Вечная Россия глазунов кто изображен

Глазунов работал в самых разных жанрах — от изображений «ню» до парадных портретов, от пейзажей до городских зарисовок. Но, конечно, в памяти отпечатались прежде всего его монументальные многофигурные полотна. Вспоминаем знаменитые картины Ильи Глазунова — с названиями и описанием.

1. «Мистерия XX века», 1977-1999 г.

Мистерия ХХ века. 1999 год. Холст, масло.

Самая известная, без сомнения, работа Глазунова. Во времена перестройки она буквально взорвала умы; чтобы посмотреть на полотно размером 3 на 8 метров, выстраивались колоссальные очереди. В популярных журналах печатались репродукции с пояснениями — где кто изображен.

И кого там только нет: Гитлер, Сталин, Мао, Эйнштейн, Ленин, «Битлз»… 2342 персонажа, как кто-то подсчитал. И — реки крови, ядерный гриб, менора, протыкающая фашистскую каску, коммунистические митинги. Это картина об ужасах, которых в ХХ веке было не меньше, чем радости.

2. «Вечная Россия» (1988)

Картина, созданная к 1000-летию крещения Руси, изображает множество великих россиян. Справа — монстры революции на птице-тройке (Троцкий даже больше бросается в глаза, чем Сталин). А на переднем плане — святые. А в самом центре, под Распятием — великие писатели: Пушкин, Лермонтов, Гоголь… Но всех почти заслоняет обожаемый Глазуновым Достоевский.

3. «Великий эксперимент» (1990)

Великий эксперимент. 1990 год. Холст, масло

Картина целиком посвящена России в ХХ веке; судьба страны словно перечеркнута кровавой зловещей пентаграммой. В центре ее — конечно, Ленин и другие вожди революции; слева — хорошие люди (прежде всего бросается в глаза царская семья).

4. «Разгром храма в Пасхальную ночь» (1999)

Размер еще больше, чем у «Мистерии»: 4 на 8 метров. Сюжет понятен из названия: большевики вламываются в храм, где идет служба. Над людским месивом (со стороны большевиков это не только комиссар с собакой, но и поборница свободной любви с голой грудью, и кто-то с лозунгом «Религия — опиум для народа», и еще кто-то с пулеметом…) — настенная роспись, огромные изображения святых. Во многом картина напоминает другую многофигурную, полную символов картину, которую Глазунов очень ценил — «Раскулачивание» (2010).

5. «Дороги войны» (1985)

Дороги войны. 1985 год. Холст, масло.

Картина с самой драматичной судьбой. На самом деле она была написана в конце 50-х и представлена в качестве дипломной работы (Глазунов заканчивал Ленинградский художественный институт имени Репина). Но… на ней изображалось отступление советских войск. И это привело руководство института в ужас. Только в 1964 году Глазунов показал ее на выставке. Увидели ее в итоге немногие — вскоре после выставки она была просто уничтожена… В 1985 году Глазунов написал ее заново.

Вечная Россия — картина И. Глазунова

Картина — Вечная Россия «Сто Веков» — Илья Глазунов.

Илья Сергеевич Глазунов — народный художник СССР, академик Российской академии художеств, лауреат Государственной премии Российской Федерации, основатель и ректор Российской академии живописи.
На мой взгляд, это не просто картина в обычном понимании?!..
Это запечатлённая История Русского Народа в Чувственной Ткани Образов, вместившихся в сохраненном наследии Отечества!
Можно долго рассуждать о Периоде охваченном на полотне Картины, но приходит одно умозаключение – ЭТО КРЕСТ РУСИ на ГОЛГОФЕ нашей Русскости.
Нашим Прадедам пришлось нести ЕГО, как не сопротивлялись они более 600 лет кровавой христианизации, но, в ЭТОМ и ЕСТЬ СУТЬ КРЕСТА – Быть распятым чуждыми умами, деяниями, как и самоткаными Иудами …
(Все религии кровью насаждались, как это не печально… Ибо Зная БОГА, не легко отречься от Знаний таких, а наши Предки, ещё и общались с ним дольше всех народов Земли…
Нет таких документов заверенных нотариусом, фото подтверждений, но, Есть ВЕРА и Надежда в ЛЮБВИ, пусть еще спящей, что Скоро Воскреснет Божественной РУССКОСТЬЮ и в Умах наших, и Станет сие Осознанной Нормой!…)
И как бы Крест Наш не был тяжек, осмыслен, описан историками, обдуман политиками и философами, Это НАША ИСТОРИЯ, Это ПУТЬ по самому тернистому склону ГОЛГОФЫ БЫТИЯ!
И не важно, Воспринимаем мы это или нет, как и Период в названии Картины?!..
В этом скрыта и ВЕЛИКАЯ Предначертанность РУСИ – МИССИЯ НАРОДА…
Я нисколько не принижаю Предназначения Других народов, но Судьбоносный Путь Руси, БОГОМ и ВОЛХВАМИ ОПРЕДЕЛЁН – Ведической Мудростью в Мироздании!!!
Кто Зрит Тысячелетиями Историю Руси, того и Мысль Осознаёт Больше!
Совсем Скоро, это станет Очевидно Всем?!..
А Художник-Живописец, Русскостью Чувств Своих, Видением ПАТРИОТИЧЕСКОГО Сердца, Явил нам Обрами ТО, что нам Близко и понятно!.. Он, Показал Лики тех, с чьими Именами увязывались события Истории Народа?!..
Те события, что ещё теребят наши умы?!..
При этом, мысля аллегорично, каждый, сможет найти своё место в Этой КАРТИНЕ-ИСТОРИИ?!..
И то, что в Центре Композиции Образ КРЕСТА в Православной Трактовке –
есть подтверждение вышесказанного…
* * *
И, ГЛАВНОЕ — на переднем Плане, внизу картины, Образ Девочки с Ясными ОЧАМИ?!..
— Сие Художник, Душой ВЕДомый, ЯВил нам ГЛАВНУЮ Составляющую в Воскрешении всех — ЧУВСТВЕННАЯ Мысль Души — Женское, Непорочное Начало, в Устремлении, ВСЁ ВозРОДИт и ПроБУДИт наРОДы ПЕрвозданНОЙ!!!

Биография Ильи Глазунова

В 1959 году Глазуновым были написаны портреты Сергея Михалкова, поэтов Бориса Слуцкого, Назыма Хикмета, Майи Луговской, писателя Анатолия Рыбакова, актрисы Татьяны Самойловой, режиссера Михаила Калатозова.

Позже Глазунову заказывали портреты многие политические деятели: Сальвадор Альенде (портрет уничтожен при штурме президентского дворца), Индира Ганди (художник за портрет получил премию Джавахарлала Неру), Урхо Кекконен и др. Обширная галерея Глазунова включает также портреты Джины Лоллобриджиды, Федерико Феллини, а также космонавтов, рабочих, писателей, артистов и др.

В 1960-1970-х годах Глазунов создал иллюстрации к произведениям русских классиков – Федора Достоевского, Александра Блока, Александра Куприна, Николая Некрасова, Павла Мельникова-Печерского, Николая Лескова. В это же время им написаны известные полотна, воссоздающие образ многовековой России, – «Господин Великий Новгород», «Русская песня», «Град Китеж» и другие произведения. Особое место среди работ исторической тематики занял цикл «Поле Куликово». Создавая свои исторические картины «Борис Годунов» (1967), «Легенда о царевиче Димитрии» (1968), «Князь Олег и Игорь» (1972), «Иван Грозный» (1974), «Дмитрий Донской» (1979), художник сочетал темперную живопись на доске с инкрустацией цветными стеклами, парчой, металлом, по-своему преломляя приемы древнерусского искусства.

Вершинами философского осмысления процессов мировой и отечественной истории стали всемирно известные живописные полотна «Мистерия ХХ века», «Вечная Россия», «Великий эксперимент», «Разгром храма в пасхальную ночь».

Глазунов был известен также как талантливый сценограф. Вместе со своей супругой Ниной Виноградовой-Бенуа оформлял постановки опер «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» в Большом театре, «Князь Игорь» и «Пиковая дама» в Берлинской опере, балет «Маскарад» в Одесском оперном театре.

Художник являлся автором более трех тысяч произведений.

В 1996-1999 годах Глазунов был художественным руководителем работ по реставрации Большого Кремлевского дворца.

Илья Глазунов написал книги «Дорога к тебе» и «Россия распятая».

Он принимал активное участие в создании Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, возглавлял с 1979 года портретную мастерскую Московского художественного института им. В.И. Сурикова, с 1987 года был бессменным ректором созданной по его инициативе Российской академии живописи, ваяния и зодчества.

31 августа 2004 года была открыта Московская государственная картинная галерея Ильи Глазунова. К 850-летию Москвы Илья Глазунов подарил городу все свои работы, созданные за 40 лет творческой деятельности.

Художник являлся доверенным лицом президента РФ Владимира Путина.

Глазунов был действительным членом академии художеств России, членом Королевских академий художеств Мадрида и Барселоны.

Творчество Ильи Глазунова было отмечено различными наградами. В 1980 году он был удостоен звания Народный художник СССР. Являлся лауреатом Государственной премии РФ (1997). Был награжден орденом Трудового Красного Знамени (1985), орденом «За заслуги перед Отечеством» IV (1995), III (2000), II (2005) и I (2010) степеней.

Среди его иностранных наград есть португальский орден Святого Михаила, лаосский орден Вишну, индийская премия имени Д. Неру. Глазунов был удостоен орденов Русской православной церкви – ордена Преподобного Сергея Радонежского (1999) и ордена Преподобного Андрея Рублева (2010).

Имя художника было присвоено одной из малых планет.

Глазунов был женат на Нине Виноградовой-Бенуа (умерла в 1986 году). Его дети Иван и Вера стали художниками.

В ночь на 9 июля 2017 года в возрасте 87 лет Илья Глазунов скончался.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

«Вечная Россия»

В послереволюционной истории России 1988 год – год 1000-летия крещения Руси оказался поистине знаменательным. Празднование этой даты, вылившееся во всенародное торжество, показало, что за десятилетия геноцида, погрома национальной духовности и культуры русский народ не только не сломлен, но и вступил в новую фазу духовного существования.

Всплеск национального самосознания ознаменовался важнейшей вехой в творчестве Ильи Глазунова. В дни празднования юбилейной даты он представил на своей персональной выставке новую картину «Вечная Россия», как бы обобщившую его творческие обретения в создании художественной летописи России, которую создавал в течение всей жизни. Художник, никогда не искавший в искусстве легких путей, в этот раз посягнул на решение невиданной по сложности задачи – выразить образ России, ее народа в контексте мировой истории.

О своеобычном историческом пути России, загадочности русского национального характера написано немало исследований.

«Ни один народ в мире не имел такого бремени и такого задания, как русский народ. И ни один народ не вынес из таких испытаний и из таких мук такой силы, такой самобытности, такой духовной глубины…» – писал Иван Ильин в статье «О путях России». Но как это воплотить в едином художественном образе? Мы знаем блистательные композиции Сурикова, Васнецова, Верещагина, других знаменитых русских живописцев, по которым зримо представляем себе важнейшие события и целые периоды отечественной истории. Да и по картинам самого Глазунова, как свидетельствуют многочисленные записи в книгах отзывов на его выставках, наши современники познавали и познают истинную историю России. И все же в данном случае требовался совершенно иной качественный уровень исторического, философского осмысления и, соответственно, художественно-выразительного решения столь масштабной и, казалось до сих пор, необъемной темы. Иван Солоневич, оригинальный мыслитель русского зарубежья, размышляя над попытками многих историков и философов осмыслить опыт исторического развития России в русле мирового процесса, подчеркивает такой их главный недостаток: отсутствие индивидуального, неповторимого в истории мироздания ЛИЦА русского народа – архитектора и строителя русской государственности. Проблема решается так, «как будто русский народ – только пустое место, вокруг которого вращаются цари, варяги, влияния и условия. Народ остался БЕЗ ЛИЦА. Без характера и без воли – бессильная щепка в водовороте явлений, событий, влияний и условий. Слепое и тупое оружие в руках гениев, царей, полководцев… И сырье для упражнений гуманитарной профессуры».

Глазунов как раз и ставил такую задачу – показать лицо России, ее народа. Но сколь трудна для воплощения эта задача – об этом размышлял другой виднейший представитель русской философской мысли Георгий Федотов:

«Лицо России не может открыться в одном поколении, современном нам. Оно в живой связи всех отживших родов, как музыкальная мелодия в чередовании умирающих звуков. Падение, оскудение одной эпохи – пусть нашей эпохи – только гримаса, на мгновение исказившая прекрасное лицо, если будущее сомкнется с прошлым в живую цепь.

Как ответим мы на вопрос: где лицо России?

Оно в золотистых колосьях ее нив, в печальной глубине ее лесов.

Оно в кроткой мудрости души народной.

Оно в звуках Глинки и Римского-Корсакова, в поэмах Пушкина, в эпопеях Толстого.

В сияющей новгородской иконе, в синих глазах угличских церквей…

В годину величайших всенародных унижений мы созерцаем образ нетленной красоты и древней славы: лицо России».

Картиной «Вечная Россия» Глазунов дал достойнейший ответ на вопрос философа тем мыслителям и историкам, которые за частоколом многосложных теоретических построений оказываются неспособными определить главного в предмете своих исследований – лица народа.

В картине Глазунова сразу же обращает на себя внимание особенность построения композиции. Она выстроена, выражаясь музыкальным языком, по закону симфонизма, когда художественный замысел последовательно раскрывается в процессе противоборства, развития преобразования многих тем, рождая яркий, трагически насыщенный и, вместе с тем, цельный светоносный образ мирового значения. В полифонично звучащей стихии произведения проявляется еще одна сторона ренессансной натуры Глазунова – не только мастера кисти, историка, мыслителя, общественного деятеля – но и музыкально одаренного человека, тонкого ценителя музыки, которая с детских лет вошла в его жизнь и постоянно звучит в доме, мастерской, на выставках…

В левом верхнем углу картины изображена горная вершина. Это Хараити – священная гора ариев, древних предков славян. Священные книги ариев «Ригведа» и «Авеста» содержат немало сведений о важнейших чертах быта, языка, религии арийских племен, унаследованных их потомками славянами. На эту несомненную преемственность указывает и арийский знак свастики, украшающий скульптуру языческого славянского бога Перуна (аналог ведического бога Варуны), низвержение которого знаменует приход новой, христианской веры. Заметим также, что свастику мы видим и на облачении князя Владимира. Этот знак вплоть до XIX века встречается на вышивках из северных районов России, на других предметах быта, иконах. (Но лопасти его в отличие от знака, использованного в фашистской символике, развернуты в другую сторону.)

Тем самым художник дает зрителям повод задуматься над тем, что история славян, а стало быть, и наша, российская, имеет несравненно более глубокие корни, нежели те, на которые указывают недоброжелатели России, злонамеренно усекающие и искажающие ее историю. Неслучайно первоначальное название картины было «100 веков», прямо говорящее, что художник не ограничивает исторический путь России 1000-летним пределом бытия в лоне христианства. Но вскоре по многим просьбам солидарных с художником зрителей, с восторгом принявших картину, она получила предложенное ими название – «Вечная Россия». Удивительный случай вхождения произведения искусства в народное сознание!

Рядом с горой Хараити у вод реки, символизирующей путь «из варяг в греки», – группа храмов: храм святой Софии в Константинополе как символическая колыбель христианской веры, начавшей утверждаться на Руси; продолжающие эстафету христианства храмы святой Софии в Новгороде и Киеве, другие знаменитые храмы, передающие торжество православия в своеобразной красоте архитектурных форм, отличающих разные российские земли и вместе с московским Кремлем рождающие впечатление некоего волшебного горнего града. А на фоне голубого неба черные языки дыма, напоминающие о суровых испытаниях, пережитых ариями, затем славянством и Россией на многовековом историческом пути.

В центре левой части картины возвышается фигура святого апостола Андрея Первозванного, просветителя скифов и славян, прошедшего с проповедью Евангелия через земли будущей России до Киева, Новгорода и Валаама. Рядом с ним княгиня Ольга, принявшая христианство в 955 году, русские князья и духовные лица, с именами которых связаны наиболее важные события в процессе утверждения христианства и государственности на Руси вплоть до татаро-монгольского нашествия.

Период ордынского ига запечатлен в волнующем символическом образе в левом нижнем углу картины. На поверженных наземь телах русского князя и его сына, на фоне кровавого пожарища, пирует торжествующий властитель Золотой орды. Его добыча – плененные жена и мать князя выставлены в качестве товара на невольничий рынок…

Заметим, что образ обнаженной красавицы княгини на выставках неизменно вызывает вопросы к художнику. Сущность этого образа сам Глазунов объясняет, ссылаясь на Шарля де Костера, автора известной «Легенды о Тиле Уленшпигеле», утверждавшего, что самое страшное, – это увидеть свою мать голую, продаваемую с торгов. Так символ национальной трагедии вырастает до общечеловеческого масштаба.

Ряд фрагментов картины напоминает нам о важнейших событиях и деятелях периода национального Возрождения, собирании сил для борьбы с ордынскими поработителями, переломным моментом в которой стала Куликовская битва. Мы видим вершину древнерусского искусства – рублевскую «Троицу», образы преподобного Сергия Радонежского и Дмитрия Донского, вынесенные в первый ряд наиболее выдающихся подвижников земли русской, а вверху, по линии стрелы, вонзившейся в «Троицу», – поединок инока Пересвета с золотоордынским богатырем Челубеем и обелиск, воздвигнутый в честь победы на Куликовом поле.

Центральная часть полотна отражает путь России от времен освобождения от ордынского ига до октябрьского большевистского переворота. Он представлен в виде всенародного Крестного хода, начинающегося у Кремля и олицетворяющего главный смысл народной жизни, определяемой православием. «Православие, – писал А. И. Ильин, – считалось отличительной чертой русскости – в борьбе с татарами, латинянами и другими иноверцами; в течение веков русский народ оценивал свое бытие не хозяйством, не государством и не войнами, а верою и ее содержанием: и русские войны велись в ограждение нашей духовной и вероисповедной самобытности свободы. Так было издревле – до конца XIX века включительно».

Среди участников Крестного хода мы узнаем образы великих молитвенников и предстателей российских перед престолом Господа, до сих пор освещающих наш путь, – Сергия Радонежского, Серафима Саровского, Иоанна Кронштадтского, а также российских монархов, прославленных полководцев, ученых, деятелей культуры.

Есть имена, писал В. Ключевский (кстати, тоже присутствующий в картине), которые носили исторические люди, жившие в известное время, но имена, уже утратившие хронологическое значение, выступившие из границ времени, когда жили их носители. Это потому, что дело, сделанное таким человеком, по своему значению так далеко выходило за пределы своего века, своим благородным воздействием так глубоко захватывало жизнь дальнейших поколений, что с личности этой, сделавшей в сознании поколений так много, спадало все временное и местное, и она из исторического деятеля превращалась в народную идею, а самое дело его из исторического факта стало практической заповедью, заветом, тем, что мы привыкли называть идеалом. Такие люди для грядущих поколений становятся не просто великими покойниками, а вечными их спутниками, даже путеводителями…

Таково имя преподобного Сергия Радонежского, который в самое тяжкое время примером своей жизни, высотой духа поднял упавший дух народа, пробудил в нем доверие к себе, веру в свое будущее. И потому при его имени народ вспоминает свое нравственное возрождение, сделавшее возможным и возрождение политическое, и затверживает правило, что политическая крепость прочна только тогда, когда держится на силе праведной.

Другим великим святым стал преподобный Серафим Саровский. Совсем недавно мы были свидетелями чудесного исполнения его же пророчества о перенесении его святых мощей в Дивеево. Он же предрек и великую смуту на Руси, и духовное возрождение Отечества после тяжких испытаний.

Одним из ближайших по времени к нам молитвенников был отец Иоанн Кронштадтский, чудотворец, религиозный мыслитель – страстный обличитель надвигавшегося на Россию зла, человек негромкого происхождения, ставший духовником царя, основатель многих монастырей, церквей, благотворительных заведений, снискавший поистине всенародную любовь. Введение этого образа в сферу нашей жизни было актом высокого гражданского мужества со стороны художника, ибо имя Иоанна Кронштадтского в черных большевистских списках занимало одно из первых мест.

Нельзя не заметить, что в ряду выдающихся подвижников земли Русской, канонизированных церковью и выведенных художником на самый первый план, центральное место занимает Федор Михайлович Достоевский. Значение его личности в новейшей российской и мировой истории ныне открывается во все более прогрессирующем масштабе. Приведем слова еще оного мыслителя русского Зарубежья профессора Владимира Ильина, как нельзя лучше подтверждающие правоту художника: «Россия имеет два великих сокровища: страдание ее праведников и мучеников – и Достоевского, эти страдания понявшего и истолковавшего. Революция сделала все возможное, чтобы оба эти сокровища, без которых Россия ничто, – отнять, растоптать, оплевать и уничтожить, и ей это почти удалось…»

Почти… Если бы не творчество и самого Ильи Глазунова, смысл и содержание которого неотрывны от личности гениального писателя и мыслителя, чей образ освещал самую первую выставку художника в 1957 году, произведшую эффект разорвавшейся бомбы, и сопутствует по сей день. Именно Глазунову был приклеен ярлык проповедника религиозной мистики, «достоевщины». Символично, что перед фигурой Достоевского предстоят образы крестьянской девочки и царевича Алексея, кровью которого обагрены лапы интернациональной большевистской своры, что заставляет вспомнить известные рассуждения великого писателя об аморальности такого прогресса, который оплачен ценой даже одной слезиночки ребенка.

Практически то же самое можно сказать и по отношению ко многим другим образам выдающихся деятелей русской истории, впервые появившихся на картине Глазунова. Например, о преданном проклятию Константине Петровиче Победоносцеве – обер-прокуроре Святейшего Синода, четверть века возглавлявшем религиозную политику России, воспитателе Николая II, задушевном собеседнике Достоевского; о выдающемся философе Константине Леонтьеве, запрещенном в предыдущие годы и не востребованном в годы перестройки, который, по словам Н. Бердяева, «острее и яснее других почувствовал антихристову природу революционного гуманизма с его истребляющей жаждой равенства»; о великом государственном гении Столыпине, настойчиво предупреждавшем, что народы, забывающие о своих исторических национальных задачах, – гибнут, превращаются в удобрение, на котором вырастают и крепнут другие, более сильные народы, и разработавшем грандиозную программу развития России на национальной основе.

Из исторических лиц, оставивших наиболее заметный отпечаток в отечественной истории, особая роль принадлежит монархам. Недаром самой главной мишенью революционных ниспровергателей всего мира было российское самодержавие. И до недавнего времени лютая ненависть, исповедуемая официальной идеологией, к фигуре царя была столь велика, что признание в симпатии к какой-либо из державных особ (за исключением, пожалуй, Петра I) было равносильно признанию в собственном безумии или государственной измене. Между тем Глазунов был единственным художником, к общему изумлению не боявшимся публично утверждать, что Россия не знала глупых царей, как не знала колоний, а наоборот, сплачивала вокруг себя народы, добровольно тянувшиеся под руку Белого царя, находя у него защиту от истребления соседями. С трагедийными образами российских самодержцев (Иван Грозный, Борис Годунов) мы встречались на ранних картинах. Естественно, что они присутствуют и на этом полотне, ибо святое отношение к царю в православной России составляло важнейшую черту народного характера или, по словам того же И. Солоневича, определяло доминанту народного характера.

Например, сравнивая две такие «равно упорные доминанты» (т. е. внутреннее «я» страны, от которого страна отказаться не может) – русскую и польскую, Солоневич писал:

«В России вся нация в течение всего периода ее существования непрерывно строит и поддерживает единую царскую власть. Крестьянство своей массой, духовенство своей идеологией, купечество – мошной и жилое (т. е. допетровское) дворянство своей военной организацией – каждый по-своему, но непрерывно упорно строили русскую царскую власть.

В Польше шляхетство и духовенство – при полном нейтралитете и пассивности остальных слоев населения – всячески урезывали королевскую власть и оставили от нее одну оболочку… В России народ нес царю свою любовь и свое доверие: термин «батюшка-царь» появился не совсем зря, и советский «отец народов» – это только неудачное литературное воровство. Польша рассматривала своих королей как врожденных и неисправимых жуликов: только не догляди – стащат все золото шляхетских и ксендзовских вольностей. В России даже мятежные движения все шли под знаменами хотя бы вымышленных, но все-таки царей. В Польше все мятежи шли в форме «конфедераций», то есть антимонархических организаций польской шляхты.

Сергий Булгаков, рассказывая в «Автобиографических заметках» о своем отношении к монархической идее, говорил о внезапно постигшем его прозрении, что «царская власть в зерне своем есть высшая природа власти не во имя свое, но во имя Божие…». И высказывает утверждение, что любовь к царю – это «стихийное чувство русского народа, на котором строилась русская государственность».

В. Розанов, размышляя о значении царя, писал, что «он есть лучший человек в России и, поистине, Первенец из всех, потому что самим положением своим и линией традиции… не имеет всецельным содержанием души никакого другого интереса, кроме как благо России, благо народа…».

Подобных высказываний немало у виднейших русских писателей и философов. А какая бездна народных пословиц, свидетельствующих о монархическом характере русского национального правосознания! «Без царя земля вдова»; «Богом да царем Русь крепка»; «При солнце тепло, а при государе добро» и т. д.

В классическом триединстве «православие, самодержавие, народность», наиболее полно выражающем дух российской государственности, понятие самодержавия занимает центральное место. И недаром в самом центре картины у подножия Святого креста мы видим основателя династии российских царей Михаила Романова вместе с человеком из простого народа, положившим за него жизнь, – Иваном Сусаниным. И здесь важно отметить, что пробуждающееся ныне в России почитание царя становится одним из выразительных признаков национального и религиозного возрождения. Все глубже укореняется мысль, что власть монарха, персонифицирующего народ, – оптимальная форма национальной организации жизни на принципах соборности. Идея соборности, к которой обращались почти все выдающиеся русские мыслители – от А. Хомякова до А. Лосева, наиболее точно выражающая сущность русской национальной идеи, сегодня рассматривается во многих философских изданиях, на страницах периодической прессы. Но художественное воплощение этого понятия в изобразительном искусстве в столь завершенном образе впервые предстало на полотне «Вечная Россия». История Отечества знает не только времена народных торжеств, имена великих деятелей: «От времени до времени, – пишет И. Ильин, – поднимался народный бунт (Смута, разиновщина, пугачевщина, ленинщина), когда находился Григорий, или Степан, или Емельян, или Ильич (Пугачев с университетским образованием), которые разрешали или прямо предписывали анархию посяганий и погромов. И разинские воззвания «иду истребить всякое чиноначалие и власть, и сделать так, чтобы всяк всякому был равен»; и пугачевские прокламации; и ленинские «грабь награбленное» – явления одного смысла и порядка. Приходила власть, призывавшая к бунту и грабежу; всякий «царь» или подданный, самозваный, лживый «лжецарь» узаконивал анархию и имущественный передел – и правосознание русского народа, поддаваясь смуте, «кривизне и воровству», справляло праздник безвластия, мести и самообогащения. Дурные силы брали верх, а русская история переживала великий провал».

О таких провалах на картине напоминает образ мученика Смутного времени патриарха Гермогена или фрагмент, где запечатлен посаженный в железную клетку Пугачев, охраняемый конвоем солдат. Как известно, этот воспетый большевиками «национальный герой», организовавший подобно им на иностранные деньги бунт, столь же свирепо грабил и расправлялся с простым народом, как и его кровожадные последователи, вооруженные марксистской теорией.

Глубокую и необычную разработку получила в картине такая большая и запутанная тема, как интеллигенция и Россия. Мы знаем, что лучшие представители творческой интеллигенции немало сделали для процветания и прославления Отечества. Но многие оказались среди тех, кто подбивал на смуту, подстегивал революционный разрушительный процесс. Так, на полотне особняком от общей массы персонажей выделяются фигуры трех известнейших писателей – «буревестника революции» Горького, певца «эпохи маузера» Маяковского и яснополянского столпа отечественной словесности Льва Толстого.

Образ последнего особо примечателен. Он изображен в позе зовущего за собой первооткрывателя нового пути, но ведущего в другую сторону от того, по которому веками двигалась Россия. И неслучайно его призыв остался как бы не услышанным истинными духовными водителями, а эффектный энергичный жест оказывается мертвым, лишенным духовной энергии. А куда зовет Толстой – объясняет его главный философский тезис, выписанный на фоне масонской атрибутики. Столь неожиданная трактовка образа Толстого вызывает у публики состояние, близкое к шоку. Поэтому хотелось бы дополнить сказанное несколькими мыслями.

Глазунов неоднократно разъяснял, что полностью признает писателя Льва Толстого гением русской литературы. Но тем не менее не может согласиться с рядом проповедовавшихся им идей, как не соглашались с этим и другие деятели национальной культуры, что выражено в образе на картине.

И действительно, вспомним о гневной отповеди Достоевского, данной Толстому по поводу его антиславянской и антинациональной позиции, занятой им во время русско-турецкой войны. Или глумливое отношение Толстого к сущности патриотизма, до сих пор приводящее в изумление людей, отстаивающих интересы России, почитающие их выше собственных. Или негативное отношение писателя к институтам государственной власти, перетолковывание основ христианской веры, наконец, проповедь непротивления злу насилием…

Обличая в статье «Над могилой Пазухина» растлевающую роль части российской интеллигенции, Константин Леонтьев воздал дань и Толстому: «И старый безумец Лев Толстой продолжает безнаказанно и беспрепятственно проповедовать, что Бога нет, что всякое государство есть зло и, наконец, что пора прекратить существование самого рода человеческого на земле.

И он не только жив и свободен, но и мы сами все, враги его бредней, увеличиваем его преступную славу, возражая ему!..»

Кому на руку были расшатывающие основы государственности и веры посылки гениального писателя, объяснять, наверное, не надо, тем более что ответ дается на самой картине.

Что же касается непротивленческой теории Толстого, то этот вопрос тоже не оставался без ответа и в духовной и светской литературе. Князь Сергей Трубецкой в своей изданной лекции о смысле жизни в древнерусской религиозной живописи говорит, что нет никакого противоречия в том, что икона как символ идеи вселенского мира, возвещающая конец войны, с незапамятных времен проносилась перед войском и воодушевляла на победу над врагом. И Сергий Радонежский благословил Дмитрия на подвиг, ибо не мог допустить мысль об осквернении церквей чужеземцами.

О прямой обязанности государства и каждого отдельного человека сопротивляться злу силой пишет И. Ильин: «Отказаться от этого значило бы предать слабых на угнетение или на растерзание сильным; или же предать свой народ на порабощение и эксплуатацию иностранцам. Человек имеет право прощать свои обиды, но не чужие страдания. Он имеет право жертвовать собою и своим имуществом, но не своими братьями и не своей Родиной».

Истоки, мягко выражаясь, «заблуждений» Толстого, возмущавших выдающихся людей России, было принято оставлять в тени. Широкой читательской публике они не были известны. К чему привело Россию недостаточное сопротивление злу силою мы видим в правой части картины, отражающей революционный и послереволюционный период истории России.

В верхней части картины пылает кровавое зарево революции, на фоне которого высвечиваются известные символы Петербурга – Петрограда, заполненного фанатичной людской массой народа. Ниже – фрагменты, повествующие о гражданской войне, похоронах Ленина. Далее – разгул террора: конвоир с собакой, переполненный концлагерь, за колючей проволокой которого заканчивался жизненный путь лучших представителей всех наций и сословий, а на воле гибли от неоднократно инсценированного голода десятки миллионов людей.

По заметаемым пургой трупам мчится апокалипсическая тройка, в возке которой восседает Сталин, а также психически сломленный гармонист, вызывающий ассоциации с персонажем известного романа Г. Климова «Князь мира сего», красноармеец и Павлик Морозов. Над этими «ездоками» возвышается фигура Троцкого, демонстрирующего добычу – царскую корону. Соединение Сталина и Троцкого в одном экипаже многим кажется странным. Но на этот счет существуют и другие мнения. Сталин разгромил Троцкого организационно как соперника личной власти. Но суть троцкизма, его «левый курс», особенно в области политики по отношению к крестьянству, Сталин и его сатрапы взяли на свое вооружение.

Выше мы видим фрагменты картины, относящиеся к периоду индустриализации, военным и послевоенным годам, наконец, к началу новейшего периода истории – периода перестройки. В ряду объектов, введенных здесь в изобразительную ткань полотна, выделяется высвеченная лучом прожектора «Авроры» башня Татлина (монумент III Интернационала). Ее очертания присутствуют и на других картинах Глазунова.

К этой же теме, как представляется, имеет отношение и другой многозначный объект, который видим на картине. Над творением переустроителей мира, вступающих в новую фазу деятельности – перестройки, зависла луна. При чем здесь луна, да еще представленная обратной стороной? Видимо, дело в том, что в центре верований арийских племен, от которых христианство приняло такие основные постулаты, как понимание мира в образе извечной борьбы света и тьмы, добра и зла, неизбежно заканчивающейся торжеством добра, вера в приход Спасителя – Сайошанты – было поклонение свету, Солнцу, огню (недаром зороастрийцев называли огнепоклонниками). Луна же считалась объектом темных, злых сил. И в данном случае то, что случилось с Россией на последнем этапе ее исторического пути, нельзя считать не чем иным, как результатом действия этих темных сил, пытавшихся, однако, представить свои деяния как величайшее благо. Но на картине мы видим как раз не фальшиво-лицевую, а истинную сторону этих деяний, т. е. изнанку, обратную сторону. И уж совсем субъективная ассоциация – кратеры на поверхности Луны, бесстрастно взирающей с высоты на происходящее, напоминают крапины от оспы на лице «вождя народов»…

Когда раздумываешь о событиях последних пятнадцати лет, когда Россия оказалась вновь на краю гибели и распада, то поневоле приходят на память трагические самобичующие строки поэта Максимилиана Волошина:

С Россией кончено… На последях

Ее мы прогалдели, проболтали,

Пролузгали, пропили, проплевали,

Замызгали на грязных площадях.

Распродали на улицах: не надо ль

Кому земли, республик да свобод,

Гражданских прав? И Родину народ

Сам выволок на гноище, как падаль…

Но все это уже было, было… И хочется верить в правоту того же Ивана Александровича Ильина, не терявшего веру в Россию:

«Мы научились хранить нашу национальную святыню в недосягаемости. Мы постигли таинство уходящего Китежа, столь недоступного и столь близкого, неразрушимого и всеосвящающего; мы научились внимать его сверхчувственному, сокровенному благовесту; в дремучей душевной чаще обрели мы таинственное духовное озеро, вечно отраженное, навеки не иссякающее, – боговидческое око русской земли, око откровения. И от него мы получили наше умудрение; и от него мы повели наше собирание сил и нашу борьбу, – наше национальное воскресение.

Вот откуда наша русская способность – незримо возрождаться в зримом умирании, да славится в нас Воскресение Христово!»

Этим настроением пронизана «Вечная Россия». И потому, несмотря на запечатленные на ней трагические коллизии – она, покоряющая своим колористическим богатством, осененная божественной мыслью и будто сотворенная крылом Ангела, – рождает чувства душевной гармонии, оптимизма и надежды.

В этих чувствах укрепляют нас и голоса многих и многих наших зарубежных соотечественников, переживших тяготы изгнания в годы революционного кошмара и достойно представлявших на разных континентах высокое звание России.

«Отряхните сон уныния и лености, сыны России! – доносится сквозь годы призыв архиепископа Иоанна Шанхайского. – Воззрите на славу ее страданий и очиститесь, отмойтесь от грехов ваших! Укрепитесь в вере Православной, чтобы быть достойными обитать в жилище Господнем и вселиться во святую гору Его! Воспряни, воспряни, восстань, Русь, ты, которая из руки Господней выпила чашу ярости Его! Когда окончатся страдания твои, правда твоя пойдет с тобой и слава Господня будет сопровождать тебя. Придут народы к свету Твоему и цари ко восходящему над тобой сиянию. Тогда возведи окрест очи твои и виждь: се бо придут к Тебе… чада твоя, в тебе благословящая Христа вовеки».

Илью Глазунова давно уже именуют пророком и национальным гением. Именно такие люди, по мнению И. Ильина, углубляют творческий акт своего народа до того уровня, до той глубины, которая еще недоступна их единоплеменным современникам: «Пребывая в своеобразии своего народа, они осуществляют акт классической глубины и зрелости и тем самым показывают своему народу его подлинную силу, его призвание и грядущие пути».

Таким классическим актом стало все творчество великого сына Отечества Ильи Глазунова, посвященное России, выдающимся аккордом которого зазвучала и отныне звучит на весь мир картина «Вечная Россия».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

10 лучших российских защитников по статистике ТТД

Проблема дефицита квалифицированных игроков обороны на повестке дня российского футбола стоит уже давно. Каждый тренер сборной констатирует, что особого выбора среди защитников у него нет. На флангах всё обстоит чуть получше, в центре – вообще печально, так что альтернативы вечным Игнашевичу и Василию Березуцкому пока нет и не предвидится. Чтобы в День защитника Отечества определить лучших отечественных защитников, мы не стали выбирать «на глазок», а обратились к объективным показателям – технико-тактическим данным, предоставленным InStat. Отметим, что мы приводим только профильные данные игры в обороне, а не все, которые учитывались при составлении нашего рейтинга (мы брали в расчёт и показатели в атаке, и базовые ТТД).

10. Роман Шишкин («Локомотив»)

Единоборства в обороне: 55% — 6 выигранных в среднем за матч.
Верховые единоборства: 51% — 2,8 выигранных в среднем за матч…
Отборы: 53% — 1,8 удачных в среднем за матч.
Перехваты: 4,9 в среднем за матч.
Подборы: 5 в среднем за матч.

Кем только не побывал Роман Шишкин по ходу этого сезона — и опорником, и центральным защитником, но в основном действовал всё-таки на правом фланге обороны. Если говорить о его продуктивности в атаке, то показатели «железнодорожника» на хорошем уровне. Три голевые передачи – результат нацеленности на пасы в штрафную, их Шишкин делает в среднем 4,8 за матч, больше, чем кто-либо из коллег по амплуа. Причём 64% оказывается точными. С его передач забивали Шкулетич, Майкон и Самедов. Если говорить непосредственно про оборонительные обязанности, то тут результаты Романа чуть выше среднего. Он часто вступает в борьбу, эффективнее делает это внизу, что неудивительно при росте 177 см. Из недостатков отметим обилие фолов по итогам 18 туров – 20, один из самых высоких показателей среди российских защитников.

9. Олег Кузьмин («Рубин»)

Единоборства в обороне: 51% — 5.
Верховые единоборства: 56% — 2.
Отборы: 51% — 2,6.
Перехваты: 6.
Подборы: 4,9.

Самый возрастной дебютант сборной России действительно очень хорош в этом сезоне. Кузьмин никогда не был главным героем СМИ, но всегда держал высокую планку. Олег достаточно полезен в атаке – на его счету 2 гола и результативная передача, а по количеству ударов по воротам он один из лидеров среди всех игроков обороны. Такая нацеленность на атаку всегда в плюс для крайнего защитника. Фолит Кузьмин ещё чаще Шишкина – 22 нарушения, – но и на себе собирает примерно столько же – 18. Игрок «Рубина» часто вступает в борьбу – причём с одинаковой интенсивностью и на своей половине, и на чужой. Также у него очень хороший показатель перехватов – на опыте он здорово читает игру.

8. Дмитрий Комбаров («Спартак»)

Единоборства в обороне: 51% — 4,6.
Верховые единоборства: 53% — 1,8.
Отборы: 53% — 1,9.
Перехваты: 6.
Подборы: 4,9.

Комбаров – игрок с ярко выраженным креном в сторону атакующих действий. Чему способствовала и тактика Дмитрия Аленичева в ряде матчей – с тремя центральными защитниками, что разгружало тёзку тренера в плане черновой работы. 2 гола и 4 результативные передачи – лучший показатель среди защитников, если оставить за скобками Рыбуся из «Терека», который всё-таки чаще играл в средней линии, а не в обороне. Что касается защитных действий Комбарова, то по меркам РФПЛ это средний уровень, но для российского сегмента – достаточный для попадания в десятку. Чаще всего Дмитрий выигрывает борьбу, в которую вступает охотно. «Второй этаж» — очевидно не его, зато с подборами и перехватами всё в порядке. Да и в целом показатели ТТД, если не сосредотачиваться только на оборонительных компонентах, у спартаковца достаточно высоки.

Дмитрий Комбаров

Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»

7. Сергей Петров («Краснодар»)

Единоборства в обороне: 58% — 5.
Верховые единоборства: 53% — 2,2.
Отборы: 69% — 2.
Перехваты: 5.
Подборы: 6.

Сергей Петров — даром что начинал как полузащитник – весьма полезен на всех участках поля. В среднем три раза за игру идёт в обводку с эффективностью в 73% — очень внушительно для флангового защитника. Точность передач – 88%. Хотя бы одна за матч достигает штрафной соперника. Процент выигранных единоборств – в районе 60% на всех участках поля. Очень хорош в отборе – две из трёх попыток приводят к овладению мячом.

6. Руслан Камболов («Рубин»)

Единоборства в обороне: 67% — 9.
Верховые единоборства: 72% — 5.
Отборы: 55% — 1,6.
Перехваты: 10.
Подборы: 7.

Надежды Камболов подавал ещё в дубле «Локомотива», но затем его карьеру словно поставили на паузу. Однако в «Рубине» Руслан показал приличный прогресс и по ключевым защитным компонентам стал одним из лучших российских игроков в РФПЛ.

Не Игнашевич с Березуцким пока, но ведь с центральными защитниками-россиянами в принципе напряжёнка. Имея навыки опорника, обладает хорошим пасом – 80% точности и 1,7 в среднем передач в штрафную за матч. Умеет отдать проникающий пас или сделать осмысленный длинный перевод. При среднем росте (180 см) подкупает высоким процентом и количеством выигранных верховых единоборств. Также один из лучших на своей позиции в лиге по перехватам – больше только у Армаша из «Кубани».

5. Кирилл Набабкин (ЦСКА)

Единоборства в обороне: 61% — 6.
Верховые единоборства: 52% — 1,2.
Отборы: 71% — 4,3.
Перехваты: 4,7.
Подборы: 7.

Если изучить статистику Кирилла Набабкина, станет ясно, как ему удалось в какой-то момент вытеснить из состава Георгия Щенникова, заняв непривычный левый фланг. Из фланговых защитников по КПД с ним в этом сезоне конкурируют только одноклубник Фернандес да Смольников с Денисовым. Может, проведи Набабкин полностью первую часть чемпионата, средние показатели у него бы ухудшились, но на счету Кирилла 10 матчей, и факт остаётся фактом: 4,3 удачных отбора за игру – лучший показатель для игроков обороны, сыгравших больше половины матчей, процент выигранных единоборств – очень хороший, всё здорово и с подборами и в атаке, и в обороне. 2 гола при двух ударах в створ, точность передач 86% — всё это заслуживает уважения и нового шанса закрепиться в основе весной.

4. Игорь Смольников («Зенит»)

Единоборства в обороне: 55% — 2,8.
Верховые единоборства: 59% — 1,2.
Отборы: 71%.
Перехваты: 3,4.
Подборы: 4,3.

17 ударов по воротам нанёс в первой части сезона защитник Смольников – больше, чем некоторые форварды, например, Думбия или Погребняк, сыгравшие примерно столько же матчей. В плане атакующего КПД Смольников наряду с «армейцем» Фернандесом – номер один в РФПЛ. На чужой половине его ТТД красноречивее: в среднем 4 передачи в штрафную за матч (правда, точность невысока), процент брака в передачах всего 15, 62% выигранных единоборств в атаке при 55% — в защите. Смольников – яркий пример современного флангового защитника, «многостаночника», полезного на всех фронтах. В обороне его приходится подстраховывать, но один в один он достаточно силён – это видно по проценту удачных отборов. Жаль, часть сезона оказалась для Игоря омрачена проблемами со здоровьем. Если бы не травмы, он мог занять место в тройке.

Игорь Смольников

Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»

3. Иван Новосельцев («Ростов»)

Единоборства в обороне: 67% — 6.
Верховые единоборства: 66% — 2,4.
Отборы: 64% — 2,1.
Перехваты: 8.
Подборы: 6.

Приход в «Ростов» Курбана Бердыева пошёл и без того здорово прогрессировавшему Новосельцеву только на пользу. В этом сезоне Иван был не только надёжен в центре, но и слева пригодился. Хотя атака, конечно, не совсем его стезя – тут он отмечается разве что первым пасом да длинными забросами к чужой штрафной без особой точности. Зато в обороне Новосельцев – один из лучших российских игроков этого сезона. Благодаря хорошей организации «Ростова» черновая работа равномерно распределяется между игроками, и свою часть Иван выполняет отлично. 67% выигранных единоборств – это две трети от всей борьбы. В воздухе показатель аналогичный. Новосельцев успешен в отборе, совершает большое количество перехватов на своей половине.

2. Василий Березуцкий (ЦСКА)

Единоборства в обороне: 61% — 7.
Верховые единоборства: 64% — 4,9.
Отборы: 73% — 1,3.
Перехваты: 10.
Подборы: 6.

Травма оставила ЦСКА без Василия на довольно долгий период – во всяком случае, мы уже отвыкли видеть красно-синих без неизменного тандема в центре обороны. В тех матчах, что Березуцкий провёл на поле, он по-прежнему был в полном порядке. 10 перехватов — он делит второе место во всей РФПЛ в этом компоненте среди защитников. Активно вступает в борьбу, выигрывая больше 60% таких микроэпизодов. Ну и с отбором мяча всё очень хорошо – один из главных специалистов в лиге по тому, что называется key tackle.

1. Сергей Игнашевич (ЦСКА)

Единоборства в обороне: 73% — 8.
Верховые единоборства: 77% — 4,7.
Отборы: 70% — 1,9.
Перехваты: 7.
Подборы: 7.

Сергей Игнашевич в свои 36 лет не стареет не только сердцем, но и физически. Он по-прежнему лучший центральный защитник в России по большинству ключевых компонентов. А как иначе, с его-то опытом и всеми возможными рекордами сборной России, покорёнными в этом году? https://www.championat.com/football/article-3267667-desjatka-gvardejcev-sbornoj-rossii.html Игнашевич выигрывает чуть меньше 8 из 10 единоборств в обороне и почти столько же верховых единоборств, неизменно эффективно идёт в отбор, а заодно бьёт и забивает при стандартах и отдаёт 85% точных передач.