заключаются в его желании как можно увлекательнее рассказать читателю об основных районах города, обо всех его редкостях и достопримечательностях. Причем не просто описать их архитектурные достоинства, а рассказать через легенды, предания и исторические события, совершавшиеся на улицах и площадях, во дворцах и храмах Константинополя—Царьграда—Стамбула…

Карта Стамбула (Константинополя). XVI в.

Современный Стамбул чудесным образом сочетает в себе памятники двух цивилизаций, двух культур — византийской и турецкой. А фактов всякого рода (причем на любую тему) наберется столько, что хватит их не на одну книгу, — о нравах константинопольцев, о печальных и пагубных сторонах управления Византийской, а потом и Османской империями и т.д. Но иногда легенда говорит больше, чем простой факт или даже самая великолепная иллюстрация, а забавный анекдот лучше познакомит с существом дела, чем длинный ряд статистических цифр.

Все говорят, что Стамбул надо смотреть с моря. Но город так огромен, что ни с высоты башен, ни с самого высокого минарета, ни с моря весь его взглядом не охватишь. Стоя в одном месте, вы видите как будто все, но Босфор скрывается от вас; из центра вы не можете обозреть пленительных окрестностей Стамбула… Блистательный Джакомо Казанова, знаменитый авантюрист и обольститель, прославившийся на весь мир своими пикантными похождениями и скандальными выходками и повидавший много красивых городов, о Стамбуле писал так: «Город этот поражает. Нет в мире зрелища более прекрасного». А в октябре 1802 г. два английских путешественника поднялись над городом на воздушном шаре, обозрели все, что хотели, и благополучно спустились в Галате при огромном скоплении изумленных зрителей. Султан Селим III потребовал к себе смелых воздухоплавателей и спросил, каким им показался город. «Между небом и землей не бывало и не будет подобного зрелища», — ответили путешественники.

Древний Византий

Стамбул начинается практически от моря — от маяка Румели-фенери, который возвышается у входа в пролив Босфор, соединяющий Черное и Мраморное моря. Название пролива происходит от двух греческих слов, означающих «бык» и «проход». Согласно мифам, через этот пролив переправилась вплавь Ио — дочь первого аргосского царя Инаха и возлюбленная Зевса.

Маяк Румели-фенери

Желая избавить ее от преследований суровой и ревнивой богини Геры, он обратил Ио в корову. Гера выпросила у Зевса прелестную белоснежную корову себе в дар и отдала стеречь ее исполину Аргусу… у которого было сто глаз. Из них постоянно сомкнуты были только два, другие же смотрели во все стороны. Днем он пас бедную корову и тщательно стерег ее; ночью же запирал ее и заковывал ее нежную шею в цепи. Бедная дева, сохранявшая человеческий разум и в превращенном виде, питалась древесными листьями и горькой травой, воду пила из мутной реки, спала на жесткой земле…

Но отец богов не мог смотреть на страдания возлюбленной Ио и повелел Гермесу убить исполина Аргуса. Покорный сын Зевса тотчас слетел с неба на землю. Сняв с себя сандалии с крыльями и окрыленную шляпу, он взял лишь свой волшебный прут и, наигрывая на своей пастушеской свирели (сиринге) прелестные напевы, погнал перед собой стадо коз — невдалеке от Аргуса. С наслаждением прислушался исполин к приятным звукам, а потом стал задавать собеседнику разные вопросы. Спросил он и о том, как была изобретена сиринга, и хитрый Гермес стал рассказывать ему затейливую историю. Во время своего рассказа он увидел, что все очи грозного стража закрылись, и серповидным мечом отрубил ему голову. Сто глаз великана Гера поместила на хвост павлина и, как блистающими звездами, украсила ими свою любимую птицу. А потом выдумала для несчастной Ио новую муку. Она наслала на нее огромного овода, который своим жалом доводил бессловесную корову до безумия и гнал ее по всем странам земли — через Иллирию, дикие страны Скифии, Кавказа, страну амазонок, через Киммерийский Босфор, через все страны Азии…

* * *

Босфор — не широкий пролив; он идет извивами, и на каждом повороте развертываются все новые и новые картины — одна краше другой, так что и не описать словами. Когда в прежние времена к Константинополю подплывали на пароде, город сразу одарял всех великолепной панорамой. Слева (по азиатскому берегу) и справа (по европейскому) тянулась цепь живописных холмов, которые отлого спускались к проливу. Дикие и пустынные пространства, скалы, горы и овраги чередовались с селениями; на европейском берегу, кутаясь в пышной листве дубов, кипарисов и платанов нескончаемой вереницей высились деревушки, маяки, укрепления, замки и бесчисленные предместья с пышными виллами посольств и дворцами султанов.

Из истории города

Введение

Византий, Константинополь, Стамбул — великий и величественный город, существующий во времени и пространстве вот уже почти 27 веков. «О Константинополе и его жителях на многих европейских языках написано людьми известными и учеными столько, что всякая новая книга об этом городе может показаться трудом излишним», — так еще в середине XIX в. писал А.И. Давыдов, автор «Живописных очерков о Константинополе».

Турцию русские люди посещают часто и охотно по разным причинам. Одни любят делать покупки на шумных стамбульских базарах, другие предпочитают отдохнуть у теплого и ласкового моря. Но и для тех, и для других знаменитый и всем известный Стамбул, полный восточного очарования, тем не менее представляется городом неизведанным, загадочным и таинственным. Не один раз разрушался он пожарами и землетрясениями, много страдал от набегов иноземных завоевателей и все равно оставался городом чудес и странностей, бедности и великолепия, облагодетельствованным природой, возвеличенным людской деятельностью и одновременно униженным ею.

Своими величественными мечетями и великолепными дворцами, кипарисами и пленительными долинами, старинными башнями, остатками древних стен и, конечно же, голубым Босфором, который разделяет Стамбул на две части света, древний город поражает и пленяет путешественника, перенося его в мир волшебный и желанный. Здесь каждый шаг ведет его к новым, порой нечаянным встречам с удивительным миром, и если вы что-то знали о Стамбуле раньше, он поразит вас своей невиданной стороной, так что вы словно окажетесь в одной из сказок «Тысяча и одна ночь». Ни один путешественник, впервые увидев открывающуюся перед ним панораму Стамбула, не сможет сдержать восхищенного вздоха…

Русского человека этот поэтический город Востока переносит к воспоминаниям пленительным, имеющим для нас особенное значение. В последние годы, как отмечалось выше, русские люди посещают Стамбул чаще всего по торговым делам, почти не проявляя никакого интереса к истории древнего Константинополя. Ни у Святой Софии, ни в султанских дворцах, ни в храмах и мечетях нечасто услышишь речь наших соотечественников. Здесь все больше англичане, французы, вездесущие немцы… Но хотелось бы напомнить, что прошлое этого города гораздо прочнее, чем настоящее, потому что русские паломники, отправляясь в прошлые века на Святую гору Афон или в Палестину, всегда посещали Стамбул. И привлекал их не современный город того времени, а город прошлого — былая столица Византийской империи и православного христианства, откуда пришли к нам наша вера и наша религиозная культура.

Для русского человека в Стамбуле священны даже развалины древних стен и крепостей, за которыми долгие годы укрывалась от натиска азиатских завоевателей родная и дорогая для нас цивилизация. В этих развалинах для русского сердца и сейчас много жизни… Причины, побудившие автора взяться за составление настоящей книги, заключаются в его желании как можно увлекательнее рассказать читателю об основных районах города, обо всех его редкостях и достопримечательностях. Причем не просто описать их архитектурные достоинства, а рассказать через легенды, предания и исторические события, совершавшиеся на улицах и площадях, во дворцах и храмах Константинополя—Царьграда—Стамбула…

Карта Стамбула (Константинополя). XVI в.

Современный Стамбул чудесным образом сочетает в себе памятники двух цивилизаций, двух культур — византийской и турецкой. А фактов всякого рода (причем на любую тему) наберется столько, что хватит их не на одну книгу, — о нравах константинопольцев, о печальных и пагубных сторонах управления Византийской, а потом и Османской империями и т.д. Но иногда легенда говорит больше, чем простой факт или даже самая великолепная иллюстрация, а забавный анекдот лучше познакомит с существом дела, чем длинный ряд статистических цифр.

Все говорят, что Стамбул надо смотреть с моря. Но город так огромен, что ни с высоты башен, ни с самого высокого минарета, ни с моря весь его взглядом не охватишь. Стоя в одном месте, вы видите как будто все, но Босфор скрывается от вас; из центра вы не можете обозреть пленительных окрестностей Стамбула… Блистательный Джакомо Казанова, знаменитый авантюрист и обольститель, прославившийся на весь мир своими пикантными похождениями и скандальными выходками и повидавший много красивых городов, о Стамбуле писал так: «Город этот поражает. Нет в мире зрелища более прекрасного». А в октябре 1802 г. два английских путешественника поднялись над городом на воздушном шаре, обозрели все, что хотели, и благополучно спустились в Галате при огромном скоплении изумленных зрителей. Султан Селим III потребовал к себе смелых воздухоплавателей и спросил, каким им показался город. «Между небом и землей не бывало и не будет подобного зрелища», — ответили путешественники.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >