Закон о религиозных объединениях

Свобода вероисповедания

Свобода

Базовые понятия

Свобода по темам

Рейтинги

См. также: Свобода совести

Свобо́да вероиспове́дания — право исповедовать и практиковать любую религию. Исторически значение термина расширялось, и в настоящее время свобода вероисповедания обычно понимается также как право не исповедовать и не практиковать никакой религии, проповедовать религиозные или другие мировоззрения и/или пропагандировать отказ от них.

История

В этом разделе не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 21 июня 2014 года.
Стиль этого раздела неэнциклопедичен или нарушает нормы русского языка. Следует исправить раздел согласно стилистическим правилам Википедии.

Древняя Персия (VI в. до н. э.) — Кир, Древняя Индия (III в до н. э.) — Ашока. Рим — терпимость к тем, кто признавал наряду со своими и римских богов.

313 — Миланский эдикт: письмо императоров Константина и Лициния, провозглашавшее религиозную терпимость на территории Римской империи.

после 1206 — Великая Яса Чингисхана, которой среди прочего провозглашена ограниченная веротерпимость: не запрещалось верить в своих богов, но требовалось верить в единого Бога.

1568 — закон о свободе совести и вероисповедания, принятый парламентом Венгрии в городе Торда.

1573 — Варшавская конфедерация в Речи Посполитой.

Почтовая марка США

1598—1685 — действие Нантского эдикта о веротерпимости (к гугенотам) во Франции.

1689 — Акт о веротерпимости в Англии.

1789 — Декларация прав человека и гражданина во Франции.

1791 — свобода вероисповедания закреплена Первой поправкой к Конституции США.

1844 — Эдикт о веротерпимости в Святой земле.

17 апреля 1905 г. — императорский указ Об укреплении начал веротерпимости в России.

17 октября 1906 г. — именной Высочайший Указ, данный Сенату «О порядке образования и действия старообрядческих и сектантских общин и о правах и обязанностях входящих в состав общин последователей старообрядческих согласий и отделившихся от Православия сектантов».

14 декабря 1906 г. — отменена статья 185 Уголовного кодекса Российской империи, каравшая за отпадение от христианства в нехристианство.

1917 — отмена черты оседлости.

1918 — отделение церкви от государства в Советской России (Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви).

Свобода вероисповедания в международном праве

Декларация прав человека

В Новое время — развивалась в системе двусторонних отношений как защита прав меньшинств (например, защиту прав православных в Оттоманской империи гарантировали её соглашения с Российской империей); в многосторонних отношениях с 1878 г.

Закреплена во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Свобода вероисповедания в России

Император Николай II 17 апреля 1905 года издал именной высочайший указ, данный Сенату — Указ об укреплении начал веротерпимости, где впервые в российской истории законодательно утверждались не только права на свободу вероисповедания лиц неправославного исповедания, но и устанавливалось, что отпадение от Православной веры в другое христианское исповедание или вероучение не подлежит преследованию. Кроме того, было легализовано старообрядчество и отменены существовавшие ранее запреты и ограничения для других христианских конфессий.

Религия с 20 января 1918 года считается в России личным делом каждого, что было провозглашено декретом Совета Народных Комиссаров РСФСР.

По Конституции РФ (Часть 2 Статьи 14):

Статья 14

1. Российская Федерация — светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной.

2. Религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом.

Федеральный Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» в 1997 году в преамбуле зафиксировал «особую роль православия в истории России, в становлении и развитии её духовности и культуры».

Примечания

  1. Erdélyi Múzeum — 56. kötet, 1994. 3-4.füzet. epa.oszk.hu. Дата обращения 10 декабря 2017.
  2. Правовое положение старообрядцев в начале XX века
  3. РУКОНТ — Национальный цифровой ресурс
  4. Свобода совести в православном государстве // Программа реформ П. А. Столыпина. Том 1. Документы и материалы. М.: «Российская политическая энциклопедия», 2002.
  5. Берлинский трактат см. ст. V, XXVII, XXXV, ХLIV, LXII
  6. ИМЕННОЙ ВЫСОЧАЙШИЙ УКАЗ, ДАННЫЙ СЕНАТУ, «ОБ УКРЕПЛЕНИИ НАЧАЛ ВЕРОТЕРПИМОСТИ» 17 АПРЕЛЯ 1905 г. // Полное собрание законов Российской империи. Собрание третье. 1905. — СПб, 1907, Т. 25, (№ 26126).
  7. Конституция Российской Федерации
  8. Федеральное Собрание Российской Федерации, подтверждая право каждого на свободу совести и свободу вероисповедания, а также на равенство перед законом независимо от отношения к религии и убеждений, основываясь на том, что Российская Федерация является светским государством, признавая особую роль православия в истории России, в становлении и развитии её духовности и культуры, уважая христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, составляющие неотъемлемую часть исторического наследия народов России, считая важным содействовать достижению взаимного понимания, терпимости и уважения в вопросах свободы совести и свободы вероисповедания, принимает настоящий Федеральный закон.

    — Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. N125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»

> Литература

  • Edge P. W. Religion and law: an introduction. Aldershot: Ashgate Publishing, 2006. ISBN 0-7546-3047-1, 0-7546-3048-X

Ссылки

  • Текст Федерального Закона «О свободе совести и религиозных объединениях»
  • Свобода религии на портале ООН
  • Сайт специального докладчика СПЧ ООН по свободе вероисповедания (англ.)
  • Комиссия США по свободе вероисповедания в странах мира (англ.)
  • Отдел по свободе вероисповедания Госдепартамент США (англ.)
  • Международная ассоциация свободы вероисповедания (англ.)
  • Международная федерация свободы вероисповедания (англ.)
Для улучшения этой статьи желательно:

  • Найти и оформить в виде сносок ссылки на независимые авторитетные источники, подтверждающие написанное.

Пожалуйста, после исправления проблемы исключите её из списка параметров. После устранения всех недостатков этот шаблон может быть удалён любым участником.

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

GND: 4125186-6 · LCCN: sh85112662 · NDL: 00571078

Ключевые понятия

Движения

Проблемы

Связанные темы

Светское право: от системы несовершенства к совершенной системе

От редакции. Публикуя статью А. Егорова, мы должны признать, что не все в ней может понравиться читателю: некоторые тезисы нуждаются в более подробном изложении, в иных случаях было бы полезно привести примеры (и особенно контрпримеры), хотелось бы увидеть исторический экскурс: попытки построить право на следовании Божией правде уже были, и т. д. Но тем не менее мы рассматриваем эту работу как очень важную и полезную, так как она написана вопреки дурному обычаю, которому, к сожалению, следует часть православных христиан и который состоит в пренебрежении светским правом. При этом довольно часто те люди, которые декларируют, что они выше права, на деле оказываются ниже его, ибо Бог поругаем не бывает (Гал 6:7) и не вознаграждает ни гордыни, ни невежества.

“Бог есть совершенство, а потому совершенен и гармоничен сотворенный Им мир”, — такими словами предваряют авторы Основ социальной концепции Русской Православной Церкви (далее — Концепция) характеристику современного светского права1. Таким образом, гармоничность мира и его обустроенность несомненно предполагают и совершенство права как регулятора видимых, проявляющихся вовне поступков человека. Юристы такую правовую гармонию называют системностью права, или его системой, под которой понимается всего лишь наличие “однопорядковых, взаимосвязанных и взаимодействующих элементов”, названных нормами права или правилами поведения2. Но системность и гармония, а тем более системность и совершенство не есть тождественные понятия. К сожалению, современная юриспруденция не знает названных критериев продолжения Божественного бытия и лишена подобного научного предмета. Как следствие, созданная система права либо неработоспособна, наподобие реформированной постсоветской системы, либо ужасна по своим функциональным последствиям, каковой была советская сталинская система права. Корень зла — не в отсутствии сбалансированности элементов, а в качестве связей с Божественным совершенством, формальным (внешним) источником которого является Священное Писание.

В последнее время стали появляться работы, посвященные анализу Божественных норм с точки зрения их применимости в гражданском обществе и, в частности, в правовой системе3. Но изначально в них не решен основной вопрос — подчинение любой нормы права и любого из правовых институтов Божественным законам, при котором системность права станет истинной, а не формальной, представляющейся в виде правовых норм, институтов и отраслей права. Иными словами, системность рождается в Истине, а не в форме, а облачается, напротив, в форму, а не в Истину. Ни одна норма по своей форме не может считаться богоданной. Она — продукт труда законодателя, будь то в форме закона, указа или постановления. Но по сути совершенства и гармонии она должна рождаться в недрах Истины, подобно любому созерцаемому предмету или материальному явлению.

Правовая наука вместо Бога называет некие объективные и субъективные факторы, которые якобы лежат “в основе любой системы права”4. Тупиковость этих факторов очевидна. Как могут, например, экономические или политические условия способствовать созданию и функционированию системы права, если сами они обезличены и непостоянны, а закон конкретен и непреходящ, какие бы формы он ни принимал: Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться,и нет ничего нового под солнцем (Еккл 1:9–11).

Каковы же критерии построения системы современного права? Стоит заметить, что другие религиозные общества, не тронутые в отличие от христианского общества богоборческими потрясениями, давно создали и используют такую систему критериев. Самым главным в построении совершенной системы норм является соответствие последних элементам зафиксированного предания. Так, система мусульманского права соответствует шариату, существующему в форме Корана и иных признаваемых религиозным сообществом книг, система индусского права — традициям брахманского учения и т. д. И только христианское общество, сотрясаемое искушениями мамонизма и коммунизма, отошло от традиций первичности Священного Писания как основного системообразующего элемента иерархии норм права. Вторым же таким элементом должны выступить творения Отцов Церкви как толковательный ориентир создаваемых и функционирующих норм. Сегодня трудно говорить о третьей составной, ориентирующей на образование системы права, — церковном праве, поскольку основная масса населения не задействована в церковном процессе. Но удержаться от погибели и самому современному светскому праву нужно хотя бы при помощи двух первых критериев: Если же отвратится сердце твое, и не будешь слушать, и заблудишь <…> погибнете и не пробудете долго на земле (Втор 30:17–18).

На первый взгляд Концепция большое внимание уделяет оценке преступления и характеру наказания. Но это не означает, что только уголовное право является предметом анализа поступков христианина. Речь идет в целом о грехе и воздаянии за него. Недооценка и таким образом сужение понятия греха приводит к массовым правонарушениям в имущественных, семейных, трудовых и других отношениях, что на практике уже грехом и не считается.

Понятие греха в его доктринальном и духовно-практическом смысле должно восприниматься как любое противное Божественным заповедям поведение человека, будь то в сфере хищения имущества или нарушения авторских прав, в области антиконституционного непослушания властям или разводов в семье. К сожалению, наша правовая система далека от такого “греховно-идеального” правопонимания (я не говорю уже относительно каждого члена общества).

В Концепции отмечается характер “разведенности” преступления и наказания, то есть наличие разрыва во времени между содеянным грехом и понесенным возмездием. В светском праве, напротив, существует принцип неотвратимости наказания, который воспринимается как скорейшее и обязательное создание неблагоприятных последствий для нарушителя. С бытийной точки зрения такой подход оправдан в первую очередь по причине краткости человеческого века в этом мире. Для виновно­го — благо — понести наказание в этой жизни, тем более если оно подкреплено истинным покаянием. Но чем это “виновное благо” будет являться для других участников правоприменительного процесса — должностных лиц судов, прокуратур, милиции и полиции? Ведь они, представляя лицо общества, как и все общество, жаждут скорейшего возмездия. Недаром наше законодательство переполнено сроками — 2 месяца для предварительного расследования, 10 дней на обжалование и т. д. Причина тому — в необоснованном богоборческом присвоении человеком Божественных функции воздаяния. И потому временные сроки должны быть пересмотрены в пользу нарушившего закон.

Частная картина преступления и наказания, определенным образом изложенная в Концепции, не влияет на общее правопонимание греха и его пагубности для человеческой души. Грех вошел в мир по причине свободы человека, которой он не смог должным образом распорядиться. Не много ли нам и сегодня этой свободы? В правовой системе господствует так называемый либеральный принцип: “разрешено все, что не запрещено”. В результате предполагаемое правомерное поведение превратилось в нерегулируемый беспредел, который и нарушением закона назвать нельзя по причине отсутствия нарушаемого закона. Из области правового регулирования человеческих отношений выпали такие важные компоненты, как отношения любви, дружбы, почтительности и иные этико-нравственные компоненты. Причем уже в учебных заведениях преподаватели права с неким профессиональным удовольствием говорят о том, что есть сферы, неподвластные праву. Но тогда какими нормами они регулируются? Нормами безнравственно-бездуховными, так как ни Божий закон, ни закон человеческий уже не руководит поступками людей. Если в душе человека будет господствовать ненависть, обман, то какие бы хорошие законы, нацеленные на внешнее поведение человека, мы ни принимали, они не будут действовать. В лучшем случае они будут формально исполняться. Дело же закона написано Богом в сердцах человеческих (см. Рим 2:15), и право в истинном его понимании призвано не допустить превращения мира в ад5. Для этого право должно активнее вторгаться в сферу межличностных отношений, где нет места свободе6, а где должен присутствовать тот же Божественный императив: “не делай другому того, чего не желаешь себе”.

Современные ученые-юристы продолжают спор о таком вопросе, как происхождение права. В юридической науке ему посвящена обширная литература7. Но ответ на вопрос о причинах происхождения этого нормативного регулятора банален. Право, по мнению большинства исследователей, возникло по своего рода материалистическим причинамкак некий общественный договор, как гарант независимости, как результат появления классов и т. д. Ближе всех к истине подошел Фома Аквинский, который определил Божественный характер происхождения права, но и он до конца не постиг глубины свершившегося. Бог не просто дал Закон Моисею, а через него и всему человечеству, Он открыл истину греха, который лишил человека Рая. В противном случае человек мог бы и не принять закон, как он не принял его, нарушив запрет Бога на вкушение от древа добра и зла. Но истина греха заставила человека содрогнуться. И потому право появилось не в результате страха человека перед причинением ему вреда другим человеком, а в результате страха продолжения греховного падения всех и каждого. Поэтому можно сказать, что человеческое право появилось незамедлительно после изгнания человека из Рая, с момента первого грехопадения.

Концепция не определяет понятия права, как это охотно делают правоведы. Она не определяет его нормативного содержания, да и вообще очень осторожно подходит к оценке значимости современного права в жизни общества. И это понятно. За последние десятилетия право перестало быть гарантом мира и стабильности. Напротив, с его помощью “узаконили” ужасающие явления — аборты, наркоманию, блуд. Вряд ли сегодня стоит всерьез относится к светскому праву как к гаранту “не­пре­вращения мира в ад”. Секуляризованный закон не есть закон общества, он есть похоть индивида, твердящего о своих естественных неотчуждаемых правах и одновременно творящего беззакония. Современный закон развращает общество либо свободой, либо непонятными притеснениями.

Человеческий закон должен быть основан на нормах Священного Писания. И задача сегодняшней юриспруденции — помочь праву в таком становлении. Некогда европейская культура, не отвергнувшая нормы Евангелия, сумела создать стабильную схему человеческих поступков, соразмерных принимаемым законам, которые стараются не противоречить нормам Писания. Современное европейское и российское общество, искушаемое и страдающее, не имеет и такой примитивной схемы. Советские декреты до сих пор лежат в основе взаимоотношения Церкви и государства, а по сути дела Бога и человека. Процесс налаживания их отношений, начавшийся в последнее время, скорее формален, но хотя бы эта формальность может поспособствовать созданию формальных рамок закона с нравственно чистым содержанием боговдохновенного начала.

Что для этого необходимо сделать?

В основе возрождения светских нормативных регуляторов должны быть изначально заложены канонические принципы формирования новых и реформирования существующих норм. И только затем можно изменять конкретику регулирования отношений.

Первый принцип заложен в первой Заповеди: Аз есмь Господь Бог твой; да не будут тебе бози инии, разве Мене. Реализация этого принципа должна победить богоборческие тенденции в праве, когда основными являются стороны правоотношений, удовлетворяющие свой личный, иногда богомерзкий интерес. В отношениях между субъектами (так людей формально именует право) должен находиться не личный и даже не государственный интерес, а идея благоденствия, которую мы сейчас называем безликим словом справедливость. Идея благоденствия — это и путь служения Христу, и ограничение самого себя ради высшей цели, если не ради ближнего. Нормативно эти правила должны быть изложены в первых статьях кодексов, например, в следующем виде: “целью заключения договора является его исполнение” вместо существующей сегодня цели “удовлетворения потребностей участников гражданских правоотношений”. В уголовных нормах должен внедриться принцип страдания виновного, а не кары, возлагаемой человеком, может быть, более грешным по своей духовной сути, чем осужденный.

Идея благоденствия — это светлый путь правды в праве, на котором кажущаяся безликость исполнения должного возвращает личность к истоку богоподобия.

Второй принцип, которым должно наполняться светское право, это принцип непосредственного нормативного участия Божьего Закона в делах правды. Заповеди не убий, не укради, не прелюбы сотвори и другие должны внедряться повсеместно с помощью вновь принимаемых норм, причем толкование этих заповедей должно носить не узконормативный, а широкий доктринальный характер. Так, заповедь не убий должна касаться не только норм уголовного права, но и гражданских правоотношений, где имущественное разорение нередко доводит до отчаяния и страшных последствий самоубийства. Заповедь не прелюбы сотвори должна касаться не только семейных отношений, но и уголовных, где сегодня отсутствуют санкции за подобные злодеяния.

Таким образом, в основе нормотворчества должны находиться заповеди Божии, так или иначе присутствующие сегодня в жизни. Но помимо нормотворчества современная правовая система больна и пороками правоприменения, может быть, даже еще большими, так как именно там кипят страсти, рушатся надежды, ломаются жизни. Заповеди Блаженства — вот спасение сегодняшним алчущим правды, плачущим за ближнего, терпящим за веру. Враз мы не создадим идеальную систему правоприменения, как, наверное, в отличие от хороших законов, не создадим таковую и вовсе. Но постоянное привыкание к правде должно стать элементом этой системы. Судья — порождение общества, а отправление правосудия — это заложничество не только истца и ответчика, но и суда, от норм светского права. Это нормативное заложничество отягчается еще и нравственной беспринципностью субъектов права, оказывающих (пусть и не для себя) себя как глупцов гордости и порока. И если мы когда-нибудь сможем создать хорошие законы, мы никогда не создадим хорошее их претворение в жизнь, так как грех пришел с человеком, с человеком и уйдет. Поэтому основная задача правоприменения — оградить человека от продолжающегося грехопадения, а не восстановление в правах, имуществе, как полагают современные теоретики и практики правоприменения. Если будет выполнена эта задача, то последует безболезненная реализация и видимых формальностей — вещей, извинений и т. п. В противном случае существование правоприменения будет бессмысленным, а люди больше будут обращаться к избранным ими же авторитетам, а не к официальным органам, что в сегодняшнее время и происходит в православном обществе.

Конечно, мир, лежащий во зле, глух к голосу добра. Но свет Истины способен просветить любого. История знает много поразительных примеров обращения к этой Истине. И всякий раз, готовясь к принятию Святых Христовых Тайн, мы говорим:яко разбойник исповедаю Тя: помяни мя, Господи, во Царствии Твоем.

Аминь.

1Основы социальной концепции Русской Православной Церкви // Альфа и Омега. 2000. №№ 3(25), 4(26).

2Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах. Т. 2. Теория права.М., 1998. С. 11.

3Папаян Р. А. Христианские корни современного права.М., 2002;Каневский К. Социальная концепция Русской Православной Церкви. Институт государства глазами православных христиан // Российская юстиция. 2003. № 2 и др.

4Общая теория государства и права. Т. 2. С. 11.

5Концепция (Раздел IV. 2).

6Здесь может возникнуть недоразумение, связанное с различным пониманием свободы. В области межличностных отношений человек, разумеется, свободен — но той свободой, которая предполагает добровольную ответственность: нельзя принуждать к вступлению в брак, но брачные обеты необходимо соблюдать. То же можно сказать и об отношении к детям и к родителям. — Ред.

7Морган Л. Древнее общество. М., 1934;Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1994;Каманина Т. В. Происхождение государства и права. Современные трактовки и новые подходы. М., 1999 и т. д.

Тайна исповеди как вид профессиональной тайны Текст научной статьи по специальности «Право»

Список литературы

1 .Барабаш А. О некоторых свойствах трудового правоотношения // Государство и право. 2003. № 12.

2.Бару M. И. Охрана трудовой чести по советскому нраву. М., 1966.

3.Бачило И. Персональные данные в сфере бизнеса // Закон. 2002. № 12.

4.Дегтярев С. Л. Возмещение убытков в гражданском и арбитражном процессе. М, 2001.

З.Зайцева О.Б. Персональные данные работника и их передача работодателю в связи с трудовыми правоотношениями // Трудовое право. 2003. №7. 6.Кузьмин А.Э. Правовая защита коммерческой тайны // Правоведение. 1999. № 5.

I.Ожегов С.И. и Шведова II. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1998.

8.Ситншова ET. Привлечение работника к материальной ответственности // Трудовые споры. 2004. № 11.

9.Станкин М.И. О некоторых вопросах компенсации морального вреда, причиненного работнику // Трудовое право. 2003. № 4.

10. Шаклеина C.B. Персональные данные работника как объект трудоправовой охраны: некоторые особенности // Научные труды филиала МГЮА в городе Кирове. Вып. 9 / Под ред. проф. С.М. Кочои. Киров, 2004.

II. Эрделевский A.M. Компенсация морального вреда в трудовых правоотношениях // Трудовое право. 2003. № 1.

12. Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания. М., 1998.

Об авторе

И.В. Закалюжная — канд. юрид. наук, доц., Брянский государственный университет им. академика И.Г. Петровского, bryanskgu@ mail.ru

УДК 347.98

ТАЙНА ИСПОВЕДИ КАК ПРОФЕСИОНАЛЬНЫЙ ВИД ТАЙНЫ

И.С. Кондрашова

Изложено содержание тайны исповеди как одного из видов профессиональной тайны. На основе действующего законодательства раскрывается понятие профессиональной тайны. Установлено правовое регулирование института тайны священнослужителя. Используя внутрицерковные акты, показано какие сведения отнесены, к охраняемым тайной исповеди. Определяется круг субъектов, являющихся носителями тайны исповедовавшегося. Показано, в каких случаях церковные акты разрешают священнослужителю нарушить тайну исповеди.

Ключевые слова: исповедь, профессиональная тайна, тайна исповеди, лишение сана, открытие исповеди.

Исповедыо в христианстве и некоторых других религиях и культах принято называть покаяние в грехах перед священником как представителем Бога. Подобная процедура предполагает особо доверительный характер отношений между исповедующимся и священнослужителем. Поэтому, не случайно тайна исповеди является охраняемой законом профессиональной тайной.

Согласно п. 5 ст. 9 Федерального закона от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» профессиональной тайной признается информация, полученная гражданами (физическими лицами) при

Вестник Брянского госуниверситета. М2 (2008)

исполнении ими профессиональных обязанностей или организациями при осуществлении ими определенных видов деятельности .

В соответствии с п. 7 ст. 3 Федерального закона от 26.09.1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях «, тайна исповеди охраняется законом. Гарантии освобождения священнослужителя от оглашения сведений, ставших ему известных из исповеди, содержится в процессуальном законодательстве. Пункт 11 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ так и гласит: «Священнослужитель не может быть привлечен к ответственности за отказ о дачи показаний по обстоятельствам, которые стали ему известны из исповеди». Гражданско-процессуальный кодекс РФ освобождает от обязанности давать свидетельские показания священнослужителей только тех религиозных организаций, которые признаны государством и прошли государственную регистрацию.

С точки зрения права положения относительно тайны исповеди понятны и ясны. Интерес для нашего исследования представляют «законы» церкви. Как церковь подходит к сведениям, составляющим названную тайну? Имеет ли священник, исходя из положений церкви, право открыть тайну исповеди и в каких случаях?

Согласно п. 9-10 Прибавления о правилах причта церковного и чина монашеского к Уставу Духовной Коллегии, «после исповеди запрещается священнику, под опасением строжайшего наказания, открывать грехи детей свих духовных ни прямо, ни ка-кими-либо намеками, в ссоре или при других обстоятельствах. например в суде» .

Исповедь должна оставаться в строгой тайне, хотя бы открытие того или иного греха, сказанного на исповеди, иногда могло бы даже полезно в каком-либо отношении. К примеру, священник не может:

— сообщать светской власти сведения об умерших от побоев и отравы, о которых он узнал на исповеди;

— открывать преступника, сознавшегося в преступлении, хотя бы этим мог раскрыть дело или спасти невиновного, несправедливо обвиняемого в преступлении;

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

— требовать гражданским путем похищенной у него вещи, хотя бы на исповеди узнал, кто украл у него эту вещь и у кого она находиться;

— открыть родителям о проступках их детей, хотя бы знал, что откры тие это могло бы принести пользу для тех или других и т.п. Если священник расскажет родным исповедавшегося то, что этот последний передал ему на исповеди, то подлежит лишению сана .

Кроме того, священник, узнавший на исповеди подделывателя монеты, не должен доносить об этом светскому начальству, свое же недоумение по поводу услышанного на исповеди об этом и о другом чем-либо, он только может представить своему Архипастерю и у него просить разрешения, не открывая при этом лица исповедника .

Такие положения не являются не желанием церкви сотрудничать со светской властью. Как объясняют Церковные Ведомости «возбуждение формального преследования за разными правонарушениями есть дело законной судебной власти, которая располагает достаточными средствами к расследованию юридических преступлений, и духовник не должен на лиц, исповедующихся у него, делать под страхом лишения сана, доносить, т.к. исповедь кающихся не суд, а нравственная врачебница» .

Во всех подобных случаях, когда открытие сказанного могло быть полезно в ка-ком-либо отношении, духовник ничего более не может сделать, как силою своего убеждения и мерами духовных наказаний расположить виновных в каких-либо преступлениях к тому, чтобы они сами сознались в своих преступлениях не только на исповеди, но и перед судом человеческим .

Даже казалось бы в столь важной для церкви ситуации, при посвящении в сан, когда необходимо выявить непорочность, достойность посвящаемого, священнослужитель связан тайной исповеди. Согласно положениям церкви, перед посвящением в сан

так называемый «поставляемый» должен исповедоваться (во всех грехах, совершенных им в течение всей предшествующей жизни) перед особым духовником. Последний же после исповеди должен доносить: не нашлось ли за «поставляемым» грехов, делающих его недостойным ноставления, не называя однако самого греха.

Между тем, церковные правила позволяют священнослужителю услышанное на исповеди использовать в строго определенных случаях. В частности, священник может воспользоваться слышанным на исповеди для того, чтобы составлять свои проповеди «сообразно потребностям и нуждам паствы (но и здесь требуется самая крайняя осторожность, чтобы не повредить или не подать соблазна немощным)» .

Иными словами, если священник использует (или случайно может использовать) в публичном общении информацию, ставшую ему известной из исповеди, то он вынужден тщательно выверять свое поведение, поскольку даже ничтожный намек при определенном стечении обстоятельств может повлечь за собой полное разглашение вверенной ему тайны.

Такого рода пример приводит из книги немецкого криминалиста Г. Шнейкерта приводит 1С).С. Пилипенко: «Один молодой и очень любимый аббат был окружен в салоне дамами, которые мучили его вопросом о том, каково было содержание первой принесенной ему исповеди. После долгого сопротивления аббат решил, что религия не запрещает говорить о грехах, в которых принесено покаяние, но лишь не следует при этом называть имени исповедовавшегося, поэтому он рассказал, что первым сообщением ему на исповеди грехов была супружеская измена. Несколько минут спустя в залу входят запоздалые гости: маркиз X. и его молодая жена. Оба они обратились к аббату с упреком по поводу того, что он редко навещает их, причем маркиза громко воскликнула: «Это некрасиво, что вы так невнимательно относитесь ко мне, вашей первой духовной дочери!» .

Следует также отметить, что тайна исповеди связывает и тех, которые каким бы ни было образом узнали о грехах другого, сказанных на исповеди. Это может быть:

— епископ, на разрешение которого священник предлагал известных грех своего духовного сына;

— переводчик, который был посредником между духовником и кающимся;

— бывшие при исповеди больного, которого без помощи посторонних нельзя было исповедовать;

— те, кто услышал исповедь или заметил из взора, движения и обращения духовника или самого кающегося.

Открытие услышанного на исповеди, как указано в Книге для священно-церковно-служителей, может быть прямое и непрямое. Откры тие прямое может быть в таких случаях, когда духовник на исповеди предлагает исповедующемуся вопросы о таких грехах его, о которых узнал из исповеди другого. Открытие непрямое будет, когда духовник во время исповеди кающихся употребляет такие движения и знаки, по которым другие могут догадаться о том, что было на исповеди, — когда духовник с исповедующимся громко говорит, так что другие могут слышать, и т.н.

По Духовному Регламенту, священник за открытие слышанных на исповеди грехов, кроме вышеуказанных случаев, подвергается лишению сана .

Между тем, п. 11 Прибавления о правилах причта церковного и чина монашеского к Уставу Духовной Коллегии позволяет священнослужителю нарушить тайну исповеди в двух случаях:

1). Если кто, при исповеди, объявит духовному отцу своему об умысле на честь и здравие Государя, или о намерении произвести бунт и измену, и объявляя о том, что не покажет искреннего раскаяния и твердой решимости оставить свое намерение или молчанием духовника еще более утвердиться в своем преступном намерении; то духовный отец должен доносить об этом немедленно, так как токовая исповедь не есть правильная, ибо исповедующийся не во всех беззакониях своих кается. Однако, надле-

Вестник Брянского госуниверситета. №2 С2008)

жит духовнику, в том объявлении, не открывать именно показанное на исповеди, но только сказать, что такой то, показав его имя и звание, имеет злой умысел против Государя или государства и не раскаянное к тому намерение; вследствие сего извещения, подозреваемый немедленно должен быть взят под стражу. По взятии же его и начатия уголовного следствия, духовник обязан, без всякой утайки, во всех подробностях объявить всё услышанное им о том злом намерении .

2). Если бы кто умышленно произвел какой-либо соблазн в народ, могущий иметь вредные последствия для Церкви и общества, например, разгласил какое-либо должное и небывалое чудо и, признавшись в том на исповеди, не изъявил бы согласия или намерения публичным признанием в произведенном им обмане положить предел соблазну и вредным последствиям, происходящим или могущем произойти от него для Церкви и отечества; то духовник также должен открыть об этом епархиальному начальству .

В соответствии с Духовным Регламентом и в том, и другом случае открытие слышанного на исповеди не является нарушением тайны исповеди. Согласно Регламенту, «объявление о беззаконном намерении, которого исповедующий оставить не хочет и во грехах себя не вменяет, не может быть признано за исповедь, а должно пониматься как коварное ухищрение к прельщению своей совести; равным образом нельзя признать исповедь правильной, когда исповедующийся не всех беззакониях своих кается» .

Думается, что вышеизложенные положения Прибавления о правилах причта церковного и чина монашеского к Уставу Духовной Коллегии, дающие право священнослужителю нарушить тайну исповеди, связаны прежде всего с тем, что в период написания и издания Прибавления государство не носило светский характер. Всякое покушение на светскую власть рассматривалось как покушение на верховенство власти церковной.

Таким образом, получается, что тайна исповеди является охраняемой с точки зрения закона и положение, что священнослужитель не может быт ь привлечен к ответственности за отказ о дачи показаний по обстоятельствам, которые стали ему известны из исповеди является незыблемым. Вместе с тем, нормы церкви, регулирующие статус священнослужителя, содержат исключения из правила о неразглашении тайны исповеди.

Список литературы

1. Федеральный закон от 27.07.2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» // Собрание законодательства РФ. 2006. N 31 (ч. I). Ст. 3448.

2. Федеральный закон от 26.09.1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 39. Ст. 4465.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

3. Духовный Регламент (Устав Духовной Коллегии) 25.01.1721 г. // Сборник памятников по истории церковного права, преимущественно русской церкви до эпохи Петра Великого. Выпуск 2 / Сосг. В.Н. Бенешевич. Петроград: Тип. АО тип. дела, 1915. с. 94-155.

4. Прибавление о правилах причта церковного и чина монашеского к Уставу Духовной Коллегии 1722 г. // Сборник памятников но истории церковного права, преимущест-

1. В Российской Федерации гарантируются свобода совести и свобода вероисповедания, в том числе право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, совершать богослужения, другие религиозные обряды и церемонии, осуществлять обучение религии и религиозное воспитание, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними, в том числе создавая религиозные объединения.

Иностранные граждане и лица без гражданства, законно находящиеся на территории Российской Федерации, пользуются правом на свободу совести и свободу вероисповедания наравне с гражданами Российской Федерации и несут установленную федеральными законами ответственность за нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях.

2. Право человека и гражданина на свободу совести и свободу вероисповедания может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов человека и гражданина, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. Установление преимуществ, ограничений или иных форм дискриминации в зависимости от отношения к религии не допускается.

4. Граждане Российской Федерации равны перед законом во всех областях гражданской, политической, экономической, социальной и культурной жизни независимо от их отношения к религии и религиозной принадлежности. Гражданин Российской Федерации в случае, если его убеждениям или вероисповеданию противоречит несение военной службы, имеет право на замену ее альтернативной гражданской службой.

5. Никто не обязан сообщать о своем отношении к религии и не может подвергаться принуждению при определении своего отношения к религии, к исповеданию или отказу от исповедания религии, к участию или неучастию в богослужениях, других религиозных обрядах и церемониях, в деятельности религиозных объединений, в обучении религии. Запрещается вовлечение малолетних в религиозные объединения, а также обучение малолетних религии вопреки их воле и без согласия их родителей или лиц, их заменяющих.

6. Воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и свободу вероисповедания, в том числе сопряженное с насилием над личностью, с умышленным оскорблением чувств граждан в связи с их отношением к религии, с пропагандой религиозного превосходства, с уничтожением или с повреждением имущества либо с угрозой совершения таких действий, запрещается и преследуется в соответствии с федеральным законом. Проведение публичных мероприятий, размещение текстов и изображений, оскорбляющих религиозные чувства граждан, вблизи объектов религиозного почитания запрещаются.

7. Тайна исповеди охраняется законом. Священнослужитель не может быть привлечен к ответственности за отказ от дачи показаний по обстоятельствам, которые стали известны ему из исповеди.

Формы религиозных объединений

Ирина Стародубцева, аудитор-эксперт RosCo — Consulting & audit

В каких формах могут создаваться религиозные объединения? Какие требования предъявляются к религиозным организациям?

Религиозные объединения могут создаваться в форме религиозных групп и организаций. И если в первом случае такие группы не признаются субъектами гражданского права, то религиозные организации являются юридическими лицами.

Важно!

Но в любом случае создание религиозных объединений запрещены в рамках государственных органов власти и в государственных учреждениях.

Типы религиозных организаций

Религиозные организации в зависимости от территориальной сферы своей деятельности подразделяются на местные и централизованные (п.2 ст.8 Закона №125-ФЗ). Кроме того, центральной религиозной организацией может быть создано учреждение или организация.

Религиозные организации

местные

центральные

учреждение

-не менее 10 участников, достигших возраста 18 лет;

-не менее трех местных организаций.

-созданные централизованной религиозной организацией в соответствии со своим уставом, имеющие цели и признаки, указанные в п.1 ст.6 Закона №125-ФЗ (вероисповедание, совершение богослужений, обрядов, церемоний, обучение религии и религиозное воспитание своих последователей).

-участники постоянно проживают в одной местности либо в одном городском или сельском поселении.

Важно!

Каждому типу религиозных организаций предъявляются свои требования.

Так, ГУ Минюста РФ было вынесено предупреждение в отношении одной из местных религиозных организаций Евангельских христиан-баптистов, в котором указывалось, что члены религиозной организации должны постоянно и на законных основаниях проживать в одной местности. Религиозная организация пыталась оспорить данное законоположение.

Однако КС указал, что оспариваемое законоположение, определяет лишь условия создания и деятельности местной религиозной организации и не предполагает, что проживание в одном муниципальном образовании является обязательным условием членства в местной религиозной организации. Как отметили судьи, под одной местностью должна признаваться часть территории РФ, проживание в границах которой обеспечивает возможность совместного исповедания и распространения веры посредством совершения религиозных обрядов и церемоний (Определение КС от 25.01.2012 г. №115-О-О).

Что требуется для регистрации религиозных организаций?

Требования к религиозным организациям

Исходя из задачи обеспечения соответствия деятельности религиозных объединений, создаваемых в форме религиозных организаций, целям, для которых они создаются — для совместного исповедания и распространения веры, законодатель предъявляет особые требования к процедуре создания и условиям деятельности религиозных организаций.

Религиозные организации наряду с остальными юридическими лицами подлежат государственной регистрации. При этом в отношении таких организаций действует специальный порядок государственной регистрации в органах Минюста РФ.

Важно!

Органы прокуратуры РФ, федеральный орган государственной регистрации и его территориальные органы, а также органы местного самоуправления вправе вносить в суд представление о ликвидации религиозной организации либо о запрете деятельности религиозной организации или религиозной группы (п.3 ст.14 Закона №125-ФЗ).

Так, суд ликвидировал одну из религиозных организаций, исключив сведения о ней из ЕГРЮЛ, поскольку она на протяжении длительного периода времени допускала неоднократные и грубые нарушения Закона №125-ФЗ (решение ВС РФ от 04.07.2012 г. №АКПИ12-858, определением апелляционной коллегии ВС РФ от 23.10.2012 г. №АПЛ12-567 решение оставлено в силе).

А недавно ВС РФ было оставлено в силе решение суда о ликвидации одного из религиозных объединений. Судом сделан вывод (на основании психолого-лингвистического исследования материалов), что деятельность религиозного объединения посягает на личность, права и свободы граждан, наносит ущерб нравственности, здоровью граждан (апелляционное определение ВС РФ от 02.03.2016 г. №82-АПГ16-1).

Поскольку такая форма религиозных объединений как религиозные организации вправе создавать собственные предприятия и наряду с другими юридическими лицами заниматься предпринимательской деятельностью (п.1 ст.6 Федерального закона от 12.01.1996 г. №7-ФЗ «О некоммерческих организациях»), то необходимо осветить нюансы налогообложения в части операций, связанных с деятельностью религиозных организаций.

Налоговые льготы в отношении религиозных организаций

Религиозные организации освобождены от налогообложения налогом на имущество в отношении имущества, используемого ими для осуществления религиозной деятельности (ст.381 НК РФ).

На праве собственности религиозной организации может принадлежать как имущество религиозного назначения, так и иное имущество (в том числе библиотека, инвентарь, холодильники, компьютеры, автомобили, сельхозтехника и иные хозяйственные и социально-культурные объекты), необходимое для обеспечения религиозной деятельности.

И в том случае, если религиозная организация не осуществляет иную, отличную от религиозной, деятельность, то все необходимое для обеспечения религиозной деятельности вышеназванное имущество (основные средства), находящиеся на балансе религиозной организации, не признается объектом налогообложения (письмо ФНС РФ от 23.08.2012 г. №БС-4-11/13927@).

Льготы в отношении определенных операций действуют по НДС и налогу на прибыль.

Реализация предметов религиозного назначения и религиозной литературы, производимых религиозными организациями (объединениями) и организациями, единственными учредителями (участниками) которых являются религиозные организации (объединения), в рамках религиозной деятельности не подлежит налогообложению НДС (пп.1 п.3 ст.149 НК РФ).

Религиозные организации освобождены от земельного налога в части принадлежащих им на праве постоянного (бессрочного) пользования или на праве собственности земельных участков, если на данных земельных участках расположены здания храмов, часовен, а также иные здания, строения, сооружения религиозного и благотворительного назначения (п. 4 ст. 395 НК РФ).

К таким объектам относятся здания (строения, сооружения), которые предназначены для богослужений (храмы, часовни и другие культовые постройки), молитвенных (дома причта, келейные корпуса, корпуса наместника и т. д.) и религиозных собраний, других религиозных обрядов и церемоний и пр.

А согласно ст.251 НК РФ при определении налоговой базы по налогу на прибыль не учитываются денежные средства и имущественные права, которые получены религиозной организацией в связи с совершением религиозных обрядов и церемоний и от реализации религиозной литературы и предметов религиозного назначения (п.27 ст.251 НК РФ).

Статья актуальна на 26.04.2016